Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ) - Лесневская Вероника

- Глеб, презентация блюд с дегустацией отменяется. Все разборки потом. Закрывай ресторан, - тяжело вздыхаю. - И вызывай скорую.

Глава 34

Ксюша

- Роман Львович, я сегодня объединила две тренировки в одну и уже освободилась. Можно мне домой пораньше? – перехватываю в холле босса, который после рождения ребенка постоянно в бегах. Знаю, что в любом случае отпустит, но соблюдаю субординацию и правила центра.

- Тебе все можно, - ожидаемо отмахивается, на ходу накидывая куртку. Черная кожа опасно натягивается, когда он напрягает накачанные мышцы. - Мэту привет передавай. Надеюсь, вы уже помирились, а то нам с Каролиной дочку крестить скоро. Хотим, чтобы вы присутствовали и при этом не утопили друг друга прямо в купели, - подначивает меня в свойственной ему манере.

- Роман Львович, - цокаю укоризненно. – Это личное, а вы мой начальник, - напоминаю ему.

- Я, можно сказать, друг семьи Васильевых, - выпаливает на эмоциях в предвкушении встречи с женой и ребенком. – Ай, черт, Мэт все еще не сказал тебе? – чешет затылок, взъерошив удлиненные, небрежно собранные в хвост волосы.

- О том, что он тайком меня устроил в спортцентр своего давнего знакомого? Чтобы было кому за мной присматривать? – Царев простодушно кивает. - Нет, не сказал, - фыркаю и замечаю, как босс теряется от осознания того, что фактически выдал секрет друга. - Да я сама уже догадалась. Чего еще ожидать от такого тирана, как Матвей? – пожимаю плечами, закидывая рюкзак за спину.

- Любит он тебя, дуреха, - по-свойски обращается ко мне Роман и придерживает входную дверь, пропуская меня вперед. - Я поначалу не понимал, как вообще можно над девушкой так трястись. Разумеется, согласился Мэту подыграть, от меня не убудет. Но не разделял его больной одержимости. До тех пор, пока сам не женился. И знаешь, ты еще легко отделалась, - выдыхает, выпуская клуб пара изо рта. Я кутаюсь в спортивную куртку, потому что на улице заметно похолодало.

- Можно подумать, - бурчу, а сама сквозь вечерние сумерки выглядываю машину мужа на парковке.

Я хоть и сопротивляюсь, но мне по душе его трепетное отношение и навязчивая забота. Я словно жертва, окунувшаяся в своего сталкера, как в омут с головой. Стокгольмский синдром в действии. Когда мы вместе, я могу ругаться с Матвеем так, что крыша дома поднимается, а без него у меня начинается ломка. Судя по всему, у него ко мне еще более острые чувства.

- Я Лину готов на цепь посадить, - признается Царев. Я расслабленно смеюсь над его фразой, но он добавляет на полном серьезе: - Я не шучу вообще-то.

- Странные вы, мужчины, - задумчиво тяну, замечая подъезжающее такси. Хмуро прищуриваюсь.

- Только если влюблены, - босс снимает свой автомобиль с сигнализации. – Подвезти?

- Хм, не знаю, - растерянно озираюсь, перекидываю рюкзак вперед и достаю вибрирующий телефон.

Пока Роман занимает водительское кресло, а таксист напротив не спешит глушить двигатель, я замерзшими пальцами разблокирую дисплей. Пробегаю взглядом текст входящего сообщения.

«Валькирия, у меня форс-мажор в ресторане. Прости, задержусь и не успею за тобой. Вызвал тебе такси. Жди меня дома, хорошо?»

Сердце неприятно щемит. В груди разливается горечь. Интуиция противно зудит, что Мэт опять скрывает нечто плохое. И если в измену мужа я больше не верю, то ситуация с несчастным случаем на работе, оставившим ему шрам, до сих пор свежа в памяти. Теперь, когда он узнал о моей беременности, будет еще фанатичнее оберегать меня. Что бы ни произошло с ним – промолчит, думая, будто таким образом защищает нас с ребенком.

«Хорошо», - коротко пишу в ответ, закусывая губу до боли. Подавляю жгучее желание позвонить и накричать на мужа, вместо этого призываю на помощь женскую хитрость.

Поразмыслив, отпускаю таксиста, а сама сажусь в машину к Цареву. Делаю вдох, заставляя себя остыть и успокоиться. В одном муж прав: мне нельзя нервничать.

- Роман Львович, позвоните Матвею! - не прошу, а приказываю в страхе, забывая, кто здесь главный. – Пожалуйста, - очнувшись, добавляю сипло.

- О, нет, - отрицательно качает головой, выезжая на трассу. – Меня в свои разборки не втягивайте. Доставлю тебя домой, а дальше сами.

- Вы не понимаете, - нагло беру с панели мощный, большой телефон, под стать хозяину, и настойчиво протягиваю Цареву. – Я чувствую, что у него серьезные проблемы, иначе он бы сдержал обещание и встретил меня. Однако сам Мэт никогда мне не признается, чтобы не волновать. Неужели вам на собственного друга плевать? – едва не тычу дисплеем в насупленное, заросшее мужское лицо.

- Тьфу, ты такая же манипуляторша, как Лина, - нехотя принимает трубку, продолжая рулить одной рукой. – И как мы только своих жен терпим, - обреченно бубнит, при этом послушно выбирая нужный контакт из списка.

- Судьба у вас такая, - парирую с облегчением и затихаю, чтобы не выдать себя.

Царев останавливается на перекрестке и, пока горит красный, в салоне отчетливо слышатся долгие гудки. Просачиваясь в мозг, разрывают его изнутри, причиняя ноющую боль. За ребрами усиливается пульсация, которую я не в силах унять, пока не услышу голос Мэта.

- Да, Ром, - звучит приглушенно, хрипло и будто устало. – Ты в спортцентре? Если там, проследи, чтобы Ксюша на такси уехала. Прошу тебя.

«Засранец», - лепечу одними губами и улыбаюсь при этом.

- Гм-м, - босс косится на меня. – Считай, уже направляется домой. А ты где? У тебя все нормально?

Я вся подбираюсь и замираю, боясь пошевелиться. Как назло, на светофоре загорается зеленый – и машина трогается с места. Продолжаю вслушиваться в тихий голос мужа.

- Не совсем… Очередная подстава конкурента, на которую я повелся, как лох, - равнодушно произносит, будто ему плохо и тяжело говорить. Сделав паузу, цокает языком и вдруг тяжело вздыхает: - Ох-х, черт! Ксюша ведь сейчас рядом с тобой, да, в машине? И она вынудила тебя позвонить мне? Трубку ей передай, Ром, - рявкает на него неожиданно. Я бы решила, что он опять приревновал, но нет… Женатому другу Мэт доверяет, мне тоже, в чем я не раз убеждалась. Значит, переживает. – Ты лучше за дорогой следи, не отвлекайся на звонки.

- Так точно, злой шеф. Будешь должен мне за то, что я твой ценный груз транспортирую, - шутит Царев и охотно отдает мне телефон, довольный, что больше не нужно вмешиваться в чужие отношения.

- Спасибо, не представляешь, насколько она ценная, - окончание фразы, адресованной Роману, долетает до меня. Чуть приподнимаю уголки губ, крепко прижимаю трубку к уху.

- Мило, конечно, но… - начинаю с нежностью, а следом хмурюсь: - Ты обещал ничего не скрывать от меня! Что там у вас стряслось? Михайлов виноват, да?

- Скорее всего, он, - внезапно идет на контакт муж. Не выкручивается, не обманывает, не заверяет, что все прекрасно. Говорит сухо и по факту. – Я уже созвонился с Костей, попросил прислать проверяющих, которые умеют держать языки за зубами. Мне не нужен скандал, но и безнаказанной я эту диверсию не оставлю, - по тону заметно, что злится. – Подонок Михайлов мне чуть юного повара не угробил. Нельзя это спускать ему с рук, он слишком заигрался.

На фоне раздаются шаги, грохот, чьи-то голоса, эхом разлетающиеся по большому помещению, смутно напоминающему мне холл или приемную, а где-то в отдалении – сирена скорой помощи.

- Т-ты в б-больнице? – заикаюсь от всплеска паники. – Мэт?

- Ксю, малыш, ты только не волнуйся, - спешит он меня успокоить, но от этого я завожусь только сильнее. Руки дрожат, пальцы лихорадочно сжимают телефон, губы немеют. - Я в порядке... Почти.

- Что значит «почти»? – выкрикиваю, чуть не плача, отчего Царев настороженно косится на меня. - Я к тебе сейчас приеду! – проглотив подступившие к горлу слезы, бросаю с вызовом.

- Любимая, это инфекционка, нечего вам с ребенком здесь делать, - спорит муж, все больше пугая меня. – Тем более, на ночь глядя. Я сам справлюсь – и сразу вернусь домой, - отвлекается, чтобы переброситься с кем-то парой фраз, а потом продолжает потухшим голосом: - Я так задолбался, Ксюша. Только, вроде бы, все наладилось, как очередной удар. Я не хотел тебя впутывать в мои проблемы, планировал рассказать, когда уже все наладится.