Попаданка в рабыню, или Закон – это я! - Ивина Кашмир

получится. Поймают сразу, как только сорвусь с места. Пойти с ними? Не факт, что они меня не убьют. Может, Эвиаль знала куда больше, чем описано в этих свитках?

Я делаю шаг в сторону, уходя от цепкого захвата, и эльф, едва слышно выругавшись, подается вперед, намереваясь схватить меня. Но он не успевает.

В следующее мгновение рядом оказывается Ревиан. Он перехватывает руку эльфа и яростно отталкивает его прочь.

– Ни шагу ближе, – рычит.

Я прижимаюсь спиной к стене, холодея от ужаса.

Что за... цирк?

Он... он... ведь только что отказался от меня.

Император вздыхает и делает небрежный жест рукой. Трое стражников, будто ждали сигнала, тут же бросаются вперед.

Звякают оковы.

Эльфов связывают за считаные секунды.

– Я блефовал, – негромко сообщает император, пожимая плечами. – Как я могу отдать вам пару моего брата?

Ощущая, как сердце забилось с утроенной силой, начинаю дрожать всем телом.

Пара?

Ревиан глухо произносит, обращаясь к моему «брату»:

– Роза – не Эвиаль.

– Что за бред?! – кричит эльф. –Это Эвиаль! У нее ее лицо!

– Но не душа, – отвечает Ревиан.

– А как же наши договоренности?! – продолжал бесноваться остроухий, не оставляя попыток вырваться.

– Если бы здесь действительно была Эвиаль, – усмехнулся Ревиан, – возможно, мы бы и пошли на сделку. Но за сведения спасибо. Мы ими обязательно воспользуемся.

– Твари! – яростно рыкнул эльф, но ему тут же накинули кляп.

Я вздрагиваю.

Ревиан помогает оттащить связанных эльфов к трону на всеобщее обозрение.

Толпа гудит. Кто-то ахает. Кто-то хлопает. Кто-то, наоборот, выскальзывает из зала, испуганный или разочарованный.

В висках неприятно звенит, заставляя туго соображать.

Что вообще происходит?

Слишком много всего навалилось...

И в этот самый момент, в самой гуще переполоха, когда все отвлечены, когда воздух горит от напряжения, ко мне вдруг подбегает Эдмунд, о существовании которого я напрочь забыла.

– Роза… – шепчет он, и я успеваю только обернуться.

В следующее мгновение Эдмунд извлекает нож и вонзает его мне в живот.

Рядом раздается пронзительный крик Агнесс.

– Я же говорил, что ты будешь либо моей, либо ничьей... – торжественно произносит бывший супруг.

Мир дрогнул, поплыл, словно кто-то дернул занавес реальности.

Я смотрю на Эдмунда и не понимаю. Просто не понимаю.

Он держит меня за плечо, в его другой руке нож. И он… улыбается?

Именно эта дрожащая, липкая, поблескивающая улыбка кажется мне страшнее, чем лезвие в животе.

Я пытаюсь вдохнуть. Воздуха нет. Смотрю вниз, а там кровь. Яркая. Моя.

– Роза!

Крик прорезает все.

Вскрики, топот, рев стражи – все звучит глухо, будто через вату. А потом передо мной материализуется Ревиан. И прежде чем я успеваю осесть на пол, он хватает меня.

Боковым зрением замечаю, как кто-то с силой дернул Эдмунда в сторону. Он что-то кричит, оправдывается, что-то говорит обо мне…

«Боже, на что этот ненормальный надеялся, втыкая мне нож в живот на глазах у всех...» – мелькает в голове горькая мысль.

Ревиан напряженно смотрит в лицо. А я в его глаза.

В них дикая, всепоглощающая боль.

– Только не засыпай, – бормочет он, обхватывая мое лицо ладонями. – Роза… прошу.

Я хочу ответить. Сказать, что все в порядке. Что я потеряла не так уж много крови. Что я… Но язык не слушается.

Перед глазами все мутнеет. Звук уходит. Все отдаляется.

Только одно остается рядом – его голос.

Последнее, что я слышу, прежде чем провалиться в темноту:

– Любимая...

Глава 56

Сначала была тишина. Липкая, тягучая, как будто весь мир затаился. Потом пришла боль. Тупая, тянущая, будто внутри что-то вырвали и кое-как зашили. Я попыталась пошевелиться и тут же зашипела.

– Тсс… спокойно, цветочек.

Голос... Ревиана.

С трудом разлепляю глаза, и несколько секунд хлопаю ими, пытаясь вернуть себе способность видеть.

Я в незнакомой спальне. Рядом тот, кто перевернул мою жизнь. Напряженно взирает, больно стискивая мою ладонь.

– Ты жива... – хрипло выдыхает Ревиан. Под его глазами залегли тени, чувственные губы побели.

Неужели он... переживал за меня?

Я отвела взгляд. Не хочу его видеть. Перед глазами все еще та самая сцена, где он молча отказывается от меня.

В груди медленно, но, верно, растекалась какая-то беспросветная пустота. Не иначе как депрессия пожаловала.

– Роза, все в порядке... С тобой все в порядке, – шепчет он и, наклонившись, начинает покрывать поцелуями мою руку.

Со мной уж точно не все в порядке...

Слезы готовы сорваться из глаз, но я делаю над собой усилие, подавляя их. Не сейчас. Не хочу позорно разрыдаться перед тем, кто почти отказался от меня.

Формально, может, и не отказывался, но от этого мне не легче.

Что мешало сразу заявить остроухим, что я не Эвиаль, и никто меня им не выдаст?

Зачем нужен был тот спектакль с холодеющей от ужаса мной в главной роли?

– Можешь, пожалуйста, выйти? – сиплым голосом выдавливаю, не смотря в его сторону.

Тут же прилетает твердый ответ:

– Нет.

– Ревиан... – хмуро начинаю я, повернув голову в его сторону.

– Нет, Роза, я не выйду, – он вновь хватает меня за руку и подносит ладонь к своим губам. – Оставить тебя после того, как тебя ранили? Оставить тебя для того, чтобы ты накрутила себя?

– Со мной все хорошо, – цежу сквозь зубы.

Он мягко обхватывает мое лицо ладонями, заставляя смотреть на себя.

– Роза, я бы тебя не отдал. Никому и никогда, – вкрадчиво произносит он, проведя большим пальцем по моей нижней губе.

Ощущая, как по телу побежали сотни мурашек, делаю порывистый вздох.

Рядом с ним не только мозг отключается, но и все обиды забываются.

– Могу озвучить тебе причину.

– Избавь меня от этого, – фыркаю я, пытаясь высвободиться из его цепкого захвата.

Ревиан ладони убрал, уставившись на меня пожирающим взглядом.

Повисла тишина. Такая неловкая, гнетущая.

– Раз уж ты пришла в себя, мне нужно залечить твою рану, – Ревиан первым нарушает воцарившуюся тишину.

– Что мешало это сделать, когда я была в отключке? – мрачно пробормотала я, продолжая взирать в его серые, как грозовая туча, глаза.

– Знаешь, цветочек, а я ведь совсем не целитель, – на красивых губах появляется странная усмешка.

Хмурясь, выдавливаю:

– Ну и как ты собираешься меня лечить? Зови профессионалов.

– Целители уже сделали все, что