Три чайные розы - Алиса Лунина

История началась одним весенним вечером…

Маша отдыхала в гримерке после сложного, изматывающего спектакля, в котором играла главную роль. Она чувствовала себя настолько опустошенной, что никого не хотела видеть. В дверь постучали. Она не отозвалась – а не пойти ли всему миру к такой-то матери? Стук усилился. Стучали прямо так, как будто имели на это право. Тогда Маша открыла.

– Привет! – бросил ей длинноволосый кудрявый парень, словно они были знакомы сто лет.

Маша даже не успела недовольно загудеть: «А вы, собственно, кто такой?!» – как незнакомец отодвинул девушку, просочился в глубь гримерки, уселся на диванчике и сообщил, что посмотрел спектакль. При этом ни тени смущения – уверенный взгляд победителя и снисходительный тон… Незнакомец внес себя к ней в гримерку, как корзину с цветами, типа он – подарок!

Маша сначала подумывала сказать нахалу что-нибудь резкое, дескать, подите вон, не видите – барышня устала, но… Его сокрушительная самоуверенность полностью деморализовала девушку. Она молчала и рассматривала странного незнакомца. На вид ему было лет двадцать семь, высокий, гибкий, с мальчишеской фигурой, кудрявые волосы, злые, выразительные глаза стального цвета, какая-то изломанная пластика, нарочито манерная… В общем, красивый мальчик, испорченный осознанием своей неотразимости.

– Ты мне понравилась! – запросто сообщил он.

– Полагаешь, этого факта достаточно, чтобы ворваться ко мне в гримерку? – усмехнулась Маша.

На самом деле за несколько лет работы в театре она привыкла к мужскому вниманию, ей часто присылали подарки, записочки, а про такой пустяк, как цветы, и говорить нечего. Маша, однако, неизменно отвергала знаки внимания и не хотела общаться с дарителями.

Ее язвительный вопрос не смутил незнакомца, не переставая улыбаться, он невозмутимо кивнул:

– Да, этого достаточно! Видишь ли, мне редко кто нравится, ты, можно сказать, исключительный случай!

Вместо того чтобы фыркнуть или позвать охрану, Маша поинтересовалась, что он думает о спектакле. Неожиданно ей действительно стало интересно.

– Спектакль, конечно, полная мура, как и весь сегодняшний театр, – хмыкнул незнакомец, – я вообще театр не люблю и сегодня зашел случайно – друзья затащили… Но мне понравилось, как ты играла. С драйвом, на разрыв, без фальши. Ты мне так приглянулась, что я решил зайти познакомиться! Кстати, есть предложение сегодняшний вечер провести вместе, поужинаем, поговорим! – Ослепительная улыбка очень уверенного в себе героя. – Идем?

– Извини, я устала и после спектакля даже говорить не могу, мне надо поехать домой и…

Он перебил ее:

– Не проблема! Можешь молчать, говорить буду я. Соглашайся. Будет интересно. Обещаю.

Он взял ее за руку и повел за собой. Кстати, руки у него, несмотря на общую внешнюю хрупкость, оказались сильными. И вот что такое было в этом странном парне, что она покорно, как загипнотизированная, пошла за ним?!

Когда они оказались на улице, Маша спросила, как его зовут.

Незнакомец посмотрел на девушку с нескрываемым удивлением:

– Ты не знаешь, кто я?

Маша хихикнула:

– А кто ты? Император острова Борнео?

И тут он расхохотался. Заразительно, искренне. Просмеявшись, ответил уже не манерным, а обычным человеческим голосом (оказалось, в его репертуаре встречается и такой), что его зовут Олег.

– Прошу! – Олег указал в сторону припаркованного у театра «Харлея».

– О нет! – ахнула Маша, ни разу в жизни не ездившая на мотоцикле и считавшая мотоциклистов людьми, больными на всю голову.

Но на нее уже напялили шлем. Да, Маша, да! И они помчались вперед с бешеной скоростью.

Во время вечеринки в клубе Маша смогла оценить масштаб личности своего нового знакомого: все окружающие хотели переброситься с ним словом, а девицы пожирали его глазами. Оказалось, что Олег известный рок-музыкант. Избалованный славой и гонорарами.

– Ты действительно никогда не слышала моих песен? – спросил Олег. – Мы это исправим. Завтра приглашу тебя на свой концерт.

После полуночи они ушли из клуба и долго ездили по городу. Гонял Олег лихо, инстинкт самосохранения у него, похоже, отсутствовал начисто. Маша ошалела от скорости, ветра, бьющего в лицо, и уж конечно – от мощной энергетики нового знакомого. Поэтому, когда тот объявил, что везет ее к себе домой, девушка возражать не стала.

…Он жил на Васильевском, в старом модерновом доме, в огромной квартире, поражавшей запустением. Заметив Машин удивленный взгляд, Олег пояснил, что квартиру купил недавно, ремонтом заниматься некогда, да и вообще, он против буржуазной роскоши. Более-менее приличной выглядела спальня, куда герой сразу и провел гостью. Здесь Олег с присутствующим ему обаянием признался, что хочет ее, но ухаживать за ней нет времени.

Маша усмехнулась:

– Очень мило!

Олег пожал плечами:

– Зато честно!

Он вообще был честен с нею: ничего не обещал, ни в чем не клялся, изначально дал понять, что на длительные и серьезные отношения не подписывается. И девушка приняла правила игры, потому что чувствовала бешеное влечение и страсть.

Проснувшись утром, Маша подумала, что это приключение напоминает ей недавнюю езду на мотоцикле – стремительно, необычно и, вероятно, так же опасно. Она уставилась на обнаженного спящего Олега. «Красив, сволочь!» Мало кто из спящих выглядит так безупречно. Олег же был прекрасен и горд даже во сне. «Исчезнуть, пока он спит? Не готова же я в самом деле закрутить с ним роман?» – подумала Маша, но вместо того, чтобы уйти, поцеловала его. Не раскрывая глаз, он ответил на поцелуй и привлек девушку к себе.

Вечером он повел ее на свой концерт. Как только Олег вышел на сцену, зал загудел, как растревоженный улей, и Маша разволновалась – многообещающее начало. А когда он запел, девушка поняла, с кем имеет дело, и ужаснулась: худший вариант для женщины – влюбиться в гения. В этом хрупком, капризном мальчике таились звериная сила и ярость, он не пел – нет, он кричал от боли, кривлялся, насмешничал, издевался над аудиторией, потом начисто забывал о ней и пел уже ни для кого. Олег был артистом в самом высоком значении этого слова, а тексты, которые он писал сам, являлись настоящей поэзией. От Олега в зал шла мощная, взрывная энергия, на которую зал тут же восторженно отзывался. Когда Олег ревел этим своим разрежающим воздух голосом, Маша чувствовала физическое томление – до дрожи, до мурашек – и прекрасно понимала девиц, вопящих от восторга: они испытывали то же самое.

Глядя на него во время концерта, Маша не верила, что всего несколько часов назад занималась с этим парнем любовью. Она и потом, даже в самые страстные, нежные дни их отношений, понимала, что Олег не принадлежит ей, потому что с самого начала знала: он – сам по себе. Человек-остров, которому никто на фиг не был нужен. Женщине позволялось любить, преклоняться, находиться рядом, но ни в коем случае не посягать на его свободу. Он был вообще не отсюда. Из другого измерения. Где все красивые, адски гениальные и живут по определению недолго.