Сердце Арахны - Влада Ольховская

не попасть под удар. Поначалу она лишь защищалась, изучая броню урсы. Но скоро Лукия заметила то, что искала: щели между пластинами, небольшие полосы мягкой, уязвимой плоти.

Вот теперь она была готова. Она скользнула вперед, миновала клешни и оказалась на туше существа. Она подцепила обеими руками бронированную пластину, потянула вверх – и просто оторвала, создавая новую уязвимость.

Сначала она попробовала, реально ли это сделать, на плече существа, чтобы отпрыгнуть, если у нее все-таки не получится. Но пока все шло именно так, как она ожидала, и можно было продолжать.

Теперь урса сражалась еще яростней – как и любое существо, почуявшее угрозу. Но это ничего не могло изменить. Не обращая внимания на отчаянные попытки поймать ее, Лукия добралась до его груди, сорвала пластину – и острым краем этой же пластины пробила мягкую плоть.

Она мало что знала об анатомии урсы, не подозревала, есть ли у этого существа сердце как таковое, где находятся жизненно важные органы. Лукия действовала наугад, однако интуиция редко ее подводила. На нее хлынул поток мутной темной крови, опасно горячей и обжигающей. Лукия вынуждена была отступить, и это был рискованный момент: если бы урса воспользовалась промедлением с ее стороны, все могло бы закончиться печально.

Однако урса не воспользовалась, просто не смогла. Издав последний отчаянный вой, хищник повалился на землю – и земля содрогнулась, но это было уже не важно, потому что урса была мертва.

К месту сражения спешили люди – пораженные, напуганные и восхищенные. Они считали, что стали свидетелями чуда и перед ними чуть ли не богиня. А Лукия думала лишь об одном: форму она все-таки испортила.

* * *

Ноэль было даже жаль его. Конечно, она была возмущена его поступком, и ей точно не хотелось торчать в этой клетке. Но, глядя на него, она видела не безумного извращенца, а уставшего от жизни старика, который просто принял неверное решение.

Жаль только, что он отказывался признавать свои ошибки.

– Послушайте, я вам правда сочувствую, – вздохнула Ноэль. – Но если вы не одумаетесь, я буду вынуждена вас убить.

Ей никогда еще не приходилось убивать людей. Правила позволяли это, хотя такое не приветствовалось, Ноэль просто сама не хотела. Хилеры были хранителями жизни, пусть смерть несут другие! Однако теперь, когда она оказалась перед таким выбором, Ноэль с удивлением обнаружила, что готова к решительному шагу, но только если придется.

А вот Оливер не воспринял ее предупреждение всерьез. Он все так же сидел на перевернутом ящике неподалеку от клетки и наблюдал за ней с нескрываемой грустью.

– Успокойся, дитя, – велел он. – Ты уже ничего не изменишь.

– Верьте во что хотите, – пожала плечами Ноэль. – Я вас предупредила. Вы хотя бы расскажете мне, зачем сделали это?

– Да, пожалуй, это я сделать обязан, чтобы ты правильно все понимала… Вы должны забрать нас отсюда. Это не моя прихоть, это суровая необходимость. Я делаю это не для себя. Я прожил на Арахне всю жизнь, мне уже недолго осталось, но я не хочу, чтобы погибли мои дети и все, кого я знаю.

– Так что, они теперь забирать вас не хотят? – оживилась Рене.

– Помолчи! – велел Оливер. – Тебя все это не касается!

– А для вас ничего не изменится, – указала Ноэль. – Вам уже объясняли, почему вас не могут забрать.

– Теперь это решение придется пересмотреть, если твои дружки хотят увидеть тебя живой!

Но даже так Ноэль жалела его. Он, действительно, прожил здесь всю жизнь – трудную, полную ожидания и несбывшихся надежд. Сейчас он был нездоров, но она уже поняла, что это отличительная черта всего второго поколения, которому выпала тяжкая участь переходного периода. Оливер еще долго протянул!

Он понимал, что его здоровья не хватит для того, чтобы подняться в космос, не говоря уже о том, чтобы пережить перелет до Земли, так что старался он, действительно, не для себя. Вот только…

– Это не так работает, – вздохнула Ноэль. – Начнем с того, что мои друзья – это не друзья. Это команда, солдаты, которые будут действовать строго по инструкции. Они попытаются освободить меня, а если не получится, пожертвуют мной. Но они никогда не нарушат карантин.

Она надеялась, что до этого все же не дойдет. Ноэль нужно было спастись самостоятельно, это уберегло бы ее и от позора, и от сложностей.

Она огляделась по сторонам, чтобы найти хоть какое-то оружие, но оружия не было. Оливер предусмотрительно очистил ее клетку, оставив там только мелкий мусор. Вот только он не подозревал, что ей и мелкого мусора будет достаточно.

– Они все сделают, как я скажу, – заявил Оливер. – Твоя капитанша уже вернулась, и она беспокоится за тебя.

Ноэль неплохо выучила местный язык – благо он был смесью языков Земли. Но она не всегда понимала Оливера: он что, сказал, что Лукия беспокоится? Ха! Тогда он или выбрал не то слово, или совсем не понимает ситуацию.

Лукия не умеет беспокоиться.

– Так что, переговоры уже начались? – полюбопытствовала из своей клетки Рене.

– Не будет никаких переговоров, – сказала Ноэль.

– Будут! – нахмурился Оливер. – Но когда я решу, на моих условиях. Если они сейчас узнают, что ты у меня, они попытаются тебя спасти, а раньше возвращения экспедиции вылета все равно не будет.

– Вылета и так не будет, у нас на этой планете только маленький челнок, который не вместит две тысячи человек.

– Это уже не наши проблемы! Вы оттуда! – Оливер указал на потолок. – Вы и придумывайте, как нас поднять! А пока твои друзья не решат эту задачу, ты останешься здесь… Что ты делаешь?

Ноэль все еще слушала его, но уже не уделяла его словам особенного внимания. Она устроилась на грязном полу, подобрала небольшой кусок металла и начала натачивать его камнем, который, вероятней всего, попал сюда с поверхности Арахны вместе с другим мусором.

– Готовлю оружие, – невозмутимо пояснила Ноэль.

– Вот из этого?

Кусок металла и правда был небольшим, поэтому Оливер и оставил его в клетке. А после обтачивания эта кроха должна была стать совсем уж несерьезной.

Рене тоже заметила это:

– Детка, если хочешь напасть на кого-то тайно, не предупреждай об этом! Хотя у тебя все равно ничего не получилось бы.

– Спасибо вам обоим за мнение, но я как-нибудь сама разберусь.

– Что ж, делай это, если тебе так проще пережить страх, – кивнул Оливер. – И прости, что так получилось, но мне нужно спасти поселение!

– Делайте что хотите.

Он пока не нападал на нее, и Ноэль тоже не собиралась на него нападать. Поэтому она