Прозрачные воды южных морей - Артур Прядильщик

Вопросов не было.

И мы двинулись к автовокзалу. Втроем. Ритина ячейка, как нетрудно догадаться, находилась там же. Но, наверняка, где-нибудь подальше от «нашей», чтобы попами не толкаться, когда доставать будем, и лишнего внимания не привлекать.

Очень надеюсь, что в вещах в камере хранения будет еще один телефон для Йонг. Ну, или нормальные документы японки (для Йонг, само собой — мы-то с Риткой по фейс-контролю при всем желании не пройдем). Потому что покупка мобильного телефона иностранцем в Японии — это ад! Например, задание от Ватанабэ — купить себе по сотовому — мы завалили! Такое впечатление, что Ватанабэ просто нашел «законный» повод побить нас током.

Когда достали «богатства», оказалось, что Ритке повезло куда больше, чем нам с Йонг.

Она открыла сразу ТРИ ячейки в камере хранения, достала оттуда ШЕСТЬ огромных чемоданов… посмотрела на всю эту кучу, подумала секунду, с сомнением посмотрела на нас с Йонг (две небольших спортивных сумки, бывших до этого, и только одна — вытащенная сейчас из ячейки), хмыкнула, покопалась в ячейке еще чуть-чуть, вытащила дамскую сумочку и, сделав нам ручкой, побежала ловить такси.

Роль «богатая девочка-иностранка по протекции устраивается на фирму».

Балует ее Балалайка. Балует.

Кстати, мобильник для Йонг — беленький слайдер с пушистой беленькой висюлькой — в сумке был.

— Окаджима, ты новенькую видел? — Теребил его Ёсида. — Нет, ты ее видел?

— Новенькую? — Без особого интереса переспросил Окаджима.

— У «безопасников». Стажерка. Переводчица. Иностранка. Блондинка. Красивая. Стройная. Ножки ровные, а не как у наших…

С каждым новым словом глаза коллеги разгорались, и в них появлялся фанатичный блеск.

Про новенькую Окаджима тоже слышал краем уха. Но значения этому не придал — он четко разделял работу и личную жизнь. Хоть это и не уберегло его от внимания Имаи Кику. И не принесло в холостяцкую личную жизнь никаких изменений — после окончания рабочего дня жизнь как бы заканчивалась — сидеть в своей «однушке» и тупо смотреть телевизор, или сидеть в пив-баре и тупо смотреть телевизор…

Ну, и? Как в этих условиях продолжать славный род Окаджима? А главное — с кем?!

Ну, пришла новенькая — и что? Каждую неделю происходит либо увольнение, либо прием на работу — внимания на это обращать — так когда-то ж и работать надо!

Так что, видя такой настрой коллеги, Окаджима не стал рассказывать, что ему, в принципе, плевать на красавиц из «Асахи Индастриз» — от слабого пола могут быть только проблемы и неприятности. И головная боль. Со слабым полом можно «мутить», когда добрался до места заместителя начальника. Со слабым полом можно мутить, когда есть собственный кабинет. Со слабым полом можно гулять, когда выплачены деньги по кредиту. Слабый пол можно обхаживать, когда зарплата позволяет посещать рестораны, магазины, аттракционы, фитнес-центры, бассейны…

Проговорив все это мысленно и не найдя логических изъянов, Окаджима вздохнул и вернулся к прерванному занятию — работе.

Фудзивара-сан вполне ожидаемо завалил проштрафившегося работника нудными заданиями. И раньше-то интересными заданиями его не баловали, а уж сейчас и вовсе, такое впечатление, Фудзивара эту работу стал для него придумывать.

Но Окаджима радовался этой начальственной глупости. Будь Фудзивара чуть умнее — наоборот, оградил бы Окаджиму от выполнения каких бы то ни было работ, а в конце месяца представил руководству отчет с эффективностью работы сотрудников. И прости-прощай престижная работа в «Асахи Индастриз».

С другой стороны, будь Фудзивара умнее, всего этого и не случилось бы: Окаджима получил бы нагоняй, когда его отчет был бы перепроверен еще на начальном этапе, как это и сделал бы нормальный начальник. Но — для Фудзивара-сана — слишком много «бы»…

А так — Мори-сан тысячу раз прав! — надо набраться терпения и ждать, когда начальник полетит вниз. Самостоятельно. По собственной дурости. И постараться, чтобы это падение не затронуло тебя самого. Так что, как ни крути, а эта «опала» может даже пойти ему на пользу.

Как там у русских? «Поближе к кухне, подальше от начальства»?

— Смотри! Смотри! — Локоть Ёсида врезался в ребра так, что Окаджима даже зашипел от боли. — Каваи-и-и!

Окаджима поднял взгляд. И поторопился вскочить и согнуться в поклоне, не забыв ответно пнуть под ребра сослуживца.

— Ты чего? — Тихо прошипел товарищ. Что, однако, не помешало ему тоже вскочить и поклониться: ну, еще бы он остался сидеть — весь отдел вскочил и почтительно застыл в поклонах.

— Кагеяма-сан! — Прошептал Окаджима.

— А, зам по безопасности. Да ну, ерунда! — Прошептал Ёсида тихо. — А вот если он меня сейчас тут увидит… — И Ёсида склонился еще ниже, чтобы спрятать лицо. — Мелкие начальники — они такие…

«Да кому мы нужны!» — Подумал Рокуро, продолжая мысленно составлять формулировку для справки по исследованным образцам, от которой пришлось оторваться на все эти ритуальные телодвижения.

«Неудивительно, что в европейских и американских офисах с работы уходят четко по расписанию — они успевают все сделать в течение рабочего дня, а не тратят львиную долю времени на эти дурацкие расшаркивания! Эх! Вот бы перевестись куда-нибудь в Штаты!»

Восемь человек. Все «безопасники». Во главе с Кагеямой. Сразу за заместителем шефа «безопасников» шла Имаи Кику (высоко взлетела, су… нехорошая самка собаки!) и беловолосая белокожая девушка в светлом костюме. Собственно, она в первую очередь и бросалась в глаза на фоне официальных черных или серых деловых костюмов.

Когда процессия миновала, Окаджима разогнулся и быстро, но внимательно осмотрел новенькую, которая сейчас почему-то отстала…

И? На что тут смотреть?

Девушка внезапно круто обернулась на каблуках. И посмотрела точно в глаза Окаджима. Взгляд был острым, кинжальным. Иностранка буквально «нанизала» его на этот взгляд…

Ксо! Что он не так сделал! Когда он успел этой иностранной мажорке дорогу перейти! В первый раз ее видит! Может, не так посмотрел? Ну, так Ёсида, стоящий рядом, смотрит и вовсе уж неприлично! Чуть ли не глазами пожирает — мачо недоделанный! А она на Ёсиду — ноль внимания, а вот его, Окаджима, взглядом буравит!

Окаджима на всякий случай поклонился еще раз. Мало ли…

Да, блондинка выделялась среди японцев. Симпатичное острое личико, белоснежные волосы, стройное, но не тощее, телосложение под светло-серым деловым костюмом с уставной юбочкой «на ладонь выше коленок», белая кожа и огромные серые глаза, обрамленные белым пушком ресниц.

Но. По его, Окаджима, вкусу — так Имаи Кику ничем не хуже! Более того — она… ну… побольше в некоторых местах будет! Ощутимо побольше этой тощей иностранки!

А вот, кстати, и она. Видимо, подошла поинтересоваться причиной задержки…

Имаи Кику наклонилась к уху новенькой и что-то зашептала, тоже поглядывая на недоумевающего Окаджима. Обе девушки захихикали, прикрыв пальчиками губы.

Орган, ответственный за раннее оповещение о надвигающихся неприятностях, ощутимо заныл и начал подавать сигналы, похожие на завывания сирены на побережье, где жила бабка: «Внимание! Опасность цунами! Пожалуйста, срочно покиньте прибрежную зону!» Он эту сирену до сих пор помнит — и до сих пор по спине мурашки бегут от этих воспоминаний.

— И как ее зовут, ты, конечно же, уже разузнал? — Небрежно спросил Окаджима у Ёсиды, когда за группой «безопасников» наконец-то сомкнулись двери лифта.

— Ага! — Обрадовался тот. — Понравилась? Я так и знал!

— Угу. — Соврал Окаджима. — И как же ее зовут?

— Вайс. Малагалита Вайс.

— Маргарита. Маргарита Вайс. — Автоматически поправил Окаджима. — Странно.

— В смысле? — Удивился коллега.

— А, не бери в голову! — Отмахнулся Окаджима. — Просто, если она европейка, то зовут ее «Маргарита». Скорее всего.

— Говорят, дочка директора европейского бюро! Прикинь!

Но имя — черт с ним! А вот фамилия «Вайс». Странная фамилия. Такое впечатление, что кто-то без особой фантазии подобрал для девушки фамилию по внешности. Ну, как девушку в белых одеждах в телеспектаклях называют «Широ», а персонажа в черном — «Куро». Но там-то постановка — там это можно…

— А как она на тебя посмотрела-то! — Стучал его по плечу Ёсура. — М-м-м… везучий ты парень, Окаджима! Такая девушка на тебя внимание обратила!

Придурок! Вот только шашней с этой цыпой ему для полного счастья не хватало! В духе школьной романтики!

— А может, ты с ней знаком? А, Окаджима-кун? — С усмешкой поинтересовался один из коллег. — Ну, там обещание, данное в детстве, друзья-тополя, тили-тили-тесто… и все такое…

— Не… — включился в разговор другой коллега. — Окаджима-кун переходил дорогу, и его сбила красивая большая машина. Очнулся в больнице, ничего не помнит, а у кровати сидит беловолосая гайдзинка!