Наслаждения - Диана Сидни

— Ты действительно так считаешь, Соланж? — Ясмин обнаружила, что ей довольно трудно выразить свои опасения. — Видишь ли, он может быть и неотразим, но я никак не могу забыть, каким он был омерзительным и подлым по отношению ко мне в ту ночь, когда умер Андре.

— Возможно, ты неверно поняла его в ту ночь, — деликатно предположила Соланж. — Я нашла его достаточно приятным и к тому же образованным. Ты знала, что он получил степень доктора экономических наук в Гарварде?

Мне кажется, он во многом похож на тебя, дорогая. Нет, тебе просто повезло, это совсем не худший вариант, я тебя уверяю. Проводить время с таким человеком — да тебе можно позавидовать.

— Не знаю, Соланж. Может, ты и права, — задумчиво ответила Ясмин. Было ясно, что Хасан просто очаровал Соланж, но ведь он действительно оказался совершенно другим человеком.

— На самом деле я просто ревную, — шутливо призналась Соланж, — мне бы хотелось, чтобы Хасан был чуть меньше занят тобой. Вот до чего он меня пленил. — Соланж рассмеялась. Это был решительно нехарактерный для мадам Дюша гортанный смех, показавшийся Ясмин очень странным. — В любом случае ты должна выполнять все, что он тебе скажет. Он, безусловно, заслуживает доверия, по крайней мере в денежных делах. Поезжай в Париж и поговори с адвокатами. После этого ты сможешь решить, что тебе делать с работой у Ротенбурга.

— А вдруг он обидится?

— Ротенбург? Разумеется, обидится. Ноты можешь его успокоить, скажи, что поищешь себе замену. Впрочем, сейчас нет смысла забивать себе голову подобными мелочами, пока ты не получишь больше информации. Я права?

— Да… Мне так кажется, — ответила Ясмин мрачно. — Ты всегда права.

— Вот и хорошо. Поговорим через неделю. Принимайся за дела, дорогая, тебе многое надо сделать. Не можем же мы целый день говорить по телефону.

Ясмин повесила трубку, чувствуя обиду и разочарование. Но Соланж была права. Ясмин тут же позвонила Ротенбургу. Перемежая свою речь обильными извинениями, она объяснила ситуацию. Оскар извинений не принял и посоветовал не тратить на них времени, а лучше подумать, на кого оставить офис. Ясмин почувствовала раздражение. Соланж и Оскар слишком легко воспринимали перемены в ее жизни, полагая что так просто сняться с места и оставить налаженную жизнь. Ясмин навела на столе порядок, приготовила несколько писем для Ротенбурга и собралась уходить.

Было уже почти половина пятого, когда Ясмин проинструктировала Хильду, как следует поступать с телефонными звонками и почтой. Хильда улыбалась во весь рот. Ясмин догадалась, что Хильда считала Хасана ее любовником, который пригласил Ясмин в какое-нибудь романтическое путешествие, и многозначительные намеки Хильды приводили Ясмин в замешательство.

Ясмин отправилась на автобусную остановку. Все происходило слишком быстро. Слишком много перемен, слишком стремительно. Ясмин решительно подняла подбородок: ей надо пройти через это испытание со всем достоинством, на какое была способна. В конце концов, все это продлится в общей сложности не больше недели, а потом она сможет вернуться в Женеву и разобраться, как жить дальше. В крайнем случае она может общаться с адвокатами письменно или по телефону.

Из автобуса Ясмин вышла раздраженной.

«По правде сказать, — размышляла она, окидывая взглядом свою комнатку, — не такое уж это счастье, как принято думать, — стать миллионершей и огрести неожиданно кучу денег. Зачем мне это нужно?»

Ясмин сама нашла эту комнату, немало потрудилась, чтобы обставить се, сделать уютной. Кроме того, это было ее первое собственное жилище, за которое она сама платила, и оно значило для Ясмин гораздо больше, чем то, которое выбрал бы для нее и оплачивал кто-нибудь другой.

Маленькая квартирка давала Ясмин ощущение домашнего очага, которого у нее никогда еще не было.

Вилла Андре принадлежала Андре. Лотремо была школой — не домом. Дом Кадира был… это было уже так давно, что Ясмин и не помнила, что она тогда чувствовала. Вероятнее всего, была к нему совершенно равнодушна. А ее дом?

После смерти матери, оставившей Ясмин одну с дедушкой и двумя предприимчивыми дядьками, которые, бесспорно, считали ее чужой, этот дом никак нельзя было назвать своим.

Дурное настроение Ясмин становилось все более мучительным. Перебирая свои немногочисленные наряды, Ясмин по очереди бросала их на постель. Деловой костюм, который она должна была забрать из химчистки, подошел бы как нельзя лучше, но Ясмин, естественно, забыла зайти за ним, а теперь было уже слишком поздно.

Ясмин попыталась вспомнить слова, сказанные ей Хасаном в ту ночь. Но слова не возникали с той ясностью, с какой возвращалась зрительная память. Хасан смотрел на Ясмин голодным взглядом — чувственным и страстным.

Неужели Халифа мог измениться столь радикально за какие-то четыре месяца? Трудно поверить, и все же Ясмин отчаянно хотелось надеть черный деловой костюм с высоким воротом и длинными рукавами. Это было бы просто идеально — элегантный, скромный, в меру торжественный, в меру официальный.

Но на нет и суда нет. Так что все, что осталось, — розовое трикотажное платье. У него тоже был высокий вороти длинные рукава. Но это платье слишком плотно облегало тело. Ясмин подошла к зеркалу и увидела, как рельефно обрисовываются под тонкой тканью ее бедра и грудь. Сквозь прозрачную материю явственно проступали соски.

И тут Ясмин стремительно отскочила от зеркала, насмерть перепуганная тяжелым, решительным стуком в дверь.

Она бросила взгляд на часы, которые стояли на маленьком столике возле кровати.

Только без четверти семь! О Аллах! Хасан заявился раньше времени!

«Я же еще не готова», — ужаснулась она.

Ясмин заметалась по комнате, не зная что делать. Прятаться в ванной было глупо. Она бросилась к входной двери, потом к зеркалу. Взглянула на себя и поняла, что выглядит слишком чувственно, слишком соблазнительно. Ее блестящие волосы в беспорядке падали на плечи и спину. Она никак не хотела предстать перед Хасаном в таком виде. Он мог превратно истолковать ее растерянность. Он вообще мог каким-то образом использовать экзотическую красоту Ясмин против нее самой. Хасан был опасен.

Глава 12

— Отлично. Рад, что ты уже готова. — Халифа шагнул в комнату. Его присутствие неожиданно сделало комнатку еще меньше и внесло элемент хаоса. Хасан огляделся и нахмурился. Он моментально оценил скромное имущество Ясмин. Впрочем, тут же сверкнул своей неотразимой улыбкой. — Выглядишь прелестно.

Ясмин вспыхнула и быстро отвернулась.

— Спасибо, но я еще не готова. Вы пришли рано, и я не успела уложить волосы.