Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ) - Лесневская Вероника

- Наши проблемы, - исправляю его. – Ты утверждал, у нас все общее. И в печали, и в радости, в конце концов! В итоге, ты опять пытаешься выбросить меня из своей жизни.

- Нет, наоборот, защитить. Просто ты упертая, и я ожидал подобной реакции, - лихорадочно вздыхает. – Ксюша, пообещай, что не натворишь глупостей на эмоциях. Не нужно тебе сюда ехать. Будь дома, пожалуйста, - чуть ли не умоляет.

- Хорошо, если скажешь мне правду, - потихоньку сдаюсь, понимая, что в его просьбе есть здравый смысл. – Что именно произошло в ресторане? Насколько все серьезно?

- Вместо трюфелей поставщик подсунул нам несъедобные грибы. Повар, который готовил из них крем-суп к завтрашней презентации, отравился, - аккуратно дозирует он информацию. - Я должен убедиться, что он выкарабкается. Прослежу, чтобы его обследовали и поместили в хорошую палату, поговорю с врачами, оплачу лечение, куплю все необходимое. Я должен, Ксюш, понимаешь? Это мой работник, я в ответе за него. Да и молодой парень, жалко его. Тем более, он в больнице по моей вине.

- Не твоей, а Михайлова, - пытаюсь хоть немного успокоить мужа. – Ты ведь не мог предугадать, как далеко он зайдет. Больше никто не пострадал?

- Гостям ресторана трюфели сегодня не подавали, - абстрактно отвечает он и тут же подозрительно умолкает.

- Матвей Андреевич, - намеренно зову его полным именем, - вы ведь всегда пробуете блюда перед подачей...

- Вы правы, Оксана Артемовна, и знаете меня лучше, чем кто-либо, - поддерживает мой официальный тон. - Я чувствую себя… терпимо, - аккуратно подбирает безобидные формулировки. - Глеб настоял, чтобы я тоже показался доктору. В итоге, меня отправили на промывание желудка.

- Боже, Мэт, мой бедный, - тяну с жалостью и все-таки роняю слезу бессилия. Так хочется быть рядом с ним в этот момент, поддерживать и обнимать. Но я могу делать это лишь мысленно. – Что сказал врач?

- Не беспокойся, пропишет диету и лекарства, а потом отпустит домой. Говорю же, я в норме, но не заставляй меня волноваться еще и о тебе.

- Я дома тебя подожду, - подавив упрямство и капризы, я послушно соглашаюсь с мужем. – Только будь на связи, ладно?

- Договорились, - улавливаю теплую улыбку в его тоне. – Я люблю тебя.

- Я тебя сильнее, - шепчу и сразу отключаюсь.

- У меня телефон покраснел, - закатывает глаза Роман, забирая трубку. – Я тебя доставлю в пункт назначения, а потом сделаю крюк и проведаю Матвея. Лично удостоверюсь, что моему непутевому другу, который тащит в рот что попало, ничего не угрожает. Заодно тебе сообщу. Считай, разведчик, - не упускает момента пошутить, хотя взгляд при этом серьезный и сосредоточенный.

- Спасибо.

По дороге домой мне удается немного прийти в себя и успокоиться, однако стоит лишь попрощаться с боссом и переступить порог, как паника накатывает с новой силой.

Пустая, холодная спальня встречает меня остывшей постелью. Сажусь на край матраса прямо в спортивной форме. С тоской окидываю взглядом смятое постельное белье, вспоминая нашу с Матвеем примирительную ночь.

Как же мне его не хватает!

«Жить будет, я проверил», - спустя время поступает сообщение от Царева.

Усмехнувшись, благодарю его. А после отправляю Матвею короткое, но емкое: «Люблю».

«Я знаю, малыш. Мне легче, будто ты рядом»

Растягиваю губы в улыбке, гипнотизируя эсэмэску от мужа.

Все равно не могу побороть свои страхи. Не расслаблюсь, пока он не вернется и не заключит меня в объятия. Не усну без него.

Переодеваться нет сил, в душ не иду, ужинать в одиночку не хочется – аппетита нет. Поэтому ложусь на свою сторону кровати, свернувшись клубочком, как одинокая, замерзшая кошка. Долго и не моргая смотрю на пустую подушку рядом.

Подкладываю руку с телефоном себе под голову. И вздрагиваю, когда он вдруг заходится трелью.

Номер неизвестен, однако я все равно отвечаю, на случай, если звонит кто-то из медперсонала по поводу Матвея. Взбудораженное переживаниями сознание подкидывает жуткие картинки, душа рвется на части и каждым лоскутком тянется к мужу, а голос на той стороне линии звучит, как самое страшное проклятие.

- Оксана, где Матвей? Он мне который день не отвечает. Вы оба меня игнорируете, так что приходится звонить с номера Гули. Докатились! Может, ты прекратишь настраивать сына против родной матери? – летит в меня с ненавистью и претензией.

- Вы сами отлично с этим справляетесь, Нина Евгеньевна, - цежу ядовито. Упоминание бывшей Матвея приводит меня в бешенство. Свекровь ни капли не уважает и не жалеет меня, так что я отвечаю ей тем же. – Мэт в больнице, куда его упек конкурент, а еще чуть не разрушил весь бизнес. Кстати, при поддержке Светланы, с которой вы так близко сдружились. Помните ее? Конечно, помните, - не позволяю ей ни слова вставить. – И пока Матвею плохо, вы продолжаете обхаживать Гулю и размышлять, с какой стороны подсунуть такую идеальную невестку в постель к вашему сыну.

- Оксана… - пытается жестко окликнуть меня, но ее авторитет рассыпается прахом.

Я больше не боюсь свекровь. Наоборот, не позволю разрушить наш с Мэтом брак. Все у нас и так слишком шатко и хрупко.

- Смею вас разочаровать – здесь занято! И в постели, и в мыслях, и в сердце Матвея. За-ня-то! Навсегда. Придется вам смириться с этим. Всего доброго.

Нагло обрываю звонок под возмущенное шипение Нины Евгеньевны и гадкое поддакивание Гули. Заношу номер в черный список, чтобы больше они не тревожили меня.

О нормальном сне не может быть и речи – после такой «задушевной» беседы меня всю ночь будут мучить кошмары. Натягиваю одеяло на плечи и сажусь, закутавшись в него, как в кокон. Чтобы скоротать время до приезда Матвея, достаю ноутбук и раскрываю его прямо на кровати.

Строка поиска издевательски подкидывает мои прошлые запросы, касающиеся развода. Словно напоминает, какую ошибку я чуть не совершила.

Теперь я должна сама все исправить…

Под утро забываюсь беспокойной полудремой, из которой меня грубо вырывает настойчивый звонок в дверь. Подскакиваю с постели и спросонья бегу на заливистую трель, словно марафонец к заветной линии финиша. Я уверена, что это Матвей наконец-то вернулся, ведь жду только его и он пообещал быть к утру, но…

Покосившись на камеры видеонаблюдения, врастаю в пол. Противный озноб, как спрут, обвивает мое ослабленное тело липкими щупальцами. Поразмыслив, нехотя приоткрываю дверь, не торопясь впускать в дом незваную гостью.

- Матвей уже дома? – щебечет с порога нарочито приторно и неестественно громко. - Я так переживаю, Ксюшенька, места себе не нахожу. Всю ночь глаз не сомкнула.

- Не старайтесь, Нина Евгеньевна, его нет, - прерываю поток ее лицемерия, и она меняется в лице. Впивается в меня цепким, надменным взглядом, от которого хочется спрятаться под одеяло, кривит губы и едва сдерживает разочарование.

- Значит, ставь чайник, дорогая невестка. Самое время нам поговорить по душам.

*** Муз. трек Михей и Инна Стил «Любовь остается»

Глава 35

Воспользовавшись моей секундной заминкой, свекровь без приглашения толкает дверь и нагло заходит в коридор. Протиснувшись мимо меня, по-хозяйски шагает на кухню. Вздернув бровь, провожаю ее ошеломленным взглядом.

Сжимаю руки в кулаки и мысленно заставляю себя успокоиться. Мне нельзя нервничать. Но как же сложно сохранять равновесие! Протяжно выдохнув, молча плетусь следом.

Боже, дай мне сил не придушить маму мужа! Матвею только наших стычек сейчас не хватает! Он и так переживал, чтобы Нина Евгеньевна не расстраивала меня, даже запретил трубку брать. Но не учел, что такие везде пролезут, если им очень надо.

А, судя по боевому настрою свекрови, ей приспичило пообщаться со мной. У энергетического вампира закончились запасы, и она прибыла попить моей крови? Но я категорически против быть в роли жертвы. Надоело.

Останавливаюсь на пороге, облокотившись о косяк двери. Наблюдаю за нежеланной гостьей на расстоянии. Меня начинает подташнивать то ли от голода, то ли от приторно-ванильных духов, шлейф которых заполонил все помещение, пробравшись в каждый уголок. В какой-то момент не выдерживаю и взмахиваю рукой перед носом, отгоняя от себя вонь.