ПСС, т.1 - Владимир Ленин

Однако мы имеем возможность познакомиться и с организацией промысла помимо этой зависимости благодаря приложенной к очерку подворной переписи кустарей, — где указано число рабочих и сумма годового производства для каждого заведения.

Чтобы проследить, применим ли к этому промыслу тот закон, что товарное хозяйст­во есть капиталистическое хозяйство, т. е. неизбежно перерождается в него на извест­ной ступени развития, мы должны сравнить заведения по величине их: вопрос состоит именно в взаимоотношении мелких и крупных заведений по роли в производстве, по эксплуатации наемного труда. Взяв за основание число рабочих, делим заведения кус­тарей на три группы: I) заведения, имеющие от 1—5 рабочих (и семейных и наемных вместе); II) имеющие от 6—10 рабочих и III) имеющие свыше 10 рабочих.

Прослеживая величину заведений, состав рабочих и сумму производства в каждой группе, получаем такие данные:

Под «семейными» рабочими, в противоположность наемным, разумеются работающие члены хозяй­ских семей.

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»

217

Группы кустарей по числу рабочих

I. Им. 1—5 рабоч. П. » 6—10 » III. » бол. 10 »

2,8

7,3

26,4

25

90

100

19 58 91

251 249 260

72 18 10

34 23 43

34 22 44

167/43 43/39

23/23

476/92 317/186 609/557

119 500

79 000

158 500

Итого 6 45 59 254 100 100 100 233/105 1 402/835 357 000

Всмотритесь в эту табличку и вы увидите буржуазную или, что то же, капиталисти­ческую организацию промысла: по мере того, как заведения становятся крупнее, повы­шается производительность труда (средняя группа представляет исключение), усили­вается эксплуатация наемного труда , увеличивается концентрация производства

Третья группа, которая почти всецело основывает свое хозяйство на наемном труде, держит в своих руках — при 10% всего числа заведений — 44% общей суммы произ­водства.

Эта концентрация средств производства в руках меньшинства, связанная с экспро­приацией большинства (наемные рабочие), и объясняет нам как зависимость мелких производителей от скупщиков (крупные промышленники и являются скупщиками), так и угнетение

Знаменатель означает число заведений с наемными рабочими и число наемных рабочих. — То же и в следующей таблице.

Один рабочий производит в год в 1-ой группе на 251 руб.; во П-ой — на 249; в Ш-ей — на 260. Процент заведений с наемниками в 1-ой группе — 25%; во П-ой — 90% и в Ш-ей — 100%; процент наемных рабочих — 19% — 58% — 91%.

*"* В 1-ой группе на 72% заведений — 34% производства; во П-ой на 18%—22%; в Ш-ей на 10%— 44%.

218 В. И. ЛЕНИН

труда в этом промысле. Мы видим, следовательно, что причина экспроприации трудя­щегося и эксплуатации его лежит в самих производственных отношениях.

Русские социалисты-народники, как известно, держались противного мнения, усмат­ривая причину угнетения труда в кустарных промыслах не в производственных отно­шениях (которые объявлялись построенными на таком начале, которое исключает экс­плуатацию), а вне их — в политике, именно в политике аграрной, платежной и т. д. Спрашивается, на чем держалось и держится это мнение, которое приобрело теперь почти уже прочность предрассудка? Не на том ли, что господствовало иное представ­ление о производственных отношениях в кустарных промыслах? Совсем нет. Оно дер­жится только благодаря отсутствию какой бы то ни было попытки точно и определенно охарактеризовать данные, действительные формы экономической организации; оно держится лишь благодаря тому, что не выделяют особо производственные отношения и не подвергают их самостоятельному анализу. Одним словом, оно держится лишь по непониманию единственно научного метода общественной науки, именно — материа­листического метода. Понятен теперь и ход рассуждений старых наших социалистов. По отношению к кустарным промыслам они относят причину эксплуатации к явлени­ям, лежащим вне производственных отношений; по отношению к капитализму крупно­му, фабрично-заводскому они не могли не видеть, что там — причина эксплуатации лежит именно в производственных отношениях. Получалась непримиримая противопо­ложность, несоответствие, оказывалось непонятным, откуда мог вырасти этот крупный капитализм, — когда в производственных отношениях (которые и не рассматривались!) кустарных промыслов нет ничего капиталистического. Вывод естественный: не пони­мая связи кустарной и капиталистической промышленности, противополагают первую последней, как «народную» — «искусственной». Появляется идея о противоречии ка­питализма нашему «народному строю», — идея, имеющая такое широкое распростра­нение и недавно еще

ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА» 219

в подновленном и улучшенном издании преподнесенная русской публике г. Николаем —оном. Держится такая идея лишь по рутине, — несмотря на всю ее феноменальную нелогичность: о фабрично-заводском капитализме составляют представление по тому, что он действительно есть, а о кустарной промышленности по тому, чем она «может быть», о первом — по анализу производственных отношений, — о вторых — и не пы­таясь рассмотреть отдельно производственные отношения и прямо перенося дело в об­ласть политики. Стоит обратиться к анализу этих производственных отношений, и мы увидим, что «народный строй» представляет из себя те же капиталистические произ­водственные отношения, хотя бы и в неразвитом, зародышевом состоянии, — что если отказаться от наивного предрассудка считать всех кустарей равными друг другу и вы­разить точно различия в среде их, — то разница между «капиталистом» фабрики и за­вода и «кустарем» окажется подчас меньше разницы между одним и другим «куста­рем», — что капитализм представляет из себя не противоречие «народному строю», а прямое, ближайшее и непосредственное продолжение и развитие его.

Может быть, впрочем, найдут неподходящим взятый пример? скажут, что в данном случае вообще слишком велик процент наемных рабочих? Но дело в том, что важны тут совсем не абсолютные цифры, а отношения, вскрываемые ими, отношения, по сущности своей буржуазные и не перестающие быть таковыми ни при сильно выра­женной буржуазности, ни при выраженной слабо.

Если угодно, возьму другой пример — нарочно с слабой буржуазностью — возьму (из книги г. Исаева о промыслах Московской губернии) промысел горшечный, «чисто домашний промысел», по словам г-на профессора. Этот промысел, конечно, может служить представителем мелких крестьянских промыслов: техника самая простая, при­способления самые незначительные, производство дает предметы повсеместного

Это едва ли верно по отношению к промыслам Московской губернии, но по отношению к менее развитым промыслам остальной России, может быть, и справедливо.

220

В. И. ЛЕНИН

и необходимого обихода. И вот, благодаря подворной переписи кустарей с теми же данными, как и в предыдущем случае, мы имеем возможность изучить экономическую организацию и этого промысла, несомненно уже вполне типичного для всей громадной массы русских мелких, «народных» промыслов. Делим кустарей на группы — I) имеющие от 1—3 рабочих (и семейных и наемных вместе); II) имеющие 4—5 рабочих; III) имеющие более 5 рабочих — и приводим те же расчеты:

Группы кустарей по числу рабочихI. Им. 1—3 рабоч. 2,4 39 19 468 60 38 36 72/28 174/33 81500 П. » 4—5 » 4,3 48 20 498 27 32 32 33/16 144/29 71800 III. » бол. 5 » 8,4 100 65 533 13 30 32 16/16 134/87 71500 Итого 3,7 49 33 497 100 100 100 121/60 452/149 224 800

Очевидно, отношения и в этом промысле — а таких примеров можно бы привести сколько угодно — оказываются буржуазными: мы видим то же разложение на почве товарного хозяйства и притом разложение специфически капиталистическое, приводя­щее к эксплуатации наемного труда, играющей уже главную роль в высшей группе, со­средоточившей при 1/8 части всех заведений и при 30% рабочих — почти 1/3 всего про­изводства при значительно высшей сравнительно с средней производительностью тру­да. Одни уже эти производственные отношения объясняют нам появление и силу скупщиков. Мы видим, как у меньшинства, владеющего более крупными и более до­ходными заведениями и получающего «чистый» доход от чужого труда