Неженка в военной академии - Джулия Рокко

- Никакой это не фарс! - возмутилась Галка. - Нельзя так относиться к отбору! Неужели ты не понимаешь, что это такой шанс, который бывает только раз в жизни. Да мы же с тобой словно Золушки.

- Разве ты не знаешь, бесплатная туфелька бывает только в мышеловке? - устало вздохнув, то ли в шутку, то ли всерьез перефразировала я знаменитую земную поговорку. - И вообще… - Потребность облегчить душу вдруг сделалась такой острой, такой невыносимой, что я, не успев подумать, выпалила: - Меня тянет к дру… к другим мужчинам.

- Другим?! - неподдельно изумилась Галя. - Прямо так, во множественном числе?

Я кивнула.

- А что же император? Он знает?

- Теперь знает.

- И что? - повторилась Полянская.

- И ничего. Все останется как есть.

- Но где тут логика? - продолжала удивляться Галка.

- Из-за моего дара есть подозрение, что я все же могу оказаться локусом императора.

Галя неодобрительно поджала губы, ну точь-в-точь метресса Грымзана.

- Ладно, давай оставим пока эту тему, - предложила я, осознав, что не готова озвучивать подробности. - Лучше скажи, Галь, ты меня избегаешь?

- Конечно, нет! - решительно ответила Полянская. - С чего ты взяла?

- Ты держалась от меня на расстоянии весь вечер. А затем не позвала на ваши посиделки.

- Что касается вечера, мы давно условились с Ирмой и Алей, что будем на смотринах вместе. А не позвала я тебя только потому, что девочки против новичков. Я же не могу их заставить.

- По-моему, ты даже и не пытаешься на это как-то повлиять…

- Я спрашивала, честно, - заверила Галка.

- Я чувствую себя от этого препаршиво. Словно побирушка, просящая милости на паперти, - призналась я. - Так не должно быть.

Я надеялась, что если открою душу перед лучшей подругой, мне станет хотя бы немного легче. Но легче не становилось. Галя совсем не стремилась как-то развеять мои страхи, как прежде, по-дружески обнять и утешить.

- Никак не могу понять, - в порыве чувств воскликнула я, - отчего они так категоричны и совсем не считаются с твоим мнением? Ты же объяснила им, что мы - близкие люди? Если бы ты захотела познакомить меня с важным для тебя человеком, я бы приняла его как родного. Твой друг - мой друг.

- По-моему, ты слишком нагнетаешь, - не согласилась Полянская. - И вообще, это какая-то детская позиция, - припечатала она. - Мы же с тобой не сиамские близнецы. У тебя есть своя отдельная жизнь, у меня есть своя. Я не испытываю потребность таскать тебя повсюду за собой. И не жду такого от тебя. Это совершенно нормально.

- Но я бы с радостью пригласила тебя в академию, - возразила я. - Познакомила с парнями из своего кванда.

- А зачем? - ошарашила меня вопросом Галка. - Меня полностью устраивает пансион и мои девочки.

Снова она их так называла. «Мои девочки» - с гордостью и чувством принадлежности. От этого я растеряла все слова и аргументы. Да и в самом деле, что тут можно было сказать? Она не испытывала потребности… а я всё так же, наивно, старалась вернуть то прекрасное чувство единения, что прежде всегда царило между нами.

- Я тебя поняла. - Я поднялась на ноги, чувствуя, что на сегодня с меня хватит. - Пойду спать. Устала.

Я направилась на выход, но уже у самой двери, Галя меня окликнула.

- Кать, ты только не обижайся. Может, нужно просто немного подождать. Дать девочкам время привыкнуть к тебе?..

- Хорошо, - из последних сил сохраняя лицо, отозвалась я, хотя симпатии её девочек заботили меня меньше всего.

Просто в груди, там, где раньше жило тепло и счастливые воспоминания юности, возникла вязкая, высасывающая силы пустота. Хотелось сказать многое - и в тоже время не хотелось говорить ничего.

- Время так время.

Пожалуй, время и в самом деле имело свойство расставлять всё по своим местам. Вот только сердце всё равно болезненно сжималось в груди от предчувствия уже свершившейся, но пока ещё не названной потери.

***

Итан ожидал этой встречи раньше.

Как правило, император имел привычку решать насущные вопросы быстро, не откладывая их в долгий ящик. Тем более что им троим было что обсудить: новые смертоносные возможности почитателей Рокты требовали самого пристального внимания и кардинальных мер.

Вот только, похоже, сейчас Ронана больше заботил отбор. Что превратилось для Итана в отдельную, совершенно неразрешимую проблему. Особенно после выходки Килласа в малом зале для приемов.

Будь он проклят, если заклятый друг в открытую не заявил о своих притязаниях на Катерину. Ронг даже не знал, что приводило его в ярость больше: очередная скандальная выходка Килласа или то, что он сам не нашел в себе готовности поступить так же.

Это постылая необходимость играть по правилам, старательно соблюдая внешние приличия, уже порядком опротивела Ронгу. В первую очередь потому, что с каждым прожитым днём он всё острее ощущал, как практически собственными руками отдает другому то, что уже так давно и так беспощадно вожделеет сам.

Вожделеет, не имея на то никакого права. Наперекор собственным планам, принципам и присяге. От этого осознания уже ставшей привычной тихо тлеющая неприязнь к Килласу вдруг стала подобна прожигающей нервы кислоте. Зато бывший друг, в отличие от Итана, похоже, совсем не тяготился этой нравственной дилеммой.

- Я вижу, ты решил нас промариновать, Ваше Величество, - весьма формально, чувствуя, как под кожей бурлит злость на весь мир в целом и на самого себя в частности, сказал Ронг императору, едва он, Ронан и Вэйн остались в помещении одни.

Это была тайная, лишенная привычной помпезности комната. Что-то среднее между залой для карточных игр, гостиной и кабинетом. Личное место для уединения, где некогда, в годы их молодости, Итан, Вэйн и мужающий император любили проводить время. А позже и собирать тайный совет. Собственно, он и состоял-то из них троих. Прежде прекрасно ладящих меж собой, но впоследствии не сумевших сохранить свой дружеский союз.

Ронг и Киллас схлестнулись из-за Тэннеи Лордиан. Чем не на шутку взбесили Ронана, который всегда отличался весьма циничным отношением к женщинам. Во многом от того, что слишком часто становился объектом их охоты в борьбе за статус императорской фаворитки. Многие демоницы, несмотря на культивируемую в лиаррате изнеженность и крайнюю непрактичность, отличались амбициями. Запустив свои