Контракт (СИ) - Исаев Антон

Он же, услышав Сержанта, усмехнулся и довольным тоном ответил ему:

— Стена, что воздвигнутая моим братом, была не только защитным сооружением, можно сказать, совсем даже не защитным. Там наверху, — он указал пальцем вверх в сторону неба, — был акведук. Чередуясь, от скал на севере и искусственными сооружениями подавалась вода в город и далее в пустыню. Мой брат был великим человеком, он долго продумывал все это, — Тахир тяжело вздохнул. — Его планы были грандиозны, но все пошло прахом.

Забрало, слушая Тахира, тихонько присвистнул:

— Ваша семья действительно были очень необычными людьми, столько всего придумали и сделали, — Тахир посмотрел на него и улыбнулся своей детской улыбкой, но глаза его оставались глазами взрослого человека.

Все остановились по знаку Кайдена. Он пошел один в сторону ожидающего его Радима, возле выхода разлома. Подойдя к нему, Кайден посмотрел на выход, но ничего не было видно, все закрывали развалины какого-то здания.

— Ну что там, Радим? — спросил он. — Ты был внутри?

— Да, — ответил ему Радим, — Я думаю, все очень удивятся, увидев, что там за стеной. Через развалины можно пройти, там безопасно и лучше будет все увидеть самим.

— Ну что ж, — Кайден повернулся к остальным и махнул рукой. — Всем быть начеку, мы заходим в город.

Аккуратно переступая через сгнившие и поломанные балки, покрытые песком, они пошли через здание, которое, вероятно, раньше было казармой, судя по полуразвалившемся от старости стойкам для оружия, идя через другие комнаты, видя старые поломанные остовы кроватей.

— Скоро выход, — сказал Радим, ведя за собой всех.

Они вышли из очередной комнаты, засыпанной песком, в коридор в конце, которого был виден выход. Что-то было не так. Никто сначала не мог понять, пока Забрало не воскликнул:

— Я вижу солнечный свет, — он показал в сторону выхода.

— И бури не слышно, — добавил Устин, заставляя невольно всех прислушаться.

Радим же только рассмеялся в ответ на это, и, подойдя к освещенному проходу, выходя наружу. Следом за ним по очереди появились и все остальные.

Они стояли на широкой улице возле здания, из которого они вышли, удивленно смотрели по сторонам. Бури не было совершенно. Царила полная тишина, а яркое солнце слепило их глаза, отвыкшие за время нахождения в урагане, заставляя щуриться и закрывать их руками.

Кайден еще раз огляделся по сторонам: множество разнообразных домов и строений окружало их. С той стороны, откуда они вышли, все так же в обе стороны убегала стена. В свете солнца она выглядела совершенно по-другому. Вздымаясь ввысь, она выглядела, как напоминание всем, что создатель ее был велик.

Множество домов стояли вдоль нее на протяжении всей улицы. Все они были пусты и заброшены, хотя и выглядели они целыми. Ни ветерка, ни шороха, полнейшая тишина стояла среди развалин, освещаемых ярким солнцем.

***

Хава и Хилини, в окружении служанок, прошли в длинный коридор, освещенный факелами, воткнутыми в стены, где их встретили начальник стражи вместе с воинами, что прибыли с ними на корабле. Он склонил голову в приветствии при виде их, произнося:

— С вашего позволения, мы будем присутствовать рядом с вами на ужине. Долг обязывает охранять вас везде.

Хава посмотрела на стоящих воинов перед ними, махнув рукой и приказывая расступиться, чтобы пройти, ответила:

— Я ничего не имею против, мне даже будет интересно, если наместник что-то скажет, увидев стражу.

Хилини только покачала головой, следуя за ней. Стража выстроилась и во главе с командиром двинулась вслед за ними. Пройдя длинный коридор, они, шагая за служанками, свернули еще в один зал, который был украшен привезенными с разных уголков земель сувенирными украшениями и предметами мебели.

Явно выставленная напоказ вся эта красота влияла на тех, кто проходил этот зал, давая понять, что их хозяин очень богат, но на Сестер эти все не имело никакого значения. Они повидали в своей долгой жизни много всего, и, проходя мимо очередного украшенного стола или доспеха, равнодушно вели по ним глазами.

Дойдя до конца зала, перед ними показались красиво украшенные большие двери, перед которой стояли местные стражники в парадных одеждах в больших белых тюрбанах. Стоявший рядом с ними человек в одеяниях жреца Кадру, увидев процессию вместе с воинами, что взяли с собой Сестры, удивленно вскинул одну бровь.

— Приветствую вас, уважаемые сестры, — сказал он, когда они подошли ближе, — Я, Идрик, младший жрец храма Кадру, провожу вас к наместнику и старшему жрицу. Они вас уже ожидают. Хочу сказать, что вам здесь ничего не угрожает, вы совершенно зря взяли с собой солдат. Наместник нашего города Амуна, боюсь, может воспринять это, как оскорбление.

Хилини же, приостановившись перед ним, мягким голосом ответила:

— Наши воины, воины Кадру, здесь не как охрана. Они заслужили присутствие в этом дворце сегодня вечером своим долгом и служением богине. Она будет рада, что мы благодарим их.

Жрец, казалось, призадумался на мгновение и потом улыбнулся:

— Я понимаю, сестра, эти достойные мужи действительно заслужили это.

Он повернулся к дверям и хлопнул в ладоши. Стоявшие стражники поклонились, и, взявшись за ручки, широко открыли двери.

— Пройдемте, — жрец позвал их за собой и прошел в открытые двери.

Широкий зал с низким потолком встретил их, когда они зашли внутрь. Окрашенный в серые тона он сильно разнился с тем, что Сестры видели ранее. Оправленные в железо факелы по кругу, горели ярко, однако, свет не разносился, оставаясь в пределах одного-двух метров.

Зал был уставлен статуями всяких существ и тварей, а в конце его была видна широкая лестница, которая вела наверх в еще одну комнату. Длинный ковер серого цвета лежал от их ног до самой лестницы. Сестры неспешно зашагали по нему, осматривая статуи, которые встречались им по пути.

— Думаю, я знаю, кто нас ждет, — осматривая очередную статую в виде гигантского человека с головой быка, сказала, усмехаясь, Хава:

— Такой зал ни одна человеческая душа не сможет построить и уж, тем более, поставить здесь их, — Хилини промолчала в ответ. Повернувшись к, идущим следом воинам, которые несмотря на то, что видят в этом зале, держались достойно, сказала им: — Не бойтесь всего этого. Они всего лишь плоды безумного скульптора, изваявшего их, не более.

Крепко сжимая рукоятки мечей в белых, от напряжения, пальцах, командир кивнул головой в ответ. Жрец, что шел впереди них, повернулся на ее слова и широко улыбнувшись, произнес:

— Вы не испуганы и не удивлены, сестры, тому, что видите. Когда я в первый раз увидел этих созданий, был в ужасе, но потом, встретился с тем, кто изваял их. Он помог мне изменить взгляд на них.

Хава в ответ же только сказала, заставив своими словами сбить с его лица улыбку:

— Мой, так называемый младший брат и слуга богини Кадру, ты даже представить себе не можешь, что и кого мы видели в своей жизни, — она начала смеяться и смех, отражаясь от стен, пронёсся холодным ветром по залу, туша некоторые из факелов.

Они подошли к лестнице и остановились.

— Боюсь, здесь вашим воинам придется остаться здесь, со мной, — сказал жрец. — А вы можете подняться наверх, где вас уже ждут.

Хилини посмотрела на лестницу, что вела вверх в комнату, была слышна тихая спокойная музыка и больше ничего.

— Хорошо, — сказала она и обернулась к стоящим чуть дальше воинам. — Мы идем наверх, вы оставайтесь здесь, за нас не беспокойтесь.

Командир уже чуть расслабившись, кивнул головой и Сестры начали подниматься по лестнице, оставив их позади вместе с жрецом. Пройдя по лестнице вверх, они вошли в небольшую округлую комнату, ярко освещенную огнем из железных чаш, что стояли по кругу вдоль стен.

Стены же были украшены очень старыми полустертыми рисунками со сценами, показывающими, как существа, непохожие на кого-либо ранее убивали и пожирали людей, множество разных и кровавых сцен. Небольшой стол на маленьких ножках стоял посередине комнаты заставленный всевозможными яствами и напитками, а за ним на маленьких подушках, скрестив ноги, сидели два старца.