Даггер: Инициация - Денис Александрович Агеев

про себя отметил, что надо будет как-нибудь наведаться сюда еще раз и уж точно не для лечения.

Я вышел в коридор. Здесь царила суета и неразбериха. Какие-то люди в формах с эмблемами спецназа Альрийской Федерации рыскали по углам. Туда-сюда ходили боевые андроиды и летали дроны. Из старого персонала я пока что никого не встретил.

У входа в зал заседания стояло два спецназовца при полном обмундировании. Забрала шлемом полностью скрывали лица, что делало их похожими на безликих андроидов. Разговаривать с людьми, не глядя им прямо в глаза, будет сложно.

— Стоять! Сюда нельзя, — вытянул руку первый охранник. Вторая лежала на корпусе черного автомата.

— Мне нужно попасть на заседание, — спокойно сказал я, глядя в тонкую черную прорезь шлема спецназовца.

— А мне нужно отлить, но я этого не сделаю, потому что несу службу. Возвращайся откуда пришел.

— Слушай, рядовой, вчера у меня была чертовски сложная ночь. Не омрачай сегодняшний день своим поведением, — произнес я, представляя, как хмурится лицо охранника под шлемом.

— Ты кого из себя возомнил, умник? — сделал уверенный шаг в мою сторону охранник.

— Постой, Стив, — внезапно осадил его второй спецназовец. — Похоже, это тот, кто замочил ночного налетчика. Нам командир в голозаписи показывал.

Первый охранник поднял забрало шлема, и я увидел круглое лицо с дневной щетиной и уставшими глазами.

— А ты дерзкий, я смотрю, — сказал он, придирчиво оглядывая меня.

— Не люблю церемониться ни с кем, — пожал плечами я.

— Алекс, верно? — спросил второй спецназовец.

— Алекс Хоксвелл по прозвищу Палач, — кивнул я.

— Ну и кликуха у тебя, — улыбнулся первый охранник. — И многих ты замочил, кроме вчерашнего?

— Многих, но говнюков во вселенной еще достаточно, так что и работы у меня полно, — сказал я.

— Это верно, — кивнул первый охранник.

— Как ты это сделал? Как замочил того урода? — спросил второй.

— Ножом, — пожал плечами я.

— Это понятно, — махнул рукой тот. — Вопрос в другом: как ты смог добраться до него и не погибнуть? Эти уроды перебили всю местную охрану и дронов, а тебе удалось выжить.

— Старые рефлексы дают о себе знать.

— Ты ветеран? Где служил? — спросил первый спецназовец.

— Да много где. Я был легкопехотинцем, а легкая пехота — как хорошая специя, в любом кровавом блюде придется к месту.

Лицо охранника изменилось. Он явно проникся ко мне теплотой.

— Я тоже тянул лямку там. В самый разгар войны полгода в десантном батальоне состоял. Нас в самое пекло ада отправляли. Такого дерьма наведался, что спать не мог год после увольнения. Потом долго работу найти не получалось, поэтому снова вернулся в строй, но уже на госслужбу.

— Война никого не отпускает… — произнес второй охранник первую половину известной среди военных фразу.

— И никогда уже не отпустит, — закончил я. Помолчал и добавил: — Вы отличные ребята, и болтать с вами — одно удовольствие, но мне нужно в зал аудиенций.

— У нас приказ никого не впускать, — словно извиняясь, сказал первый охранник и развел руками.

— Но он на особом счету, Стив, — проговорил второй спецназовец. — Сам понимаешь.

— Да, — кивнул первый. Обвел окружающее пространство взглядом, отступил на шаг и добавил: — Поэтому проходи.

Распинаться в благодарностях я не стал, а лишь кивнул в знак уважения и двинулся дальше.

Вопреки ожиданиям зал аудиенции был почти пуст. За широким круглым столом сидел полковник Геррот, начальник службы безопасности, несколько человек из персонала комплекса и пятеро новоприбывших в форме высших офицеров Альрийской Федерации — все не ниже младших генералов. Это, похоже, и были те самые шишки из правительства, о которых говорила Лейла. Между всеми ними разрасталась горячая дискуссия, но говорили в основном Сэмюель Геррот и женщина лет шестидесяти из правительственной делегации, строгий вид которой намекал на то, что она сотрет в порошок любого, кто встанет у нее на пути. Ее чуть вытянутое, с крупными глазами и тонкими бровями лицо показалось мне отдаленно знакомым.

Я начал медленно приближаться, все свое внимание направив в сторону стола.

— … все, что у нас есть — это тело налетчика в высокотехнологичной броне неидентифицированного производства и неисправное устройство, принцип действия которого нам непонятен, — произнес полковник. Вид у него был удрученный, хотя было видно, что он изо всех сил держал себя в руках.

— Я же сказала вам, полковник, лучший специалист во всей Федерации в области телепортационных технологий уже направляется к вам. Два часа назад он вылетел с Зеро и уже завтра будет здесь, — проговорила женщина холодным голосом. Остальные члены делегации уперлись глазами в свои планшеты и что-то там заинтересованно рассматривали.

— Это мой личный крах, мэм, — покачал головой полковник и покосился на начальника службы безопасности. — Идеально выстроенная система охраны, снабженная передовым искином — ничто не выстояло перед налетчиками.

Гоббс сидел с серым лицом и опустошенным видом. Я вспомнил тот день, когда мы пили с ним виски в его кабинете и как он залихватски хвастался своими новыми полномочиями. Теперь же передо мной был совершенно другой человек.

— Именно поэтому вы должны разобраться с этим инцидентом. Я отклоняю вашу отставку и настоятельно рекомендую прислушаться к моим советам, — с явным напором произнесла женщина.

— Поймите, проекта «Даггер» больше не существует. Профессор в коме, вся охрана перебита, две трети участников мертвы, одну половину из оставшихся похитили, а вторая представляет собой необученных юнцов, не способных справиться со своими новыми возможностями…

— Вы отлично знаете, полковник, какие огромные деньги правительство вложило в этот проект. Бросить все мы не имеем права. Кроме того, вы должны понимать, что несете полную ответственность за все происходящее за этими стенами, а значит, сами понимаете, к каким невеселым последствиям для вас все это может привести, — перебила его генеральша. — И пока произошедшее не предастся огласке, а чтобы этого не произошло, я хорошо позабочусь, проект закрыт не будет. Новую охрану я уже вам выдала из корпуса спецназа Земли, специалистов для расследования и изучения полученных улик направила. Также вас будет курировать мой человек — генерал Эдмонд Торн. Он — моя правая рука. Все результаты расследования вы должны будете направлять ему лично.

Широкоплечий седой тип, сидящий рядом с генеральшей, поднял взгляд на Сэмюеля Геррота и кивнул. Полковник же сидел как парализованный: смотрел в одну точку, не моргал и, казалось, даже не дышал. Но Гоббс все равно выглядел хуже — видно было, что ему плохо физически. Хотя не исключено, что Уиллис всего-то страдал от очередного похмелья.

— Эй, а ты кто такой? — спросил один из членов делегации, повернувшись ко мне. Все это время они так были