Шесть причин, чтобы остаться девственницей - Луиза Харвуд

— Отлично. Вот ты этим и займись. В конце концов, ты знаешь Оливера лучше, чем я. Поговори с ним еще раз, и понастойчивей. Иди напролом, не дай ему отказаться. И если ты считаешь, что Сэм не представляет опасности, пригласи и его.

— Ладно, сделаем. Не переживай, Оливер будет наш, — деловым тоном сказала Кэтлин. — Сколько времени в моем распоряжении?

— Две недели.

12

Судьба дает ему второй шанс — и на этот раз Сэм не собирался сдаваться. Будь он проклят, если позволит Оливеру снова увести у него Эмили…

И Сэм принялся за дело. Он пустил слух, что по просьбе друга ищет помещение под магазин — небольшое, уютное, расположенное в центре города, желательно, если этим городом будет Сент-Брайдз. В местном агентстве недвижимости объявления о сдаче в аренду магазинов появлялись довольно часто, но Сэм рассудил, что, если он сам найдет подходящий вариант, а затем сообщит об этом Эмили, она приедет в Корнуолл, чтобы взглянуть на помещение, и, если Сэм ей небезразличен, снова захочет повидаться с ним. Непременно захочет, ведь именно он помог ей сделать первый шаг к осуществлению заветной мечты.

А дальше события будут развиваться следующим образом: Эмили безумно понравится магазин, она переедет в Сент-Брайдз и окажется совсем близко к Сэму. Вот тогда он начнет действовать, и никакой Оливер не сможет ему помешать.

Примерно неделю спустя Бертран Найтингейл, один из работников «Тревисси», сказал Сэму, что его сестра, после тридцати лет честного труда, решила уйти на пенсию и сдать в аренду свой магазин. Сэм расценил известие как добрый знак — судьба всеми силами старается помочь ему обрести долгожданное счастье.

Он набросился на Бертрана с вопросами и выяснил, что пожилая леди уже месяц пытается найти арендатора, но, к ее удивлению, никто пока не заинтересовался магазином. Значит, сообразил Сэм, Эмили удастся заключить договор на выгодных условиях. Кроме того, здание находится на Хамбл-стрит — самой оживленной торговой улице в старой части Сент-Брайдза, и к тому же неподалеку от моря — еще один плюс, учитывая название, которое Эмили придумала для своего художественного салона, — «Морская волна». Нет, определенно, провидение на его стороне.

На следующий день Сэм отправился в Сент-Брайдз. По пути к Хамбл-стрит ему на глаза попалась вывеска агентства недвижимости. Он подошел к доске объявлений и пробежал глазами листовки с красочными фотографиями. Одна из них показалась Сэму любопытной: симпатичный домик на Фласс-стрит, всего в двух кварталах от того места, где находился магазин сестры Бертрана, миссис Маддокс. Сэм на всякий случай записал адрес — ну должен же хотя бы один из вариантов соблазнить Эмили.

Но стоило ему увидеть дом номер тринадцать по Хамбл-стрит, и радужные фантазии Сэма рассыпались в прах. Здание выглядело ветхим и убогим: облупившиеся стены, некогда выкрашенные в веселый розовый цвет, были покрыты какими-то грязно-желтыми разводами, общую мрачную картину дополнял навес над входом — блеклое черное полотнище, на котором проступали серые буквы названия магазина «Джек и Джилл». Два мутных окошка справа и слева от крыльца были забраны частым переплетом, похожим на решетку, — вряд ли подобная витрина привлечет покупателей.

Подойдя поближе, Сэм заглянул внутрь магазина. Вид оказался еще более удручающим, чем снаружи: сумрачное помещение, оклеенное выцветшими зеленовато-коричневыми обоями, вдоль стен до самого потолка громоздятся уродливые деревянные стеллажи. И сама комната была какой-то странной формы, напоминающей пирамиду с обрубленной вершиной. В дальнем углу Сэм разглядел нечто вроде примерочной кабинки — ниша, прикрытая пыльной кирпично-красной занавеской.

Конечно же, дом на Фласс-стрит, выставленный агентством недвижимости на продажу, чистый и ухоженный, с большой зеркальной витриной и симпатичным, в две ступеньки, крылечком, не шел ни в какое сравнение с этой жалкой лачугой под номером тринадцать. Но Сэму не хотелось отказываться от первоначальной идеи самому подыскать магазин для Эмили. Он даже подумал, не попросить ли у хозяйки ключи и с помощью Дженнифер, которая могла бы дать ему несколько дизайнерских советов, сделать небольшой ремонт: поклеить комнату светлыми обоями и пройтись свежей краской по фасаду. Однако подобный макияж будет выглядеть обманом — Эмили должна увидеть здание в том виде, в котором оно находится сейчас, и сама принять решение.

Вернувшись в «Тревисси», Сэм позвонил в Лондон. Со дня их последней встречи в Корнуолле прошла почти неделя. Он надеялся поговорить с Эмили и подробно рассказать о результатах своих поисков. Но в тот день она ушла из дома часов в восемь утра, чтобы не опоздать на собеседование, — первое за последние пять лет, которое показалось ей интересным и важным. Так что Сэму пришлось ограничиться коротким деловым сообщением, оставленным на автоответчике.

Отправляясь в «Беньян Грэфик Дизайн», Эмили вспомнила, как когда-то она, выпускница университета, свежеиспеченный специалист с новеньким дипломом в кармане, так же явилась на собеседование, на подгибающихся ногах переступила порог офиса и в полуобморочном состоянии сидела в приемной, прекрасно понимая, насколько невелики ее шансы. Агентство по найму тоже знало, что их кандидат не имеет опыта работы в офисе и единственное, чем может похвастаться, — это умением печатать на машинке со скоростью парализованной улитки. Однако они все равно посылали Эмили в разные конторы на растерзание агрессивно настроенным секретаршам и нервным, находящимся на грани психического расстройства менеджерам по персоналу.

Так было пять лет назад, а сегодня, сворачивая в узкий переулок, где находилось здание «Беньян Грэфик Дизайн», Эмили почти с нетерпением ждала встречи со своим потенциальным работодателем — он должен быть счастлив заполучить такого уникального сотрудника. Эмили вполне можно назвать опытным, надежным и эффективным менеджером, который способен разрешить практически любую кризисную ситуацию, а, кроме того, ее умению печатать на машинке позавидует любой пианист-виртуоз.

Агентство под названием «Большой шанс» разделяло это мнение: Эмили — редкий специалист. Они пообещали ей потрясающую работу, шефа, о котором можно только мечтать, и дружную команду молодых, энергичных и безумно талантливых людей.

Но, несмотря на столь заманчивые перспективы, Эмили, переступив порог офиса ровно в девять, захлопнула за собой дверь ровно в двенадцать, чтобы никогда больше туда не возвращаться.

Поначалу Эмили сидела в приемной и наблюдала за тремя дамами средних лет, которые, по всей видимости, и составляли ту самую команду молодых и энергичных сотрудников. То, что они, занятые жаркой перепалкой, не обращали внимания на посетителя, ничуть ее не смущало. Напротив, первые минут десять Эмили искренне забавлялась. Но когда три ведьмы перестали рвать друг другу глотки и дружно накинулись на молоденькую секретаршу, она поняла, что больше ни секунды не хочет оставаться в «Грэфик Дизайн». Девушка, безмолвно сносившая попреки разъяренных фурий, до боли напомнила Эмили ее саму. Ради чего возвращаться в ту же удушливую и злобную атмосферу новой фирмы, после того как она целый год проторчала в агентстве Кэрри Пайпер? Эмили позвонила в «Большой шанс» и сказала, что уходит. Однако еще минут тридцать провела в приемной, пытаясь уговорить робкую девушку сделать то же самое.