Месть демона. Тебе меня не сломать - Светлана Ершова

с улыбкой взирая на сынулю, который, воодушевлённо подпрыгивая, рассказывал о проведённом с отцом вечере. Ну вот, а я из-за Мини и глупых наложниц всё интересное проспала. Обидно!

Разогнала нас с ребёнком по разным углам гувернантка, заявившая, что прогуливать занятия недопустимо. Мы с сыном синхронно тяжело вздохнули и разошлись. Он на танцы, а я — в сад, нагло ускользнув от зазевавшейся охраны. Осмотрев свои любимые грядки, немного подпитала их магией, отметив, что через пару дней можно собирать первый урожай, и поплелась во дворец, думая, как бы убить время. По обыкновению скользнула к двери для слуг, прошла по тёмному коридору, но до кухни так и не добралась — заслышав знакомые голоса, свернула в другую сторону.

Сама не знаю почему, скорее повинуясь интуиции, я затормозила, так и не зайдя за угол, лишь осторожно из-за него выглянула. Риан и Тень стояли возле покрытой ржавчиной металлической двери. Освещённые лишь парой красноватых кристаллов, вмонтированных в каменную стену, мужчины казались зловещими.

— Там всё готово? — поинтересовался император, кивнув на дверь.

— Как ты и приказал: инструменты заточены, зелья, блокирующего регенерацию, пять вёдер, щипцы раскалены. Риан, давай я его сам по-быстрому убью и дело с концом, зачем тебе всё это?

— Нет! Имбецил пытался изнасиловать мою любимую, лишил нас десяти лет счастья, из-за него мой сын рос без отца. О годах моего рабства я умолчу. Я ведь сразу предупреждал, что сдирать с него шкуру буду лично!

— Как скажешь, но ты меня пугаешь. Ещё будут указания? Если нет, я пойду — подобное зрелище не для меня.

— Пожалуй... Собери-ка в пыточной всех министров, пусть посмотрят, на что я способен. Думаю, это будет не лишним перед сегодняшним объявлением. Сам можешь не присутствовать, — распорядился Риан, предвкушающе ухмыльнувшись.

Сжав кулак, я прикусила костяшки пальцев, останавливая испуганный вскрик. Осторожно, чтобы не шуметь, попятилась и, добравшись до основного коридора, перешла на бег, устремляясь в свои апартаменты. Пролетев мимо растревоженной моим исчезновением стражи, практически не обратив на них внимания, ворвалась в свою гостиную и захлопнула дверь, прижимаясь к ней спиной.

Меня изрядно трясло от страха. Такого Риана я не знаю и, кажется,

его

боюсь! Что он собрался сделать с Имиралем, я и представить не могу, раз даже Тень

— то

это лицезреть отказался.

Но с другой стороны... Во-первых, повелитель никогда не был таким со мной, ревностно оберегая меня от изнанки этой жизни. Во-вторых, он прав и ненавистный эльф заслужил подобное обращение: одна только изувеченная спина Риана чего стоит. Ещё и рабство? Об этом я не знала: мой демон не из тех, кто будет жаловаться.

И вроде всё понимаю, но стоит закрыть глаза, и вижу злорадно скалящегося Риадрона, забрызганного чужой кровью. А ведь ещё Валлиэл его маньяком называл!

Не помогли отвлечься от этих мыслей ни появление модистки с целым ворохом прелестных платьев, расшитых драгоценными камнями, ни выбор украшений, принесённых казначеем. Пришлось Листе определяться вместо меня.

Сидя перед зеркалом в, как назло, алом платье, по цвету напоминающем свежую кровь, я провела подушечками пальцев по рубиновому колье и потрогала диадему с теми же камнями. Покосилась на часы и тяжело сглотнула. Половина второго, вскоре придётся встретиться с повелителем, а я к этому совершенно не готова. Только кто меня спрашивает? Он ещё и ускорил нашу встречу!

Дверь в мою спальню распахнулась, впуская императора. Встать, поприветствовать его сил не было, лишь отметила, что одежда на нём другая и отвела взгляд.

— Оставь нас! — приказал он горничной.

Служанка мгновенно испарилась, а Риан приблизился ко мне и, встав за спиной, положил руки на плечи. Посмотрела в зеркало, встречаясь с чёрными глазами, и напряжённо замерла.

— Я знаю, что ты была в коридоре перед пыточной и слышала наш с Тенью разговор.

— Откуда? — прошептала непослушными губами.

— У моего помощника есть пара очень интересных талантов. В целом, это неважно. Эйми, я осознаю, что ты напугана, но пойми, я не мог по-другому. Чтобы выжить, мне ещё не то приходилось делать, и не скажу, что получал от этого удовольствие. Хотя... сегодня получал и признаю это. Знаю, сейчас я кажусь тебе монстром, но... Милая, эта сторона моей сущности никогда не коснётся тебя и Обри, поверь мне, пожалуйста. Вы — самое дорогое, что у меня есть.

— А если и наш сын станет таким?

— Я этого не допущу! Поэтому я должен быть жестоким и безжалостным, чтобы он унаследовал благополучную империю, очищенную от предателей, способных вонзить нож в спину. Сегодня я планирую объявить о нашей с тобой свадьбе, помнишь, какие претензии по этому поводу высказывались? Как думаешь, теперь кто-то решится сказать хоть слово против?

— Вряд ли, — ответила я, криво улыбнувшись.

Поднявшись, повернулась к Риану и, посмотрев на встревоженное лицо, твёрдо произнесла:

— Я люблю тебя, согласилась стать твоей императрицей, а значит, приму все твои сущности и буду поддерживать, чтобы ни произошло. Я понимаю, что иногда жестокость необходима и если понадобится, инструменты для пыток тебе подавать начну. Просто я растерялась, дай мне время успокоиться.

— Не откажешься от меня? — спросил он недоверчиво, словно был убеждён в обратном.

— Даже не мечтай.

— Тогда пойдём в тронный зал? Там тебя сюрприз ждёт.

— Какой? — мурлыкнула, прильнув к широкой груди.

— Трон, точная копия моего, но помягче, — подмигнул демон, чмокнув меня в кончик носа и ущипнув за ягодицу.

— Но до свадьбы не положено! Я могу только рядом с императором стоять.

— По-твоему, я позволю любимой натирать ножки, пока сам с удобствами в повелителя играю? А кому это не по нраву, пусть скажут спасибо, что я тебя к себе на колени не посадил!

Рассмеявшись, я кивнула, пристроив руку на галантно предложенном локте, и сама потянула любимого к двери.

52

ЭЙМИНИЭЛЬ.

Стоя у огромных резных дверей, я глубоко вдохнула, пытаясь успокоить в бешеном ритме бьющееся сердце. От волнения даже ладошки вспотели, и я нервно сжала букетик белоснежных лилий.

Заиграл орган, дверь распахнулась и, только что нетерпеливо переминавшийся с ноги на ногу сын, состроив надменную мордашку, потянул меня к красной ковровой дорожке. Покосившись на невероятно серьёзного Обри, самолично ведущего маму к алтарю, я едва заметно улыбнулась и перевела взгляд на ожидающего меня жениха.

Риан себе изменять не стал: как обычно чёрный костюм и перекинутые через правое плечо свободной волной ниспадающие до ремня волосы. Привычный образ нарушал лишь белый цветок, приколотый к лацкану пиджака. По напряжённо сжатому кулаку было заметно, что любимый тоже волнуется, но