Пуля - Лорел Гамильтон

Ашер лежал у камина на боку, обернувшись вокруг Менг Дье, которая лежала на спине. Ее черные волосы до плеч были разбросаны вокруг головы как веер, ее тело было бледным и совершенным, и если они занимались сексом вместе, тогда положение кардинально изменилось. По-видимому, прошлой ночью не имело значения, кто вас привлекал. По ту сторону от груды одежды был еще кто-то, но я недостаточно хорошо его видела, чтобы сказать, кто именно, и, поскольку они не касались меня, я прекратила пытаться увидеть. Я посмотрела вниз, вдоль своего тела, и там снова был кто-то голый, — я не была уверена, но, думаю, это лицо Лисандро было обращено ко мне. Его длинные черные волосы выбились из хвоста и лежали на плечах, почти скрывая царапины на спине. Одна нога частично лежала на моей, его пах по-прежнему прижимался к моим бедрам. В моей жизни было достаточно секса, чтобы понять, что он имел меня сзади, затем рухнул рядом со мной, когда все кончилось. Это означало, что поцарапала его не я. Слава Богу. Он не был одним из охранников, которые охотно кормили меня. Кажется, из-за жены. Дерьмо. О, мне очень жаль, дорогая, мне пришлось заняться сексом с моим боссом, потому что случился этот метафизический взрыв, и нам оставалось или выебать, или поубивать друг друга. Да, такой катастрофически ужасный разговор вполне мог произойти в ближайшее время.

Я размышляла, проснутся ли они, если я попытаюсь выползти между ними. Если бы они были вампирами, я бы не волновалась, но оборотни были как люди, они просто просыпались.

— Я не думаю, что они проснутся, ma petite, если ты сдвинешься.

Я повернула голову, бросая взгляд через плечо. Шея болела. Я подняла руку и нащупала на ней след от укуса. Жан-Клод сидел в одном из мягких кресел. Он был голым, нога закинута на ногу, длинные черные кудри в полном беспорядке свисали с одной стороны, как будто в них было что-то, что… Я просто остановила мысль на ее пути. Я не хотела об этом думать, ни о чем из этого.

Я исследовала рану и поняла, что это был укус вампира. Когда я уже начала вылезать между Джесси и Лисандро, я почувствовала небольшие острые уколы боли в разных местах. Какие-то из них были нетипичными для вампиров. И что это, блядь, могло означать?

Следы укусов были на одном из сосков и выше, на груди. Я стояла на четвереньках, глядя вниз на свое тело, размышляя, выдержат ли меня мои ноги. Между моими бедрами была засохшая кровь, но я не думала, что она была из-за кого-то слишком большого и слишком энергичного. Это ощущалось как многочисленные укусы по обеим сторонам моих бедер. Так много укусов, что я не должна была проснуться вовсе. Такое их количество, что я должна была быть выпита досуха.

На секунду моя кожа похолодела от страха, а потом я вдруг почувствовала себя гораздо лучше, несмотря на то, что проснулась голой, в середине чего-то, напоминающего ту еще оргию. Это было лучше, чем не проснуться вообще.

Жан-Клод появился передо мной, взял меня за руки и помог подняться на ноги. Секунду я смотрела ему в лицо, нечитаемое, закрытое, а потом обхватила его руками, положила голову ему на грудь и стала дрожать. Он удержал меня, поцеловал в макушку и пробормотал:

— Ма petite, мне очень жаль.

— Не то, чтобы я жаловалась, — сказала я намного менее уверенным голосом, чем он, — но почему я до смерти не истекла кровью от всего этого кормления вампиров? На мне, по крайней мере, восемь укусов. Этого достаточно, чтобы осушить мои вены.

— Точно не знаю, — ответил он, поглаживая мои волосы, — Думаю, ардер спас тебя. На большинстве оборотней несколько укусов, но ни один из них не умер. Ардер дарит жизнь. Я обратил потребность Любовника Смерти в жизнь. Моей последней твердой мыслью было, что мы не будем кормиться на смерти, и мы кормились жизнью, любовью. Я бы не позволил моим людям служить тьме. Только свету.

Я повернула голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Ты действительно подумал обо всем этом? У меня не было времени думать ни о чем.

Он улыбнулся мне.

— Я думал на французском, но такова была суть того, что я пытался сделать с силой.

Я обняла его крепче.

— Сейчас снова ночь?

— Нет.

Я нахмурилась.

— Ты снова бодрствуешь. Который час?

— Мы все потеряли сознание из-за ардера, но я не думаю, что умер на рассвете.

— Иногда ты не умирал на рассвете, когда мы с тобой прикасались друг к другу, но мы ведь не касались, да?

— Нет, но тут было столько силы, чтобы кормиться, ma petite.

Я боялась посмотреть вокруг, но я не могла быть трусихой. Я не могла этого допустить, так что… Я повернулась в его объятиях и оглядела остальную комнату. Тела лежали повсюду. Они лежали так тихо, что, если бы Жан-Клод не сказал мне, что никто не умер, я бы пошла проверять пульс. Мика был на другой стороне комнаты, словно он недалеко ушел с того места, где мы все начали с верльвами. Рядом с ним были груды тел, как на гравюрах, изображающих времена чумы, когда тела сваливали в ямы для захоронения. Мика частично лежал наверху этой груды. Сначала я подумала, что тесно переплетшееся с ним руками и ногами тело принадлежало одному из охранников, но поняла, что единственный человек с длинными, прямыми, черными волосами находился рядом со мной. Я смотрела на мускулистую спину, плечи, руки, и вдруг поняла, что это была Клаудия. Ее голова была на груди у Мики, его руки и нога обвились вокруг нее, голова запрокинута назад, на чью-то еще спину.

— Где Натаниэль? — спросила я.

— В прихожей с Джейсоном, Джей-Джей и некоторыми другими.

— Ричард, Дамиан?

Кто-то застонал, и тела на софе начали двигаться, и одна загорелая, мускулистая рука вынырнула из более бледных тел. Лицо Ричарда, его волосы, разметавшиеся по плечам, поднялись из кучи других тел, как будто он пробивался к поверхности густой воды. Секунду он смотрел затуманенным взором и выглядел сбитым с толку, а потом я увидела, как понимание заполняет его лицо. Интересно, выглядела ли я такой же шокированной.

Он посмотрел на женщину у него на коленях, и я поняла, что это была вампирша-блондинка, Гретхен. Она была совершенно вялой, когда он поднялся с ней на руках. После того, как он встал, остальные соскользнули на опустевшее место на софе. Я узнала Байрона, одного из вампиров-стриптизеров из Guilty Pleasures. У женщины, валявшейся возле Байрона, были ярко-красные волосы. Это, должно быть, была Кардинал. Ричард осторожно положил Гретхен на пол, поскольку на софе места больше не было. Его спина была покрыта царапинами, некоторые из них кровоточили. Были ли какие-то из них оставлены мной?