Пасынки хаоса - Вишес

   -А почему так? - спросил Эйзо.

   -По тому, что задача нынешнего образования не в том, чтобы дать как можно больше знаний о мире. Его задача разбить картину мира на максимальное количество несвязанных фрагментов. Обществу требуется, чтобы человек знал конкретнее факты, но никогда не задавал вопрос "почему".

   Воид поднялся и подошел к костру.

   -Этот мир счастлив, - тихо сказал он, смотря на пламя. - Восемьдесят процентов живут тихой, спокойной и обеспеченной жизнью. Пять - купаются в роскоши. Четырнадцать процентов неудовлетворенны своим состоянием, но, на самом деле, так или иначе тоже счастливы - в алкогольном или наркотическом опьянении. Преступность тоже давно стала частью общества, только функционирует по особым правилам. Социум относится к преступникам с пониманием. Страховые компании компенсируют причиняемый ими вред, а тюрьмы предоставляют все условия для комфортного проживания. По большому счету, в нашем мире осталось только два преступления - это способность думать самостоятельно и желание что-то менять.

   -Мыслепреступление. - с мрачной усмешкой вставил Фрист.

   -Ага. Сначала Большой Брат разбивает твое сознание учебой, а потом выливает на тебя бесконечный поток рекламы и развлечений. Фильмы, музыка, игры, модные журналы и популярные идолы... как это? "Большой Брат поёт и пляшет. Достает белых кроликов из волшебной шляпы. Всё время, пока ты не спишь, Большой Брат развлекает тебя, отвлекая внимание. Он делает всё, чтобы не дать тебе время задуматься". Он делает всё, чтобы тебя занять. Все, чтобы уберечь тебя от единственного преступления.

   -Вот как? - вставила Кана. - Мы все преступники, да?

   -И уже приговорены, - подтвердил Фрист. - Кто-нибудь видел дуэлянта в возрасте тридцати лет или больше?

   -Я не понял, - подал голос Эйзо. - Почему так вредно думать?

   -Потому, что можно додуматься до интересных вещей, - пояснил Воид. - Например, всем известно, что в тринадцатом веке за пару поколений монгольские кочевники покорили большую часть Евразии. Однако если рассмотреть этот факт со всех сторон, выясняется, что такого просто не могло быть.

   -Почему? - спросил Эйзо.

   - По тому, что невозможно наладить массовое производство оружия, когда постоянно кочуешь по степи. Так же, как невозможно вооружить всю армию только трофейным оружием, - пояснил Фрист. - И нельзя воевать верхом, проходить в день по много миль и при этом держать коней на подножном корму. Особенно зимой.

   -А что такое "день"? И "Зима"?

   -Это единицы измерения времени, бытовавшие до Катастрофы, - объяснила Кана.

   -Фрист еще не сказал про проблемы с организацией и осады крепостей, - продолжил Воид. - Но это все ерунда, по сравнению с тем пробелом, который мы имеем в истории нескольких веков, предшествовавших Катастрофе.

   -А там что не так? - спросила Кана.

   Воид задумчиво почесал в затылке.

   -Трудно сказать. Судя по имеющимся документам, от нас скрыли революцию в военном деле. Появилось нечто, что вытеснило мечи, копья, кавалерию, луки, арбалеты и даже саму идею плотного строя. Этого так просто не видно, но если сопоставить несколько источников, создается именно такое впечатление. Какое-то принципиально новое оружие.

   -Может быть, оно настолько опасно, что Нобили решили скрыть информацию о нем? - предположила Кана.

   -Возможно, - согласился Фрист. - А может Нобили решили оставить его себе на случай бунта, в качестве финального аргумента. Странно, что это оружие так и не переизобрели за тысячу с лишним лет существования Последнего Города.

   -В том городе ничего не изобретают, - отмахнулся Воид. - Ничего принципиально нового. Фрагментарность мышления спасает нас от прогресса... Впрочем, это забытое оружие - тоже мелочь. Если начать думать, можно додуматься и до вещей, куда более интересных.

   -Например? - спросил Эйзо.

   -Например, до того, что всего этого... - Воид раскинул руки в стороны и улыбнулся. - Весь этот мир... Весь этот город... Он просто не может существовать.

Глава третья Приношение

Never thought you'd make me perspire.Never thought I'd do you the same.Never thought I'd fill with desire.Never thought I'd feel so ashamed.Me and the dragon can chase all the pain away.So before I end my day, remember..My sweet prince, you are the oneMy sweet princeyou are the one Placebo

   Открытие "Зеркальной паутины" удалось на славу. Приглашенных, стараниями Ванессы, собралось на удивление много. Первый час она носилась по всему заведению, норовя везде успеть и за всем проследить. Но потом убедилась, что все идет настолько хорошо, что может обойтись и без нее.

   Впрочем, Тау этого не видел, не видел он и самой церемонии открытия. Потому что они с Никой опоздали на час. И, как показалось Тау, она жалела, что не опоздала еще сильнее. Последнее время, Ника часто бывала не в духе, постоянно впадала в какую-то меланхолию, а к ежедневным тренировкам приступала с таким ожесточением, как будто собралась выступать на турнире Стального Единорога.

   Но сейчас Тау это не волновало. Возможно, причина была в царящей атмосфере праздника и песне, которую пел со сцены какой-то патлатый дуэлянт. Может, виноват был неожиданно крепкий коктейль и дорожка недавно вошедшего в моду "звездного сияния", которая оказалась явно лишней и подействовала не так, как ожидалось. Он и Ника сидели за столом и внимали восторженному и радостному голосу Ванессы. Именно голосу. Насчет Ники неизвестно, а ему, Тау, давно надоело собирать из звуков слова, и он просто наслаждался звучанием голоса, удивительно гармонировавшего с голосом певца и аккомпанирующих ему электрогитаре и синтезатору. Ника, кажется, что-то разбирала, во всяком случае, она время от времени вяло кивала.

   -Эй красавчик, пошли потанцуем? - над Тау нависа какая-то черно-белая девица. Черное короткое платье с кружевами, черные сапоги на высоченном каблуке, черные перчатки, волосы, губы и щедро подведенные черной тушью глаза. За то лицо было совершенно белым. Тау мысленно поставил за раскраску четыре по пятибалльной шкале.

   Он ожидал, что Ника сейчас похоронит труд визажиста под слоем крови этой нахалки. Но та лишь бегло глянула на нее и сделала неопределенный жест рукой. Тау понял его как "делай с этой куклой что пожелаешь". Он задумался было, как поступить, но нетерпеливая черно-белая девчонка вцепилась в его руку и потащила к пространству перед сценой, на котором топталось под музыку несколько пар.

   По пути он равнодушно подумал, что этой кукле, должно быть, лет четырнадцать и что она не дуэлянтка. В этом не было ничего неожиданного, дети богатых родителей заглядывать на сборища вроде этого. Должно быть, для них это настоящее приключение. Большинство дуэлянтов, те что поадекватнее, относись к таким гостям снисходительно, особенно к юным девушкам, и никто не пытался их обижать. Но что делать с теми, кто как Айс, рубит быстрее чем думает?