Наслаждения - Диана Сидни

Так, значит, они не охотятся за ней как за воровкой. А она-то чувствовала себя такой гадкой, такой виноватой!

Какой поразительный поворот судьбы! Если бы Ясмин осталась в ту ночь в Танжере, ей не надо было бы бежать, подобно испуганному кролику. Ясмин перевела взгляд на Хасана, глядевшего на нее странными глазами.

— Мне нужно поговорить с мадам Дюша, — пролепетала оцепеневшая Ясмин.

— Соланж мало чем сможет помочь тебе в этом деле, — холодно заметил Хасан. Удивленная Ясмин слегка приподняла бровь, она была поражена столь фамильярным тоном, которым Хасан упомянул имя ее подруги. — В конце концов, — продолжал Хасан, — советник Андре по вопросам капиталовложений — ваш покорный слуга. Я — единственный, кто в курсе всех сторон его бизнеса, его собственности и инвестиций.

И доложу тебе, здесь скопилась прорва дел. Многое достаточно запущено, пока я гонялся в поисках тебя по всей Европе и Северной Африке. Дела не могут двигаться без твоей подписи, и времени сейчас в обрез. Мы обсудим положение сегодня за ужином. Сейчас же я посоветовал бы тебе оставить работу и заняться необходимыми приготовлениями для отъезда в Париж завтра утром. Уладь все свои дела и позаботься о том, что считаешь необходимым.

— Но… Я не могу уйти с работы раньше пяти, — задохнулась Ясмин, ошеломленная неожиданностью предложения Халифы.

Хасан встал и аккуратно оправил брюки, Ясмин уставилась на его сильные длинные пальцы с коротко остриженными ногтями. Хасан выпрямился, тихо засмеялся и склонился над столом.

— Малышка, ты можешь идти куда тебе вздумается и когда вздумается. Ты — миллионерша. Разве ты не счастлива? Не это ли воплощение мечты любой девушки?

Ясмин в очередной раз задохнулась и схватилась руками за шею. Она встала, смахнув при этом стопку писем на пол.

— В письме ничего не говорится о деньгах, только о том, что им нужна моя подпись…

— Поверь мне, ты убедишься в правдивости моих слов, как только мы приедем завтра в Париж.

— Вам не надо ехать со мной.

Ясмин беспокоило то, что она помнила о Хасане. Она не могла забыть его жестокость в ночь смерти Андре. Правда, сейчас Халифа казался совсем другим — словно в памяти ее запечатлелся вовсе не он, а какой-то чужой мужчина.

Могла ли она так сильно ошибаться в ту ночь? Возможно.

Тогда она была в шоке.

— Вам нет необходимости утруждать себя, — повторила она решительно.

— Это входит в мои обязанности. И для меня это не составит никакого труда. Я — советник Сен-Клера по капиталовложениям и многие годы занимался его бухгалтерией. Я — единственный, кто может научить тебя, как вести дела барона. Тебе без меня не обойтись.

Хасан лукаво подмигнул. Подхватив чемоданчик, он направился к двери и, взявшись за ручку, снова обернулся:

— Хотите вы этого или нет, баронесса, но я заеду ровне в семь. С нетерпением буду ждать этого часа.

Халифа очаровательно улыбнулся, поразив в очередной раз Ясмин своей изысканной элегантностью. Почему он так упорно напоминал Ясмин пантеру? Воспоминания той страшной ночи снова захлестнули ее.

Дверь за Хасаном закрылась, и Ясмин осталась стоять за столом. Письмо, которое так круто меняло ее жизнь, лежало перед ней. Она тяжело опустилась на стул, ослабевшая как от потрясающей новости, так и от шока, вызванного новой встречей с Хасаном.

«Что за странный человек, — подумала Ясмин и попыталась разобраться в создавшемся положении. — Я должна позвонить Соланж. — Рука Ясмин потянулась к телефону. — С какой это стати Хасан так фамильярно называл Соланж по имени? Какое странное выражение лица у него было, когда он говорил о ней!»

На ум Ясмин пришла ужасная мысль, но она тут же выбросила ее из головы. Соланж — леди с головы до ног… культурная, щепетильная, образованная, она никогда не может увлечься таким мужчиной, как Хасан. Или может?

Ясмин вынуждена была признать, что Хасан очень красив и чрезвычайно приятен в общении. Может быть, она просто не разобралась в нем там, в Танжере? Здесь же, в этой комнате, Хасан продемонстрировал речь и манеры культурного, чуткого и, Ясмин вынуждена была это признать, мужественного мужчины. Вполне понятно, что он мог понравиться Соланж.

Ясмин быстро набрала номер Соланж, уверенная, что подруга, как всегда, сможет дать ей верный совет. Ясмин никак не могла полностью оценить последствия того, что она стала единственной наследницей Андре. Миллионерша?

И вдобавок ко всему еще и баронесса? Кажется нереальным.

А что на самом деле означает быть миллионершей? Для того, кто буквально недавно стал получать минимальную заработную плату, достаточную лишь на оплату квартиры, поездку на автобусе, да на покупку нескольких платьев, значение этого слова было совершенно непонятно.

— Ждала, что позвонишь, — раздался в трубке голос Соланж. Ясмин показалось, что в словах подруги слышны нотки иронии. — Твой пылкий обожатель в конце концов нашел тебя? Осмелюсь предположить, что это и является причиной твоего звонка. Прошу прощения, что отправила его к тебе, не спросив твоего согласия, но я решила, что так будет лучше. Надеюсь, ты на меня не обижаешься.

— Мы обсудим с тобой визит Халифы позже, я хотела поговорить о гораздо более серьезных вещах.

— Догадываюсь о каких: он ведь приехал к тебе, с письмом от адвокатов Андре — так по крайней мере он мне сказал, — и ты становишься кем-то вроде богатой наследницы. Я правильно тебя поняла?

— Абсолютно правильно, но я не знаю, хорошо ли это для меня. — Голос Ясмин задрожал. — Соланж, я — его единственная наследница. Все… деньги, дома, бизнес — все-все. Я толком не знаю, что я унаследовала, но Хасан говорит, что я миллионерша. Я понятия не имею, как к этому относиться. Ах да — и титул тоже.

Ясмин услышала на том конце провода глубокий вздох.

— Что ж, это действительно хорошие новости. Даже и не знаю что сказать.

— Боюсь, что сказать нечего. Разве что завтра утром я должна ехать в Париж подписывать какие-то бумаги и… не знаю что еще.

— Святые небеса! А что говорит Ротенбург?

— Вот еще одна проблема. Его еще нет. Он вернется только на следующей неделе. А тут так много работы. Я действительно не могу уехать.

— Но ты должна! Какие могут быть проблемы? Просто позвони Оскару. Где он сейчас?

— В Бельгии.

— Сейчас же позвони Оскару и объясни, что произошло. Он поймет. Он ведь нормальный человек. Сама создаешь для себя препятствия. Прежде всего ты должна заняться делами Андре — это сейчас для тебя важнее всего.

Кроме того, я очень за тебя рада — ведь ты поедешь с Хасаном. Между нами говоря, он неотразимо очарователен.

— Ты действительно так считаешь, Соланж? — Ясмин обнаружила, что ей довольно трудно выразить свои опасения. — Видишь ли, он может быть и неотразим, но я никак не могу забыть, каким он был омерзительным и подлым по отношению ко мне в ту ночь, когда умер Андре.