Контракт (СИ) - Исаев Антон

Закончив говорить, они вдвоем стали молча вглядываться в город, рассматривая его разбитые улицы, дома и храмы. Город, что они обсуждали, молчал в ответ безразличный ко всему, что происходило на его улицах.

— Решено, — Кайден, наконец, полностью уговорил Тахира своими доводами и присутствующие Устин и Сержант внутренне расслабились.

Никто не хотел идти наугад в таком месте, и они были рады, что Тахир согласился. Маг в теле мальчика махнул рукой, говоря Кайдену:

— Хорошо, Кайден, идем днем, идем не спеша, с разведкой, — он рассмеялся под конец. — Я в своем городе, прячусь, как песчаный тушканчик в норе. Никогда бы не поверил такому, — вдохнув, он пошел на улицу, перешагнув, сгнивший от времени, остов разваленной телеги возле входа.

Кайден только пожал плечами в ответ на его слова и позвал Радима, чтобы рассказать о дальнейших действиях. Устин же поднялся наверх сменить Забрало, и когда тот спустился, Сержант, не дав тому передохнуть, позвал его с собой набрать по окрестным домам древесины для костра, раз уж решили остаться на ночевку.

Костер весело трещал сухими старыми остатками мебели, что нанесли вдоволь Сержант и Забрало. Стемнело. Взамен раскаленному солнцу пришла ночь и луна, что висела высоко над городом, освещаяя его своим светом.

Жара ушла, можно было снять с себя ткань, которой отряд обматывал лица на время перехода по городу, защищаясь от палящих лучей солнца. Совсем близко к костру сидел Тахир и задумчиво смотрел в него, видя только ему понятные вещи, и никто его не беспокоил, видя его состояние.

Кайден с Сержантом сидели чуть в глубине дома, негромко переговариваясь. Изредка раздавались короткие смешки, видимо, речь шла о их совместных делах ранее. Забрало, сменив Устина, стоял на втором этаже, поеживаясь от ночной прохлады, прислушивался к ночному городу.

Полнейшая тишина, такая же, как и днем, только теперь не было ничего видно, единственных источник света был их костер и все. Устин, оперевшись на свой рюкзак, размотал свою руку, двигал ею в разные стороны, пытаясь понять, срослась ли она полностью или еще надо было быть аккуратным с ней.

— Как рука, мастер? — спросил Радим, сидя рядом.

Он размотал свой арбалет и, достав маленькую фляжку с маслом, аккуратно смазывал детали. Устин отвлекся от руки, отвечая ему:

— Я, думаю, она полностью в порядке. Мазь Тахира воистину чудодейственна. В очередной раз я поражаюсь, что за человек он! А увидев эту стену и город, хоть и в таком состоянии сейчас, его деяния и деяния братьев и сестер воистину божественны, — он посмотрел в сторону сидящего мальчика, чья хрупкая фигурка освещалась огнем от костра. — Великий человек, который выступил против древнего зла и решил дать знания, силу и свободу людям, — Радим молча посмотрел в сторону Тахира и продолжил приводить в порядок свой арбалет. Он совсем не чувствовал такого благоговения, что сейчас ощущал Устин.

***

Тахир сидел перед костром и, смотря в огонь, вспоминал тот день, когда он первый увидел их, двух сестер, двух девушек, что позже разрушили Анджун. Все эти развалины, которые он видел, когда они шли по городу, вина сестер. Он тогда только вернулся с восточных земель. Там как раз заканчивали достраивать порт, что позже должен был стать важным звеном для торговли и обмена с другой частью мира.

Мир, который они открыли достаточно недавно, кардинально отличался от их жизни и устоев. Конечно, он слышал множество историй о кораблях с запада, что приходили и посягали на их земли.

Люди с белой кожей и с железом в руках, они грабили прибережные деревни, убивая жителей, забирая в плен женщин и детей. Такие набеги были нечастыми, но они были.

Потом, рассматривая тела, он отмечал, насколько сильны и опасны были эти воины. Но однажды пришло сразу несколько кораблей и люди, пришедшие с ним, были другие. Они не нападали на его земли, а хотели встретиться с хозяином этих земель, чтобы наладить торговые связи, прежде всего.

Встав на якорь возле одной из деревень, они стали ждать, Тахир поздно узнал об этом. Он покинул Анджун для встречи с ними. Вернувшись в город, он созвал совет Семьи для обсуждения услышанного от представителя народа Запада.

Даад, Байян и Шимун присутствовали в городе. Акиф же был далеко на севере пустыни, куда поехал осматривать и воплощать свои замыслы по строению акведука, что должен был пройти через всю пустыню, давая воду всем землям, через которые будет идти.

Джума ушел с небольшим отрядом глубоко в пустыню, чтобы решить разногласия между местными племенами. Они были недовольны приходящим изменениям, что влекла с собой Семья. Их старейшины противились, ссылаясь на древние законы.

Приехав в свой дом, что стоял за главным храмом вместе с домами братьев и сестер, он с удовольствием окунулся в прохладу, пронизывающей его дом. Он любил пустыню, любил солнце, но время от времени надо было давать отдых своему телу.

После того как он отдал распоряжения найти своих братьев и передать им его слова, чтобы возвращались в Анджун, можно было не торопиться и отдохнуть от дел. Сняв свою запыленную одежду, в которой он провел весь путь.

Тахир прошел во двор, где водный источник шел прямо из камней стены, ограждающей его дом, и уходила уже в искусственный маленький бассейн, сложенный из камней. Отдохнув и смыв с себя все, что накопилось за долгое путешествие, Тахир накинул на себя чистые и свежие одежды. Пройдя во внешний двор, он услышал за собой легкие знакомые шаги, и из дома вышла Даад.

— Сестра, — поздоровался Тахир с сестрой и сел в небольшой каменной беседке, что была в тени; в ней было приятно проводить время вдали от забот.

— Здравствуй, Тахир, — Даад подошла и села рядом с ним, наблюдая своими зелеными глазами за старшим братом. — Как прошла поездка к великому морю? Я слышала, что ты встретился с вождем тех чужеземцев, грабивших наши земли.

Тахир взяв виноградинку из стоящего на столе блюда, съев ее, покачал головой.

— Все прошло хорошо, сестра. Намного лучше, чем я ожидал. С кем я разговаривал, он сказал, что он сожалеет о происходящем, заверяя меня, что его соплеменники, нападавшие на наши земли, будут пойманы и преданы смерти за творившееся. Это обычные бандиты и разбойники, по его словам, какие есть в каждом народе. Его направил к нашим берегам его повелитель с миссией. Он хочет наладить с нами хорошие связи. Он предлагал многое, в том числе и так нужное для нас дерево, которое в избытке на их землях. Но более подробно я бы хотел обсудить со всеми нашими братьями и сестрами, когда все соберутся. Расскажи лучше, как город в мое отсутствие? Как люди? Ничего не произошло, чего я должен знать? — Тахир посмотрел на сестру.

— Ничего такого, о чем нужно было ставить тебя в известность. Все идет своим чередом. Народ любит нас, по крайней мере, здесь в городе, — Даад улыбнулась и поправила складку на своем сари. — Есть один момент, что я хотела тебе рассказать. Помнишь, мы обсуждали на совете давно уже, о том, что с ростом наших земель, со знаниями, получаемые нами и решением, исходя из этого, нам нужна свежая и молодая кровь. Люди, что будут идти за нами, те, кто будут помогать нам и передавать наши знания другим.

Тахир кивнул головой, слушая сестру.

— Ты нашла таких, Даад? — спросил он. — Зная тебя, я думаю прежде, чем выбрать, ты очень долго присматривалась к ним и знаешь про них практически все, — рассмеялся он. — И где же ты их нашла? — добавил он.

Даад откинулась на скамейке, на которой сидели, и сказала:

— В одном из наших приютов, что воспитывают, давая кров и еду бездомным. Одна из моих жриц, по моему указанию присматривалась за детьми, наблюдая и примечая все, наконец, сказала мне, что хотела бы мне их показать. Две девочки. Они жили и получали воспитание, — Даад посмотрела на Тахира. — Когда я увидела их первый раз, сразу поняла, что они нам и нужны, первые кто примет знание и силу из Источника.