Вернуть истинную - Лана Воронецкая

— Это я тебя сейчас вышвырну обратно. Туда, откуда ты пришёл!

Амир разворачивается, хочет закрыть меня спиной. Но я быстрее. Вскакиваю, протискиваюсь между ними.

Брат пытается схватить, чтобы запихать к себе за спину, но я бросаюсь на грудь к Дориану, руками обвиваю его шею.

— Дори, пожалуйста, не злись.

Амир возмущается:

— Ашара, как ты ему можешь доверять?

Ловлю взгляд Дориана, мысленно говорю по нашей связи: «Я тебя люблю. Пожалуйста, не ругайтесь!».

Он тяжело выдыхает, плотно сжимает губы, обнимает за талию, успокаиваясь.

Я разворачиваюсь в кольце мужских рук, натянуто улыбаюсь брату, спиной плотнее прижимаюсь к Дориану.

— Амир. Я для себя всё решила. Пожалуйста, держи себя в руках.

Теперь руки Дориана у меня спереди. Он расправляет ладони, нежно обхватывает мой животик, который едва заметно, но кажется начал округляться. Сквозь его пальцы пробивается лёгкое свечение.

Брат завороженно смотрит, с досадой говорит:

— Зря я тебя отправил в академию. Напрасно оставил там одну. Не усмотрел, не уберёг…

Дориан порыкивает, плотнее прижимает, но пальцы нежно поглаживают мой живот.

Я пытаюсь достучаться до брата.

— Амир, ты так неправ! Дориан – мой истинный. И я его люблю.

Мой дракон сдерживает недовольный рык, обращается к брату:

— Я люблю Ашару. Я сделал предложение, мы поженимся. И мне неважно, хочешь ты этого или нет. Так же, как мне плевать на возражения моего рода. Драконий совет и закон на моей стороне.

В разговор вмешивается ректор, который до этого наблюдал молча.

— Думаю, твой род изменит мнение, Дориан. Когда узнает о происхождении Ашары.

Амир удивленно восклицает:

— Господин Луцер?

Тот встаёт с кресла, идёт к брату, раскрыв объятия:

— Амир, мальчик мой! Как же ты повзрослел.

Мужчины обнимаются, хлопают друг друга по плечам.

— А вы совсем не изменились за столько лет.

Обстановка разряжается. Ректор настойчиво усаживает Амира в кресло. Сам садится. Мы с Дорианом тоже. Только мой дракон не готов меня выпустить из своих лап загребущих, садится в кресло, утянув за собой, усаживает на колени, так и не разомкнув пальцев на моём животе.

«Дориан, как это неприлично!» — пытаюсь возмутиться, чтобы никто не слышал кроме него.

«Р-ррр-ррр!» — раскатывается эхом в голове.

Впечатляюсь.

«Всё. Всё. Молчу», — ёрзаю, устраиваясь удобней.

«Так-то лучше, послушная моя…»

Он говорил, что когда я послушная, то возбуждаю. Краснею, чувствуя подтвержденье попкой через юбку.

«Дориан!»

«Когда же они все уже уйдут!»

Ректор расспрашивает брата:

— И почему же ты скрывался столько лет?

— Пожар в нашем доме произошёл неслучайно. Драконы устроили поджог.

Амиру удаётся удивить Луцера, который возражает:

— В официальных отчётах зафиксирован несчастный случай.

С горькой ухмылкой Амир тянется к бутылке вина на столе и наливает, не ожидаясь, пока ему предложат.

— Официальные отчёты врут. У меня есть доказательства. Возгорание произошло от драконьего огня. И я намерен завести дело.

Господин Луцер давится вином на словах брата, а Дориан вздрагивает и застывает в напряженье, внимательно вслушиваясь в дальнейший разговор.

Ректор отставляет недопитый бокал.

— Завести дело? И кто же согласится вести его и выступить против драконов? Такого прецедента еще не было в практике закона. У людей с драконами разные законодательные сферы.

Амир много лет работает дознавателем обвинения в суде, достиг высокого положения у нас в селении, его уважают, боятся и часто лебезят перед ним. Но чтобы выступить с официальным обвинением против драконов? Поэтому последнее время он частенько наведывался в столицу?

Амир пожимает плечами:

— Я.

В гостиной повисает тишина.

Брат отпивает вино, перекатывает напиток на языке, распробуя на вкус. Слегка кивает, в знак одобрения. Или каким-то своим мыслям. Пускается в объяснения:

— У меня десять лет практики дознавателем обвинения в суде и много времени и сил, потраченных на изучение и сопоставление законодательных баз. Я нашёл параллели и лазейки. Я создам прецедент. Тем более сейчас, когда такой яркий политический курс на сближение между нашими расами.

Амир бросает очередной недобрый взгляд на меня, окидывает снисходительным презрением Дориана.

— Драконий совет встаёт на сторону смешанных браков. Ещё и прикрывается сказками об истинности пар…

Я не могу смолчать:

— Ты не веришь? Амир, но это – правда!

Мне так больно, что брат считает меня лгуньей.

— Ашара, не знаю, что тебе твой дракон наговорил, но драконий совет всего лишь переживает за демографическую ситуацию своей вымирающей расы. Они всё что угодно придумают и наговорят, насочиняют сказок для таких наивных девочек, как ты, — выразительно смотрит на мой живот. — Лишь бы получить здоровое потомство.

— Амир, истинные пары существуют! Об этом написано в древнем гримуаре, я сама читала. И между мной и Дорианом истинная связь!

Брат кривит рот в ухмылке.

— И чем докажешь, моя милая сестрёнка?

Я пытаюсь вразумить брата, рассказываю про сокровенные татуировки. Про то, что могу видеть такую на Дориане, про то, что и у меня появилась её точная копия после… восстановления истинной связи меду нами. Про интимный укус разговаривать с братом язык не поворачивается. Это слишком… лично. Неприлично откровенно. Я лучше промолчу.

«Ну-ну…» — посмеивается Дориан у меня в голове.

Он прикрывает глаза и подсовывает мне картинку того, как расшнуровывает на мне корсет, обнажая плечико и груди… и впивается зубами на сгибе в шею. Я смущаюсь, стараюсь не потерять нить рассуждений.

Толкаю Дориана локтём, чтобы прекратил. Продолжаю объяснять Амиру про то, что мы с Дорианом слышим мысли. Чувствуем эмоции друг друга и можем разговаривать в голове.

Амир непреклонен:

— Прости, сестрёнка, но я тебе не верю. Вы даже не можете показать эти татуировки. Утверждаете, что они видны лишь вам двоим.

— Господин Луцер. Ну, скажите хоть вы ему.

Ректор снисходительно улыбается.

— Амир – настырный парень. Всегда был таким. Если он во что-то верит, его не переубедить. Если только он сам не передумает. А для этого нужны веские основания. Да, Амир? Таким ты мне запомнился, вижу не изменился за столько лет.

Бурчу:

— Желаю тебе, Амирчик, встретить истинную пару. Вот, я тогда над тобой посмеюсь! — я прям сгораю от желания, посмотреть на вытянувшееся лицо Амира. Чтобы до него дошло, что от судьбы не убежишь.

Ректор прищуривается, вглядывается в брата.

— Ты лучше расскажи, как чувствует себя твоя драконья ипостась. Меня смущает, что ты прилично повзрослел и выглядишь на свой возраст. Безусловно, тебе идёт. Как возмужал! Но, я учёный, мне