Даггер: Инициация - Денис Александрович Агеев

стучало от нечеловеческих доз адреналина. Проверять состояние здоровья я не хотел, потому что и так знал, что от обилия негативных эффектов меня разрывает на части.

Я остался жив — и это главное. Все остальное — ерунда.

Со всем остальным я справлюсь.

Глава 17

Меня разбудила… боль. Сначала я не мог понять, какая точно из частей тела болела, но когда дрема окончательно спала, определить источники стало проще. Левое плечо, правое бедро, живот, голова — все это полыхало огнем. Особенно «приятные» ощущения разливались по животу — на него словно наклеили огромный раскаленный пластырь, обильно облив какой-то едкой кислотой и посыпав перцем. Вместе с тем понемногу проступали и другие ощущения — покалывания, пощипывания и даже легкий зуд. Еще немного хотелось пить, и чуть кружилась голова. Я вызвал меню нейроинтерфейса и заглянул в раздел «Состояние», чтобы убедиться насколько все плохо.

Состояние

Имя: Алекс Хоксвелл

Раса: человек (европеоидный тип — 83 %, монголоидный тип — 17 %)

Пол: мужской

Возраст (ЗЛИ): 34 года 7 месяцев (календарный)/36 лет 2 месяца (биологический)

Энергопотенциал: 2886

Здоровье: 57 % (средняя степень ожогов)

Психика: 77 % (состояние стабильное)

ФИП-коэффициенты:

— Физическая сила (ФС): 1.23 (-0.24 — средние ожоги внешних тканей)

— Рефлекторная моторика (РМ): 1.04 (-0.18 — средние ожоги внешних тканей)

— Перцепция окружения (ПО): 1.18

— Физическая выносливость (ФВ): 1.52 (+0.21 — легкое повышение иммунитета)

— Умственная пластичность (УП): 1.20 (-0.19 — средний болевой шок)

— Психическая активность (ПА): 1.17

Все оказалось не так уж и плачевно. Состояние здоровья, конечно, оставляло желать лучшего, да и сила с рефлексами, а также способность ясно мыслить немного понизились. Зато физическая выносливость увеличилась. Возможно, мне что-то вкололи, но вероятнее всего организм сам отреагировал на ожоги повышением иммунитета, что привело к увеличению отвечающего за него ФИП-коэффициента.

Чем закончилась погоня за налетчиком — я помнил, а дальше все словно окутал туман. Когда адреналиновый всплеск угас, на меня навалился болевой шок. Какие-то люди в форме спецназа Альрийской Федерации Земли поволокли меня обратно в здание. Потом перед глазами замелькали другие люди, вспомнилось и до глубины озабоченное лицо полковника Геррота. Дальше мысли путались, но скорее всего, я отключился.

Я приподнялся и огляделся. Находился я в лазарете, но лежал не в привычной регенерационной капсуле, а распластался на кушетке. Бронекостюма на мне не было, как и какой-либо другой одежды. На плечо, бедро и живот были нанесены стягивающие заживляющие повязки.

— С пробуждением, Алекс, — прозвучал знакомый женский голос. Через пару секунд в поле моего зрения появилась Лейла. Легкая надменность из ее взгляда пропала, как будто ее никогда и не было. В руках она держала свернутую вчетверо голубую форму участника проекта. Протянула ее мне. — Как самочувствие?

— Как у хорошо прожаренного стейка, — выдавил из себя улыбку я. Взял сверток и положил рядом.

— Да уж, вам досталось, — улыбнулась она. — К сожалению, все регенерационные капсулы повреждены, поэтому лечить вас пришлось более традиционным способом. И еще: я… вам очень признательна за вчерашнее.

— За что именно? — повел бровью я.

— Когда все это началось, я так была напугана, что… — она покачала головой. — Хоть я и спряталась, но думала, что умру от страха. А вы… не струсили и погнались за тем мерзавцем. Поймали и обезвредили его. Я все видела в голозаписи. Никто из охраны не смог с ними совладать, а вы — смогли. — Она снова смущенно улыбнулась и отвернулась.

Едва заметная искорка симпатии промелькнула между нами. Я едва сдержал улыбку и, чтобы сгладить неловкость, спросил:

— Ты сказала, что все это было вчера. Сколько я здесь провалялся?

— Шестнадцать часов. Я ввела вам несколько успокоительных и обезболивающих препаратов, чтобы ваш организм смог восстановиться.

— Похоже, их действие уже закончилось, — поморщился я.

— Давайте я вколю вам еще.

— Если только обезболивающее и, если можно, какой-нибудь стимулятор.

— На вашем месте я бы отдохнула еще.

— Ты не на моем месте.

Медик снова смущенно отвернулась, выждала короткую паузу и произнесла:

— Хорошо, сейчас сделаю.

Пока она вводила препараты и ласкала меня своим легким игривым взглядом, я решил узнать подробности инцидента.

— Что-нибудь выяснили по поводу налетчиков?

— Не знаю. Меня не посвящают в подобные дела. Несколько часов назад собралась комиссия из каких-то шишек из правительства. Сейчас они в зале аудиенций. Вместе с полковником. Наверное, обсуждают, что делать дальше.

— А Гоббс?.. Начальник службы безопасности — где он?

— Тоже там.

— Сколько участников проекта пострадало, ты тоже не знаешь?

— Точно нет, — покачала головой Лейла и добавила, — но слышала, что многие. Некоторых убили, кого-то, как и вас, ранило. Но большинство просто пропало.

Я вспомнил, как у меня на глазах исчезла Эдриа, и задумался. Получается, налетчики похитили многих участников. Но для чего?

— А что с профессором? — осторожно спросил я.

Перед глазами всплыла картинка из воспоминаний, в которых Шой лежал на полу в своей лабортории и дергался в конвульсиях. Я сомневался, что он выжил после столь щедрой порции парализующих ударов, что нанес ему ублюдок, но надежда все же теплилась. Вспомнилось, с какой нечеловеческой скоростью он двигался и с какой грациозностью наносил удары по налетчикам. Он явно обладал какими-то имплантами, и, возможно, их действие помогло ему выжить.

Лейла вздохнула. Отвечать ей не хотелось. Черт, неужели и профессор стал жертвой этого тонко продуманного вторжения?

— Он жив, но… — Лейла снова замолчала и опять вздохнула.

— Что, черт возьми, с ним? — повысил голос я.

— Он в коме, Алекс.

— В коме? — нахмурился я. — Насколько я знаю, современная медицина уже давно научилась выводить людей из любых видов комы.

— Да, но у профессора какая-то необычная кома. Не знаю, меня к нему не допускают. Дядя… то есть полковник вообще к нему никого не пускает, кроме медицинских андроидов и какого-то шишки из правительства.

Вот значит как… Но хотя бы хорошо, что профессор выжил.

— Ладно. Сейчас в зале аудиенций заседание, говоришь? — задумчиво протянул я. Слез с кушетки и потянулся. Боль приглушилась, мышцы благодаря действию стимулятора начали снова наполняться силами. Я начал быстро натягивать на себя голубой комбинезон.

— Да. Но я надеюсь, вы не собираетесь…

— Именно это я и собираюсь сделать! — перебил медика я.

— Но вы еще как следует не восстановились. И у вас нет необходимого уровня доступа на мероприятия подобного рода.

— Не волнуйся, детка, мне он не требуется.

Я направился к выходу из лазарета. Почти у самой двери обернулся и сказал:

— Благодарю за помощь.

— Буду рада видеть вас снова, — улыбнулась Лейла и отвела взгляд.

Говорить я ничего не стал, но