Подлинное искупление (ЛП) - Коул Тилли

— Всё так, — я сглотнула подступивший к горлу ком горечи. — Он был чист. Он… он был только со мной. Я стала для него единственной. И во всем, что имеет значение, он стал единственным и для меня.

Я издала невеселый смешок.

— Я ему доверилась, отдала свое сердце. Я никогда не думала, что смогу это сделать. Но сделала… с ним… И теперь вот узнаю, что он совсем не тот, за кого я его принимала.

Я встала и подошла к большому окну. Снаружи было темно, но вдалеке виднелись огни. Внезапно мне стало холодно, и я сложила руки на груди.

— Не думаю, что ты права, — сказала Мэй.

Я напряглась, затем взглянула на все еще сидящую за столом сестру. Мэй нервно посмотрела на двух моих сестер и поёрзала на стуле.

— Наши мужья ослеплены ненавистью к нему за то, что он им сделал. За то, что случилось с нами, особенно с Лилой. Но…

Она сделала глубокий вдох и продолжила:

— В глубине души я не верю, что он плохой человек. Белла, я часто об этом думала. Райдер был мне хорошим другом, и я считаю, что эта дружба была искренней, даже если из-за его последующих действий всё стало выглядеть иначе. Какое-то время я боялась, что он потерян из-за веры, но когда он нас отпустил, я увидела сияющий в нем свет.

Мэй вздохнула.

— И сегодня я поняла, что он окончательно вернулся. Райдер. Не Каин, а человек, которым он был вдали от Ордена. Он привез тебя к нам. Плохой человек не смог, не сделал бы этого.

В мое сознание проникли ее слова, и я почувствовала, как по губам катятся слезы.

— Я совсем сбита с толку, — призналась я. — Столько всего произошло. Я… я не знаю, что и думать… Я… я…

Входная дверь открылась, и когда в комнату вошел возлюбленный Мэй, у меня душа ушла в пятки. Я впервые увидела его вблизи при свете. Высокий, крепкий, с проницательными карими глазами. Его кожу украшали цветные рисунки. На него было страшно взглянуть.

Словно почувствовав на себе мой взгляд, он посмотрел на меня, и я поняла, что он тоже меня оценивает. Он в недоумении помотал головой.

К нему подошла Мэй. Несмотря на наше присутствие, Стикс притянул ее к себе и жадно поцеловал. Увидев это, я покраснела. Тогда я поняла, что этот мужчина властный. Он брал всё, что хотел и когда хотел.

Прервав поцелуй, он что-то жестами показал Мэй. Я увидела, что моя сестра тут же побледнела.

— Нет, — потрясённо сказала она.

Стикс в ответ промолчал.

— Что? — произнесла я.

— Можно, я ей расскажу? — спросила Мэй.

Он кивнул. Пока Мэй говорила, Стикс неотрывно смотрел на меня.

— Райдер сообщил Стиксу, что Орден планирует на нас напасть.

Я вспомнила учебные стрельбища, Пророка, вооружившего наш народ к концу дней, проповеди ненависти, и у меня бешено заколотилось сердце.

— Да, — сказала я. — Иуда готовит их к концу.

Мэй опустила глаза.

— Поэтому Палачи нападут первыми.

Она помолчала, потом добавила:

— Палачи и Райдер.

По моим венам раскаленным потоком хлынул страх.

— Нет, — прошептала я. — Он убьёт Райдера. Иуда, его брат-близнец… он его убьет.

Стикс пожал плечами, от этого движения у меня внутри вспыхнул пожар. Без какой-либо сознательной мысли, я бросилась к нему.

— Белла, — потянувшись ко мне, позвала Мэй.

Я вырвалась из ее рук. Стикс приподнял бровь и скрестил руки на груди. Это только еще больше меня разозлило.

— Ты и понятия не имеешь, — сказала я, изо всех сил стараясь контролировать свои взвинченные эмоции. — Ты и понятия не имеешь, что Иуда неделя за неделей творил с Райдером. Он мучил его всеми возможными способами. Он вышвырнул его, порвав все братские узы, что когда-либо их связывали. И это просто убило Райдера. Его единственная семья, единственный человек, которого он любил, бросил его, потому что он попытался поступить правильно.

От гнева у меня дрожали ноги, но я не сдавалась.

— Когда Райдер, наконец, стал свидетелем обряда Дани Господней, он убил человека. Он пошел против всего, что знал, чтобы остановить то, что посчитал неприемлемым. Несмотря на то, что он являлся Пророком, он запретил один из самых важных ритуалов Ордена. Ты знаешь, каково ему было? Нет, ты не можешь этого знать, потому что ты никогда не жил в этом месте. А я жила. МЫ жили!

Мэй попыталась снова дотянуться до меня, но я повернулась к ней и крикнула:

— НЕТ!

Мэй отступила, и я снова повернулась лицом к Стиксу.

— Он рисковал всем, чтобы меня спасти. Я не знаю, как ему это удалось, но он поменялся местами со своим братом, чтобы тот меня не изнасиловал. Он отвернулся от своей плоти и крови, чтобы меня освободить и вернуть моим сестрам. А теперь ты толкаешь его обратно прямо им в руки… они его убьют.

Я ждала, когда Стикс заговорит, что-нибудь скажет. Но он только провел языком по нижней губе и пожал плечами. Я потрясённо отстранилась… затем взглянула на своих сестер. Лила и Мэдди склонили головы, а Мэй… Мэй покачивалась на ногах, но ничего не говорила.

— Да что же вы за люди? — спросила я, почувствовав, как меня прошиб ледяной пот.

Любовник Мэй снова что-то сказал ей жестами. Мэй побледнела и покачала головой. Он энергичнее задвигал руками, и на этот раз Мэй взглянула на меня и сказала:

— Стикс хочет, чтобы я сказала тебе… сказала тебе, что ты не знаешь Райдера так хорошо, как тебе кажется. И что теперь ты здесь с нами, и тебе не место рядом с ним. Райдер никогда не будет здесь желанным гостем. Никогда.

Я засмеялась. Я смеялась и смеялась, в недоумении качая головой.

— Белла, — произнесла Мэй.

Её расстроила это внезапное напряжение между мной и её любовью. Я это увидела.

— Нет, — тихо сказала я. — Мне просто… Мне просто нужно поспать. Нужно побыть одной.

— Ты же только что к нам вернулась, — проговорила Мэдди, и из-за моей робкой младшей сестры моё сердце чуть не разлетелось на части.

— Я знаю, сестрёнка, — ответила я. — Но я никак не могу взять все это в толк. Я изо всех сил пытаюсь понять, чем отличается эта жизнь.

Я снова встретилась взглядом со Стиксом.

— Как по мне, так вы просто поменяли одну контролирующую среду на другую. Боюсь, вы здесь вовсе не свободны. Вам просто дали клетку побольше, в которой можно гулять.

Мои слова очень сильно подействовали на любовника Мэй. Его лицо покраснело от едва сдерживаемой ярости. Мэй взяла его за руку и заставила посмотреть на нее. Она обхватила ладонями его лицо, и он, тяжело дыша, закрыл глаза. Ее прикосновение, казалось, успокоило мужчину.

— Мэдди, — произнесла Мэй. — Пожалуйста, покажи Белле свою прежнюю комнату. Она сможет там отдохнуть.

Мэдди взяла меня за руку и повела вверх по деревянной лестнице в спальню. Я подошла к кровати и села, Мэдди остановилась у двери. Я обвела взглядом красивую мебель, затем большое окно, которое выходило на стриженный газон.

— Белла, — наконец сказала Мэдди.

Я посмотрел на свою сестру. Она опустила голову и сцепила перед собой руки.

— Я просто… Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

От ее слов у меня защемило сердце, потому что я знала, что она говорит это искренне. У Мэдди было самое доброе на свете сердце.

— Я это знаю.

Мое внимание привлекло какое-то движение за окном, и я увидела, как из-за деревьев показалась массивная темная фигура. У меня похолодело внутри. Это был самый жуткий человек, какого я когда-либо видела.

— Кто-то идет, — сообщила я.

Мэдди вздохнула.

— Это наверняка Флейм. Он никогда не оставляет меня надолго.

— Это твой муж?

Мэдди кивнула, и я увидела, как она засветилась от счастья.

— Да. Он тот, кого я люблю. Он — вторая половинка моей души.

Флейм остановился под окном и уставился на меня. Он посмотрел куда-то мимо меня, и на его губах мелькнул проблеск улыбки. Мэдди. Ко мне подошла Мэдди.

Моя сестра поцеловала меня в щеку и направилась к двери. Я опустила голову, чувствуя, как у меня внутри начинает пульсировать боль.

— Белла?