Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Но в рубке уже царил настоящий хаос; все тщательно разработанные протоколы боевых действий оказались бессмысленными перед неожиданным противником.

— Мы получили непоправимые повреждения, сэр! — крикнул один из помощников Сервантеса, у которого по лицу обильно струилась кровь. За его спиной забился в агонии еще один член команды. Гектор увидел, что большая часть экипажа уже погибла. — Мы не в состоянии остановить утечку воздуха!

— Приведите ко мне астропата.

— Чтобы послать сигнал бедствия, сэр? — спросил офицер, едва перекрикивая оглушительный шум.

В дыму еще виднелись силуэты тех, кто пытался как-то навести порядок и исправить повреждения, хотя все это было бесполезно.

— Нам уже никто не сможет помочь, — обреченно ответил Гектор, сознавая, что системы корабля одна за другой выходят из строя. — Надо послать предупреждение.

Цест опустился на колени в одном из святилищ казармы Омега космопорта Вангелис. Обширная космическая станция была построена на крупном спутнике и располагалась в нескольких шестиугольных куполах, где находились доки, различные храмы и жилые помещения. Все объекты соединялись между собой лабиринтом подъездных тоннелей, а во избежание путаницы территория подразделялась на множество кварталов, или дворов. Оживленный космопорт наводняли толпы торговцев, корабельных служащих и ремесленников, а значительная часть территории была отведена Астартес. Вангелис давно стал галактическим перевалочным пунктом, и небольшие отряды Астартес, участвующие в отдельных операциях, использовали его в качестве места сбора.

После выполнения своих задач они собирались в казармах, отведенных для их Легиона, и дожидались, пока не подойдет боевой корабль. Хотя одновременно здесь находилось не больше роты, в распоряжении космодесантников были секторы от «Каппа» до «Тета». В этих помещениях редко можно было увидеть других людей, кроме вездесущих слуг и помощников Астартес, хотя и летописцы, во исполнение приказа о поддержании хороших отношений с людьми, без труда получали доступ в казармы.

Цест наслаждался темнотой святилища и пользовался случаем привести в порядок мысли. Он пришел сюда в полном боевом облачении и теперь медленно поднял сжатый кулак к букве «U», выгравированной в центре нагрудника доспехов. Прикоснувшись к символу прославленного Легиона Ультрамаринов, Цест склонил голову.

«Уже скоро», — подумал он.

Вместе с девятью боевыми братьями он провел на Вангелисе больше месяца. Астартес исполняли роль почетной стражи при одном высокопоставленном чиновнике Империума на расположенном неподалеку Итилриуме и все это время находились вдали от остального Легиона. Эта отлучка показалась Цесту чрезвычайно долгой. Поначалу он думал, что смешаться с человеческой частью населения космопорта будет любопытно и поучительно, но даже без силовых доспехов, в простой одежде легионера, он вызывал у людей страх и благоговение. В отличие от своих братьев Цест не испытывал радости от подобной реакции. В конце концов он стал проводить все свободное время в казармах.

Известие о скором прибытии корабля, который доставит его вместе с остальными братьями на Ультрамар, к примарху, вызвало у него облегчение. Он хотел снова участвовать в Великом Крестовом Походе и сражаться на просторах Галактики, неся людям порядок и уверенность.

Прошел слух, что Воитель Хорус уже отбыл на Истваан III, чтобы подавить восстание против сил Империума. Цест не без зависти узнал, что с ним рядом сражаются его братья: Пожиратели Миров, Гвардия Смерти и Дети Императора.

Несмотря на увлечение тайными знаниями и высокую образованность, Цест был воином. Таким его создали. Отрицать это было бы все равно что отрицать генетические особенности своего существа. Он не мог этого сделать, как не мог пойти против воли и отеческой мудрости Императора. И потому Цест частенько искал уединения, медитируя в святилище.

— Совсем не обязательно преклонять колени при моем появлении, брат.

Глубокий бас раздался за спиной Цеста, и тот в одно мгновение вскочил на ноги и развернулся.

— Антиг, — произнес Цест и убрал короткий меч в ножны на бедре.

Для любого другого боевого брата такой неуважительный поступок закончился бы выговором, но с Антигом, несмотря на то что тот был младше по званию, их связывала крепкая дружба, необычная даже для Ультрамаринов.

Эта связь была полезна обоим космодесантникам, делая их в паре намного сильнее, чем просто два отдельно взятых воина. Там, где Цест мог поддаться эмоциям и пренебречь осторожностью, порой несдержанный Антиг зачастую проявлял настойчивость и хладнокровие, несвойственное его брату-капитану. Действуя как команда, они уравновешивали друг друга.

Боевой брат Антиг был одет так же, как его товарищи Астартес. Громоздкая синяя броня в точности повторяла доспехи Цеста вплоть до обязательной для каждого Ультрамарина эмблемы. Оплечья, наручи и воротник сверкали золотой отделкой, а с левого плеча к правой части груди тянулся золотой шнур. Оба Астартес были без шлемов: Антиг пристегнул свой к поясу, а Цест держал под мышкой; его светловолосую голову украшал серебряный лавровый венок.

— Не терпится, брат-капитан? — спросил Антиг, блеснув серыми глазами. — Хочется снова оказаться среди звезд и командовать частью флотилии?

Как капитан роты, Цест носил еще и звание командира флота, но на время пребывания на Итилриуме этот аспект его деятельности оставался невостребованным. Антиг не ошибся, он действительно очень хотел опять вернуться к своим обязанностям и сражаться против врагов Императора.

— А тебе лишь бы шнырять по темным углам и врываться в самый неподходящий момент, — строго произнес он и шагнул вперед.

Цест лишь пару мгновений сохранял грозную мину, а потом широко улыбнулся и хлопнул Антига по плечу.

— Рад тебя видеть, брат, — сказал он, сжав его предплечье.

— И я рад, — ответил Антиг, приветствуя друга таким же жестом. — Я пришел, чтобы забрать тебя отсюда, брат-капитан, — добавил он. — Мы собираемся для встречи «Кулака Макрейджа».

От храма квартала «Омега» до космических доков, где Антига и Цеста ожидали остальные боевые братья, было совсем недалеко. Узкий переход, украшенный папоротниками и затейливыми статуями, быстро вывел их на широкую площадь со множеством выходов. Занятые дружеским разговором, Ультрамарины выбрали западный коридор, который и должен был привести их к докам.

Цест, первым свернувший за угол, внезапно получил удар в грудь. Толчок, хотя и неожиданный, был не настолько сильным, чтобы Астартес хотя бы покачнулся. Цест удивленно посмотрел вниз, стараясь определить причину нападения. Перед ним в беспорядочно сбившейся одежде, прижимая к груди лито-блокнот, дрожал человек, похожий по своему виду на ученого.

— Что это значит? — грозно потребовал объяснений Антиг.

Побледневший ученый, оказавшись в обществе двух могучих Астартес, съежился еще больше. Он мгновенно вспотел и воспользовался рукавом одеяния, чтобы вытереть лоб. Только тогда он украдкой бросил взгляд назад, не осмеливаясь смотреть на воинов.

— Говорите! — раздраженно бросил Антиг.

— Терпение, брат, — негромко посоветовал Цест, легонько дотронувшись до его плеча.

Этот жест подействовал на Ультрамарина, и тот отступил на шаг назад.

— Скажите нам, — спокойным голосом обратился к ученому Цест, — кто вы такой и что вас так расстроило?

— Таннаут, — все еще задыхаясь, поспешно ответил человек. — Летописец Таннаут. Я только хотел сложить сагу о его подвигах, но им вдруг овладело безумие, — пробормотал он скороговоркой. — Это же дикарь, настоящий дикарь!

Цест обменялся с Антигом скептическим взглядом и властно посмотрел на ученого:

— О чем это вы толкуете?

Таннаут дрожащим пальцем показал на арочный вход в одну из казарм.

Над аркой на каменной панели виднелось стилизованное изображение волчьей головы.

Цест, мгновенно поняв по этому символу, кто из Астартес, кроме них, находится в космопорте, озабоченно нахмурился:

— Сыны Русса.

Антиг негромко застонал.

— Помоги нам Жиллиман, — со вздохом произнес он, и оба Ультрамарина зашагали к казарме, оставив перепуганного летописца позади.

Бриннгар Штурмдренг свалил с ног еще одного Кровавого Когтя и оглушительно расхохотался.

— Вперед, щенки! — заорал он и сделал большой глоток из кружки, которую так и не выпустил из рук. Большая часть коричневой пенящейся жидкости выплеснулась на затейливо заплетенную густую бороду и потекла на серый бронекостюм Космического Волка. — Я как раз хотел поточить свои зубки.

В подтверждение своих слов Бриннгар хищно усмехнулся и продемонстрировал пару длинных клыков.