Как приручить соседа - Аня Истомина

мудила твой отобрал? – хмыкает Степан, серьезно глядя на меня.

– Он никогда не откажется от нее, – качаю головой.

Дело не в Степане.

Я уверена, что он будет лучшим отцом для Стеши, чем я даже могу себе представить. На моей памяти я не встречала мужчину, готового так отстаивать чужого ребенка. Но Виталий… он создан для того, чтобы пить мою кровь.

Мне кажется, что даже если его вдруг посадят в тюрьму, он найдет способ, как испортить нам с дочерью жизнь.

Степан хмыкает и, покосившись на крепко спящую Стешу, начинает медленно поглаживать меня, забираясь под футболку.

– Ты мне не за него, а за себя скажи,.. Настенька. – нежные пальцы аккуратно скользят по моему животу вниз, отодвигая ластовицу трусиков.

– Я хочу, – выдыхаю, медленно прикасаясь к его чувственным губам и тая от прикосновений, – чтобы ты был отцом Стеши. Я доверяю тебе.

Степан плавно толкается бедрами в меня, заполняя сразу, до упора. Беззвучно ахаю от того, как сладко он растягивает мои стеночки.

– Как же я тебя люблю, – едва слышно шепчет Степа мне на ухо и начинает медленно покачивать тазом. Едва сдерживаемся. Он сжимает зубы, то и дело поглядывая, спит ли дочка, жмурится, набирает скорость. Кажется, он уже готов кончить просто от того, что я рядом.

А я любуюсь им, таким красивым и искренним. И я буду безумно счастлива, если у нас появятся еще дети. Степан так хорош, что просто обязан иметь потомство. Я уверена, что дети у него получатся превосходными.

Притормаживаю его и забираюсь сверху, укрываю нас одеялом, покачиваю бедрами неторопливо.

– Нашего сына будут звать Егор, – шепчу, наклоняясь к лицу Степана и прикусывая его губу.

– Самонадеянно, – он усмехается, насаживая меня на себя нетерпеливо.

– Придется постараться, Стёп, – покрываю его грудь поцелуями, – Стеше очень нужен брат.

И мы стараемся.

Стараемся так тщательно, что перемещаемся в ванную и продолжаем стараться там, чтобы все-таки не разбудить Стешу. Итог наших стараний – засосы на моей шее, исполосованная спина Степана и вырванная с корнем дизайнерская полка.

– Похоже, ремонт мы часто будем делать, да? – сквозь хриплое дыхание усмехается Степа, придерживая полку и покрывая мою шею новыми поцелуями.

– Ну, пока мы так стараемся – точно. – выдыхаю, обессиленно растекаясь по его груди. – Или тебе придется ускориться.

Степан хмыкает, отрывает полку окончательно и отставляет в сторону, а потом кутает меня в халат и уносит обратно в спальню.

Обнимаю дочь, даже не веря, что самое страшное, скорее всего, позади. Степан ложится сзади меня и обнимает нас обеих, будто укрывая в своих объятиях от всех бед. Засыпаю практически сразу и мне снится рыбалка. И я во сне знаю, что это означает залет. И сама же не верю, потому что понимаю, что не бывает так быстро.

Просыпаюсь от того, что слышу тихий голос Степы в другой комнате. Стеши тоже нет рядом. Встаю и тихонько иду их искать. Заглядываю на кухню и вижу, как Степан одной рукой держит телефон, а другой кормит дочь кашей.

– А давай докажем, что он – больное животное и просто усыпим, м? – миролюбиво басит он в трубку и вдруг замечает меня. – Ладно, работайте.

– Мамоська паснулась. – машет мне Стеша.

– Это ты про Виталия сейчас говорил? Так нельзя. – усмехаюсь со вздохом, целую их по очереди. – Откуда у вас каша?

– Заказали, – буркает Степа, не очень-то желая отвечать на первую часть вопроса, но потом все же вздыхает. – Этот… нехороший дяденька… в показаниях жаждет написать, что ты – соучастница. Все еще думаешь, я перегибаю?

Сажусь на стул напротив и опускаю глаза. Интересно, а если он узнает, что я действительно помогала бывшему мужу с его мутными схемами, сильно разочаруется во мне?

– Степа, – зову его виновато и кусаю губу, – я и правда до развода участвовала в этом всем, когда работала на него и замещала бухгалтера. И после, чтобы он давал видеться со Стешей, мне иногда приходилось помогать ему.

Степан долго смотрит на меня, ничего не отвечая. Но мне кажется, что он сейчас пинками выгонит меня из своей квартиры.

– Официально? – хмурится он.

Растерянно хлопаю глазами.

– Ну, нет.

– На “нет” и суда нет. А с остальным разберемся.

– Ты не злишься на меня? – уточняю на всякий случай.

– За что, Насть? – фыркает Степан. – Он тебя ребенком шантажировал. Странно, что ты ему свои голые фотки не отсылала и квартиры свои на него не переписала.

– Дядя Степа, а кафетька? – зовет его Стеша.

– Ты еще кашу не доела, хитренькая, – усмехается он, оборачиваясь к ней. – Смотри, тут немного осталось.

– Какие квартиры? – хмурюсь, глядя на него.

Степан не доносит ложку с кашей до раскрытого рта Стеши и внимательно смотрит на меня в ответ.

– У меня одна квартира, купленная в этом году, и машина. – добавляю на всякий случай.

– Ай ты моя хорошая, – улыбается Степан. – И что, и налоги не приходили?

Качаю головой.

Смотрю, как Степа снова берет в руки телефон и набирает чей-то номер.

– Достань Стеше кафетьку, – просит он серьезно и, резко поднимаясь, уходит из кухни.

Слышу, как тихо хлопает балконная дверь и жалею, что не могу ничего услышать.

Получается, Виталий записывал на меня свое имущество еще в браке, а я даже не знала об этом? Развелась быстро, не делила нашу квартиру, машины. И он не стал. Наверное, чтобы не палиться. Или сделал это уже после? Когда у него начались проблемы после нашего развода? А Стеша ему была нужна как гарант того, что, когда придет время, я отдам ему все до последнего?

Беру дочку на руки и крепко прижимаю к себе. Моя маленькая, бедная девочка. Как ты выдержала эти полтора года рядом с чудовищем?

Слава богу, что у тебя есть хорошая бабушка. Правда, теперь из-за нас ее сына могут посадить и я не знаю, как буду смотреть ей в глаза. Поймет ли?

Нужно созвониться, узнать, как она себя чувствует. С