Традиции & Авангард № 2 (5) 2020 - Литературно-художественный журнал

Бабушка медленно открывает глаза.

КРАСНАЯ КАСКА (тише). Бабушка. Бабушка, прости меня! (Бросается к ней, обнимает ее, стоя на коленях рядом с кроватью.)

БАБУШКА (гладит ее по спине). Все в порядке. Не хнычь, детка!

КРАСНАЯ КАСКА. Я не должна была говорить это все…

БАБУШКА. Надо было сразу тебе признаться. Но ведь когда-то я видела. Когда-то я все видела. Очень долго, намного дольше других…

КРАСНАЯ КАСКА. Я знаю. Поэтому папа тебя не любит?

БАБУШКА. Он меня не понимает. Когда не понимаешь, боишься, а когда боишься, не любишь.

КРАСНАЯ КАСКА. Значит, папа не понимает пожарников?

БАБУШКА (смеется). Может быть…

КРАСНАЯ КАСКА. Бабушка, скажи… а так бывает: вырасти, но продолжать все видеть?

БАБУШКА. Ну… Очень редко.

КРАСНАЯ КАСКА. Но бывает?

БАБУШКА. Я тебе этого не желаю.

КРАСНАЯ КАСКА. Почему?!

БАБУШКА. Во-первых, тебе будет некогда. Знаешь, сколько дел у взрослых? Приготовить, постирать, убрать, отвезти детей в школу, в садик, на кружки – я уже не говорю о работе. А тут – говорящие волки, хулиганские эльфы, танцующие привидения. Знаешь, как они отвлекают? И где на всех время взять?

КРАСНАЯ КАСКА. А во-вторых?

БАБУШКА. Тебя никто не будет понимать.

КРАСНАЯ КАСКА. Меня и сейчас никто не понимает. Только ты – иногда.

БАБУШКА. Это пройдет. А когда всю жизнь – очень тяжело.

КРАСНАЯ КАСКА. А мне кажется, наоборот – когда даже не надеешься и не ждешь, тогда легче.

БАБУШКА. Не надеяться – очень плохо. Это самое худшее, что может случиться. Обещай мне, что ты всегда будешь надеяться!

КРАСНАЯ КАСКА. Взрослые не надеются – почти никто. Они что-то знают, чего не знаю я, только я не хочу это узнавать!

БАБУШКА. Я надеюсь. До сих пор.

КРАСНАЯ КАСКА. Бабушка… мама говорит, что твоя болезнь не опасная, но я не знаю, можно ли ей верить.

БАБУШКА. Ты слишком строга к ней.

КРАСНАЯ КАСКА. Она все время врет!

БАБУШКА. Взрослые не так просты, как тебе кажется. Твоя мама – не исключение.

КРАСНАЯ КАСКА. Но это правда? Твоя болезнь не опасная?

БАБУШКА. Честно? Понятия не имею. Врач говорит, не опасная. Но я не знаю, можно ли ему верить.

Смеются.

Сцена девятая

Детская. Волк жует бутерброд с сосиской. Красная Каска с поднятой защитой смотрит на него, сглатывая слюну.

ВОЛК. Ммм.

КРАСНАЯ КАСКА. Мы так не договаривались.

ВОЛК. Ммм… Ты что-то сказала?

КРАСНАЯ КАСКА. Да ты просто издеваешься!

ВОЛК. Если тебе слабо, не ищи виноватых. Дать куснуть?

Красная Каска сильно дергает волка за хвост.

ВОЛК. Ай! Ты что дерешься?

КРАСНАЯ КАСКА. А ты, а ты!.. Я думала, ты мне друг!

ВОЛК. Друг. Самый настоящий. Поэтому считаю своим долгом быть с тобой честным. Не расти – это очень взрослое решение. Может, тебе и не по зубам.

Красная Каска собирается опять дернуть его за хвост, но в последний момент передумывает.

КРАСНАЯ КАСКА (с достоинством). Ошибаешься.

Выходит.

Сцена десятая

Гостиная. Мама, Папа и Красная Каска сидят за обеденным столом. На тарелках еда, но никто не ест. На лицо Красной Каски опущена защита.

МАМА. Твое любимое. Неужели ты не будешь есть?

КРАСНАЯ КАСКА. Нет.

МАМА. А шоколад хочешь? А малину?

КРАСНАЯ КАСКА. Нет.

МАМА (плачет). За что ты нас так наказываешь?

ПАПА. Ты слишком с ней церемонишься, вот почему! Девочка сутки не ест, ее надо в больницу и под капельницу, а не беседы вести!

КРАСНАЯ КАСКА. А я капельницу выдерну!

ПАПА. А тебя привяжут.

КРАСНАЯ КАСКА. А я дышать перестану. Я знаю, это возможно. Так в Индии делают.

МАМА. Но почему? Почему?! (Не может сдержать рыдания, выбегает.)

ПАПА. В твоем возрасте все хотят жить, должны хотеть! У меня был одноклассник. Его задавила машина, он умер от кровоизлияния в мозг и с тех пор не выходил у меня из головы – я ужасно боялся, что со мной такое тоже может случиться, потому что я очень хотел жить!

КРАСНАЯ КАСКА (поднимает защиту). Может, я просто умнее? Ты об этом не подумал? Для вас каждый съеденный кусок – это еще один грамм, еще один сантиметр или там новый волос, а это все не так, не так! Каждая ложка манной каши – это ложка притворства, а кусок куриной ноги – сытое довольство собой, а глоток лимонного сока – ядовитая доза ехидства, а ломтик шоколада – приторная фальшь, и так накапливается, накапливается, пока мы не становимся взрослыми и думаем: откуда это? А это мы сами в себя съели! Не хочу так. Не хочу. Это мое право!

ПАПА. А как же твои планы – стать пожарником?

КРАСНАЯ КАСКА. Ты все равно бы мне не позволил.

ПАПА. Я готов смириться… Да ты бы и не спрашивала!

КРАСНАЯ КАСКА. Ты даже не можешь признать, что у тебя фобия…

ПАПА. Могу. У меня фобия! Вот – видишь? Кстати, знаешь почему я боюсь пожарников? Рассказать?

КРАСНАЯ КАСКА. Да мне неинтересно. Наверняка придумаешь очередную слезливую историю – например, о том, как ты в детстве чуть не сгорел или как сгорел твой лучший друг – чтобы меня разжалобить.

ПАПА. Нет. Я и сам не знаю, почему. Просто вот такой дурацкий, тупой страх, понимаешь? Иногда мы не знаем, почему что-то происходит. Я не знаю, почему ты такая. Я был другой, я не понимаю тебя. Но я знаю, что мы тебя любим. Я тебя люблю. Очень.

КРАСНАЯ КАСКА. Поздно. Вам ничего не поможет. Я решила и не могу перерешить.

ПАПА. Хочешь – я встану на колени? В нарядных брюках, не домашних, сам сегодня стрелки разглаживал – а, плевать!

Папа встает на колени перед Красной Каской.

КРАСНАЯ КАСКА. Не дави на меня, а то сбегу. Я решила: никаких сисек у меня не будет! Всей этой ужасной, бессмысленной жизни не будет! Если бы вы с мамой знали, вы бы тоже… А может, вы знали, но вам не хватило смелости! А мне хватит. Отстаньте от меня! Отстаньте!

Звонит большой старомодный телефон с длинным шнуром. Звонит долго. Папа и Красная Каска не двигаются. Мама выбегает и снимает трубку.

МАМА. Алло. Да. Да, я. (Слушает. Кладет трубку.) Бабушка. Умерла.

КРАСНАЯ КАСКА. Что? Что?! (Встает. Берет со стола острый нож.)

ПАПА (вскакивает). Пожалуйста, успокойся! Успокойся! Не делай никаких резких движений. (Порывается обнять Маму, но не двигается с места. Смотрит то на нее, то на Красную Каску, которая застыла с ножом в руках.) Дай мне это… Пожалуйста… Это