Тринадцатый час - Ричард Дейч

— Через три минуты проходит экспресс до Нью-Йорка. Следующая остановка — вокзал Гранд-Сентрал. Бен со своими людьми будет ждать ее на платформе. Кому, как не ему, можно доверить ее жизнь? Бен сможет защитить ее от целой армии, не говоря уже об одном-двух плохих полицейских.

Бен Тейлор уже много лет был близким другом Маркуса. Он ушел в отставку после двадцати лет службы — пяти в спецназе ВМС, пяти в должности командира подразделения «Дельта», а о том, где он служил последние десять лет, он никому и никогда не говорил. Уйдя из армии, Бен основал свою консалтинговую фирму, стартовый капитал для которой обеспечил ему Маркус, первый и единственный друг, с которым он поддерживал контакт с первых лет службы. Дела небольшой компании шли вполне успешно, обеспечивая ему контракты как в стране, так и за рубежом, о содержании которых Беннет предпочитал не знать. Маркус имел в его фирме небольшую долю, отчасти ради бахвальства, но в основном ради ежеквартального собрания исполнительного комитета, когда они гоняли мяч в гольф-клубе и делились историями о своих завоеваниях на женском фронте.

— Не знаю, — поколебавшись, сказал Ник.

— Кто учил тебя стрелять? — возразил Маркус. — Благодаря кому ты столь легко получил пистолет и разрешение на него? Кому бы ты без всяких сомнений доверил свою жизнь? Это предложил сам Бен, поскольку не смог найти никого, кто сумел бы добраться сюда меньше чем за час — твой временной лимит, помнишь? Он сказал, что главное для нее — сесть в поезд, а уж до Нью-Йорка она доберется без проблем.

Выбравшись из машины, Маркус подошел к кассе и купил билет в один конец до вокзала Гранд-Сентрал. Вернувшись, протянул билет Джулии.

— Слушай меня: он будет ждать на платформе, ты сразу его заметишь — шесть футов четыре дюйма, рыжий и обожает заигрывать с женщинами. Ты встречалась с ним на моих свадьбах.

Улыбнувшись, Джулия кивнула и вышла из машины. Она молча обняла Маркуса, и тот обнял ее в ответ.

— Все будет в порядке. Я никому не доверяю так, как ему.

— Я только что хотела сказать то же самое про тебя. Ты за ним проследишь? Позаботишься, чтобы он не наделал глупостей? — спросила Джулия, имея в виду Ника.

— Ты же знаешь, это не так-то просто.

— Что ты собираешься делать? — спросил Ник.

— Поеду с тобой, — Маркус посмотрел на него так, словно речь шла о чем-то очевидном. — Думаешь, я брошу тебя одного?

— Я не собираюсь тебя вмешивать в это дерьмо.

— О чем ты говоришь? Ты это уже сделал.

Нику стало нечего возразить.

— Но мне нужно, чтобы ты поехал с ней…

— Со мной ничего не случится, — сказала Джулия. — Всего лишь полчаса на поезде…

Ник поднял руку, давая ей знак замолчать.

— Почему, по-твоему, я поручил позаботиться о ней Бену? — сказал Маркус. — Ей теперь ничто не угрожает, никакая опасность, так что ты сможешь… мы сможем сосредоточиться на деле.

С севера послышался грохот приближающегося поезда.

Джулия взяла руки супруга в свои, посмотрела ему в глаза и сказала:

— Я люблю тебя. Я люблю тебя больше, чем жизнь.

Ник с тревогой взглянул на нее, беспокоясь, что ей придется ехать одной.

— Со мной ничего не случится, — повторила Джулия, ободряюще сжимая его руки, так же как когда-то в детстве делала ее мать. — Будь осторожен.

— Буду. Я просто хочу, чтобы ты была подальше отсюда, прежде чем я со всем не разберусь.

— Ты приедешь и заберешь меня. Нам о многом надо поговорить, о нашей дальнейшей жизни.

— Увидимся вечером, не позже десяти, обещаю. Но сомневаюсь, что мы будем сегодня ужинать с Мюллерами.

— Ты ведь специально все так и спланировал, да? — улыбнулась Джулия. — У меня есть что тебе сказать, когда ты меня заберешь, так что не опаздывай.

Поезд вынырнул из-за поворота, подъезжая к станции.

— Не опоздаю, — сказал Ник, поднимаясь вместе с ней на платформу.

— Наверное, тебе стоит это взять, — сказала Джулия, доставая из сумочки КПК и отдавая его мужу.

— Спасибо, — ответил Ник, убирая маленький компьютер в карман.

— Помни, о чем ты обещал! — крикнула она Маркусу. — Никаких глупостей.

Подошел поезд, заскрежетав тормозами. С шипением открылись автоматические двери.

— В десять часов, — сказала Джулия.

Ник привлек ее к себе и крепко, страстно поцеловал. Наконец отпустил, когда уже раздался звонок, предупреждающий о закрытии дверей.

— В десять часов. Не позже, — кивнул Ник.

Джулия шагнула в вагон, и дверь закрылась между ними.

— Я люблю тебя, — неслышно проговорила Джулия с другой стороны двери.

Поезд тронулся.

— Защищать вратаря, — сказал Маркус, подходя к нему. — Это моя работа.

— Ты идиот.

— Может быть, — пожал плечами Маркус, поправляя галстук и белую рубашку. — Но в данный момент — я твой идиот.

Хорасу Рэндоллу оставалось полгода до ухода в отставку. Двадцать пять лет службы в полиции. Он прослужил пять лишних лет, надеясь отложить достаточно денег на жизнь после отставки, но, как это порой бывает, уже растратил свой пенсионный фонд, и ему предстояло в декабре покинуть департамент без единого цента на счету.

Он пришел в полицию в возрасте двадцати восьми лет, полный энергии и альтруистических взглядов на справедливость. Однако годы общения с системой, в которой отсутствовало четкое разделение на черное и белое, зато хватало серых областей политической целесообразности, сломили его дух. Последние десять лет он занимался лишь тем, что перекладывал бумажки и пил пиво.

Хорас ни разу не выстрелил из пистолета по долгу службы, никогда не преследовал подозреваемого, никогда не жил жизнью идеализированного полицейского. И это вполне его устраивало.

Он стал наставником поступившего на службу десять лет назад Итана Дэнса, взяв его под свое крыло и наблюдая, как тот быстро делает карьеру детектива. Он хорошо знал о внеслужебной деятельности Дэнса, но пока это никак не касалось Рэндолла, оно его нисколько не волновало; к тому же хоть он и не был образцовым полицейским, но отношения с коллегами у него всегда оставались хорошими.

Рэндолл весил около двухсот сорока фунтов. За последние восемь лет он прибавлял в среднем по десять фунтов в год, и от его тридцатидвухдюймовой талии остались лишь воспоминания. Его очки в роговой оправе в стиле ретро порой вызывали зависть у некоторых молодых патрульных, но на самом деле он носил точно такую же оправу с пятнадцати лет.

Дэнс знал ситуацию Рэндолла и предложил ему вариант, который должен был принести ему солидную сумму на банковском счете, достаточную до конца жизни.