Кровавый дракон - Андрей Вячеславович Шевченко

и все остальные пограничники. Идя за капитаном, Дилля не оставляло ощущение, что вчера он под воздействием медовухи наговорил лишнего. Интересно, что?

Они вошли в конюшню. Офолл остановился у стойла с могучим гнедым жеребцом.

— Это — Бешеный. В бою не раз бывал, в случае чего сам довезёт тебя до форта. Думаю, он лучший конь для важного дела.

Дилль едва не взвыл. Опять! Важное дело?

— Господин капитан…

— Чего это ты заофициальничал? — удивился тот. — Вчера ты меня муравьедом называл.

— Я? — выпучил глаза Дилль.

— Ну, не я же. Эта кличка ко мне приклеилась после того, как мне три дня пришлось одними муравьями питаться.

— Извиняюсь.

— Да я не в обиде — парни за глаза меня так и зовут. Но лучше, конечно, обращаться ко мне по имени. А официоз оставь — здесь тебе не Арьен.

— Гос… Офолл, сказать честно, я вчерашний вечер вообще не помню. Медовуха ваша, чтоб её…

— А я тебя предупреждал. То есть, ты не помнишь, как пригрозил любому, кто ещё хоть раз назовёт тебя вашим магством, влепить огненным шаром в лоб?

Дилль покачал головой.

— Понятно. Наверное, и как хвастал своими драконоборческими подвигами, тоже не помнишь?

— Смутно. Но вообще-то там почти всё правда.

— Да? — капитан приподнял бровь. — Думаешь, тебе кто-нибудь поверил, что ты в одиночку освободил целый город от Великого дракона? Или что ты спас короля от заговорщиков при помощи каких-то неведомых монстров? И что ты рыцарь, награждённый двумя орденами Красного льва? Нет, спасибо тебе, конечно — повеселились мы вчера знатно. Давно уже таких весёлых рассказчиков в форте не было.

— Между прочим, это — чистая правда. Врал я только про тригородского дракона.

Капитан долгим взглядом посмотрел на Дилля и вздохнул.

— Значит, то, что ты — величайший охотник, тоже правда?

— Я?

— Ясно. Между прочим, ты вчера поклялся добыть голову василиска не меньше той, что стоит в общем доме. Распинался, что на мелочь ты не размениваешься, и что это очень важно для настоящего охотника, которым ты являешься уже в тринадцатом колене, иметь в списке трофеев отца всех василисков.

— Эта не та ли здоровенная башка ящерицы…

— Она самая. Я так понимаю, что раньше василиска ты никогда не встречал. Ну, ты и хвастун. Однако, отступать тебе некуда. Обещал — выполняй, иначе кличка «балабол» к тебе намертво приклеится, — Офолл ненадолго задумался. — Пожалуй, я дам провожатого — ты ж сам до Тухлой впадины не доберёшься. К вечеру из патруля вернётся Фред, он тебя и проведёт. Завтра. А сегодня отдыхай, набирайся сил перед важным делом.

Офолл усмехнулся и ушёл, оставив его любоваться на Бешеного. Дилль сунул коню пучок соломы, которую тот с презрением проигнорировал, и поплёлся искать дом, в котором остался Тео.

Вампир выпил не меньше Дилля, но его организм боролся с хмельным гораздо быстрее, а потому Тео выглядел просто не выспавшимся и помятым, в то время, как сам Дилль всё ещё походил на ожившего мертвяка. Вскоре Дилль, морщась, выслушивал рассказ о своих вчерашних «подвигах».

—… тебе стало темно, и ты сделал маленького светляка. Только получился он размером с хорошую собаку — все чуть не ослепли. Хорошо, что ты никому не стал показывать огненные шары — спалил бы весь форт к демонам. Это было после того, как ты на спор залпом выпил полную кружку медовухи. Я, даже не подозревал, что ты так умеешь пить.

— Я тоже, — мрачно сказал Дилль. — Лучше бы не умел. Теперь придётся тащиться в Тухлое болото… или как там это место зовут? За василиском. Тео, ты что-нибудь знаешь про василисков?

— Из кожи василиска была сделана фляжка мастера Криана для едкого эликсира, — наморщился вампир. — Ну, ещё рассказывают, что от взгляда василиска человек превращается в камень. Пожалуй, всё.

— Да, я знаю больше тебя, — вздохнул Дилль. — От запаха мочи василисков драконы приходят в полное бешенство. Но сейчас это знание мне, увы, не поможет.

— Не помирай раньше времени, — попытался подбодрить его Тео. — Уж как-нибудь с этим страшилищем мы совладаем — маги мы или нет, в конце концов.

— Мы? Я подписывался добыть голову василиска, мне и ответ держать. Тебе незачем тащиться непонятно куда.

— Ты серьёзно думаешь, что я отпущу тебя одного?

— Прости, дружище. Конечно, поехали вместе — вдвоём помирать будет веселее.

— Да-а, от твоей жизнерадостности даже вечнозелёный друидский дуб завянет. Давай-ка поедим, а потом потренируемся работать в связке, как советовал Оквальд. Чувствую, моя защита тебе завтра понадобится.

Час спустя, когда Тео насытился, они вышли во двор и начали устанавливать совместную защиту, которая должна была прикрыть их от магической и физической атак. Но если у Тео получилось, хотя и не с первого раза, создать свой щит, то магические способности Дилля отказались работать напрочь. Он долго не мог сконцентрироваться и раз двадцать произносил мантру спокойствия. Затем, когда голова пришла в относительно нормальное состояние, а пальцы почти перестали дрожать, он обнаружил, что энергия его на нуле. Медитационное упражнение не принесло плодов — то ли мешал дождь, то ли последствия пьянки. И даже драконья ярость спряталась в неведомые глубины. Так Дилль на собственном опыте убедился в справедливости слов мастера Криана о вреде пьянства для мага.

Спустя бесполезно истраченный час Дилль и Тео бросили это неблагодарное дело, и ушли отдыхать. Дилль в полном отчаянии от собственного бессилия рухнул на жёсткую кровать и поклялся больше никогда так не надираться, на что Тео тихо, но внятно сказал «зарекалась свинья дерьмо не жрать». Дилль думал было обидеться, но уснул.

Глава 23

* * *

Следующее утро было полным сборов и наставлений. Все обитатели форта — даже те, кто только что вернулся из патруля, были в курсе, что молодой маг собрался добыть голову взрослого василиска, а его друг-вампир будет ему помогать в этом важном деле. И каждый из пограничников желал Диллю и Тео удачи и советовал, как быть в той или иной ситуации.

— Коня лучше оставить, не въезжая в Тухлую впадину — он только мешать будет. А сам к белым камням не спускайся — задохнёшься.

— Старайся выманить его на твёрдый грунт — в болоте ты увязнешь, а у василиска лапы широкие.

— Из арбалета стрелять надо против чешуи. Ещё можно попробовать в глаз ему засадить. Главное, чтобы он при этом не зажмурился — у него веки, как из камня. Не попадёшь? Тогда и не бери арбалет — только мешать будет.

— Если он хвост задерёт, значит, сейчас атакует. Опасайся не его зубов, а когтей — он ударом лапы столетнюю сосну выкорчёвывает.

Дилль поначалу пытался запомнить полезные сведения, но потом только рукой махнул — невозможно за полчаса стать настоящим охотником. Он влез на Бешеного и поехал вслед за Фредом — проводником до Тухлой впадины. Тео, который в противоположность Диллю не отказался ни от небольшого арбалета, ни от длинного копья, тоже поспешил сесть в седло.

Несмотря на кличку, конь под Диллем оказался вполне спокойным и понятливым. А вот лошадь Тео всё время нервничала, прядала ушами и беспокойно косилась на седока — чем-то он ей не приглянулся. Фред только усмехнулся, когда коняга едва не сбросила Тео.

Их провожатый был мужчиной лет за сорок, с острым, цепким взглядом, орлиным носом и куцей бородой. В противоположность адептам, надевшим широкополые шляпы и непромокаемые накидки, он был одет легко: в кожаную куртку и крошечную шапку, не прикрывавшую от дождя даже макушку. И сам Фред, и его конь были увешаны разнообразным колюще-режущим оружием — единственно, чего у Фреда не было — копья. Когда об этом зашёл разговор, пограничник усмехнулся и сказал:

— Всё, что у меня есть, в любой момент может пригодиться. А копьё только за ветки цепляется. К тому же, я не собираюсь схватываться с василиском.

Мелькнувшая было у Дилля надежда, что Фред поможет им в охоте, исчезла. Ладно, сами справятся.

Они переехали Хрустальную, и Дилль всё рыскал глазами в поисках нор бруггеров. Ничего не увидел — то ли Фред провёл их в том месте, где червей-прыгальщиков нет, то ли Диллю самым бессовестным образом наврали. Они добрались до расколотой сосны и свернули — теперь путь лежал параллельно течению Хрустальной. Полчаса неспешной рыси, и Дилль увидел среди расступившихся деревьев широкую песчаную прогалину. Ветер донёс до него запах тухлых яиц.

— Всё, дальше я не пойду, — сказал Фред. — Лошадей лучше здесь оставьте. Когда минуете песок, смотрите в оба — василиски могут с любой стороны вылезти.