Лосось сомнений (сборник рассказов, писем, эссе,а так же сам роман) - Дуглас Адамс

— Его передняя часть вроде бы на месте, — негромко сказала Мелинда, или как ее там. — Гладкая и здоровая, как обычно.

— А задняя? — поинтересовался Дирк.

— Вот ее-то я и прошу вас найти.

И верно, за серым ремешком кот обрывался. Его задняя часть словно растворялась в воздухе. Все, чему полагалась быть ниже, э-э-э, девятого ребра, напрочь отсутствовало.

Но самое странное заключалось в том, что самому коту было от этого, что называется, ни жарко, ни холодно. Нет, я не хочу сказать, что бедняга-кот как-то приспособился к своему увечью и мужественно сносил все вытекавшие из этого неудобства. Нет, он его просто не замечал, и все тут. Более того, кот не только не страдал от отсутствия жизненно важных анатомических частей, но к тому же явно игнорировал законы физики. Он расхаживал, прыгал, сидел — и все точно так же, как если бы задняя часть была на месте.

— Не подумайте, что ее просто не видно, — сказала Мелинда и как-то неловко взяла кота за шкирку. — Ее там нет.

Для убедительности она поводила рукой в воздухе, демонстрируя полное отсутствие кошачьего зада. Кот принялся извиваться и возмущенно мяукать. В конце концов ему удалось вывернуться и он, прыгнув на пол, принялся расхаживать, сердито выгнув спину.

— Да, странно, странно, — пробормотал Дирк и задумался, подперев пальцами подбородок. — Чудеса, да и только.

— Так, значит, беретесь?

— Нет, — решительно ответил Дирк и оттолкнул от себя блокнот. — Вы уж меня извините, но за такое я не возьмусь. Уж если мне не хочется браться за поиски целого кота, то за поиски половины и подавно. Допустим, я ее найду? И что потом? Как, по-вашему, я должен их склеить? Нет-нет, котами я не занимаюсь, увольте меня. И уж тем более не стану браться за вещи, от которых попахивает чем-то сверхъестественным или паранормальным, Нет, я привык иметь дело с земными вещами… Прошу меня извинить^

В это мгновение раздался телефонный звонок и Дирк снял трубку. И тотчас вздохнул. На том конце провода был Тор, древний скандинавский бог грома. Дирк сразу понял, что это он — по длительному, ничего хорошего не предвещавшему молчанию, за которым последовали негромкие раскаты раздражения, а за ними чей-то истошный, хотя и приглушенный расстоянием, рев. Тор, как его ни учи, не умеет по-человечески обращаться с телефоном. Обычно он становится метра за три от аппарата и зычным голосом орет в трубку. Пока дело касается соединения, все идет более или менее гладко, но разговора, увы, не получается.

Тор недавно съехался с одной американкой из числа знакомых Дирка. И из его варварских исландских восклицаний, громовыми раскатами рокотавших по всему проводу, Дирк понял, что Тор просто приглашает его сегодня к себе на чай.

Да, да, пролепетал Дирк, спасибо за напоминание, он непременно будет в пять и вообще ждет с нетерпением встречи, так что сегодня они увидятся, но Тор, который, как известно, стоял от телефона метра за три, ничего не услышал и поэтому уже начинал злиться и принялся орать еще громче.

Дирку ничего не оставалось, как закончить этот дурацкий разговор, и, немного поколебавшись, он положил трубку в надежде, что Тор не разнесет вдребезги крошечную квартирку Кейт. Дирк знал, что она научила вспыльчивого бога срывать свой гнев на пакетах с чипсами, а не на диване или мотоцикле. Но все равно случалось, что Тор начинал психовать, и тогда его уже было не остановить.

Дирк чувствовал себя в дурацком положении. Он поднял глаза. Ах да.

— Нет, — сказал он, — уходите. Я отказываюсь заниматься подобными вещами.

— Но, мистер Джентли. Я наслышана о вашей репутации как частного детектива. Говорят, вам нет равных.

— Это именно то, от чего я хотел бы избавиться, от моей репутации. Прошу вас покинуть мой кабинет, и не забудьте захватить с собой оставшуюся половину представителя семейства кошачьих.

— Что ж, если вы заняли такую позицию…

С этими словами дама взяла плетеную корзину и гордо удалилась. Вслед за ней столь же гордо удалилась и половина кота.

Дирк остался сидеть за столом еще минуты две, размышляя, почему у него сегодня все так по-дурацки складывается. Бросив взгляд в окно, он увидел ужасно симпатичную и загадочную клиентку, которую только что бесцеремонно выставил из своего кабинета, и все потому, что был не в духе. Нет, как она все-таки хороша собой, какая у нее грациозная походка, как красиво она перешла улицу, направляясь к черному лондонскому такси.

Дирк бросился к окну, рывком открыл его и высунулся наружу.

— Послушайте, может, поужинаем вместе? — крикнул он ей вслед.

Глава 3

— Тебе не повезло, Тор только что ушел, — сказала Кейт Шехтер. — На него неожиданно напал приступ нордического страха, не помню, из-за чего именно.

И Кейт помахала рукой в сторону зиявшей в окне дыры. Края у нее были неровными, а само окно выходило на Примроз-Хилл.

— Наверно, снова отправился в зоопарк таращиться на своих лосей. Ничего, через несколько часов явится назад, накачавшись пивом и полный раскаяния. И еще притащит новое стекло, только, как всегда, не того размера. После чего опять распсихуется, что стекло не влезает в раму, и разобьет что-нибудь еще.

— Боюсь, мы с ним не совсем поняли друг друга по телефону, — пояснил Дирк. — Как ни стараюсь, вечно у нас с ним возникает недопонимание.

— Ничего удивительного, — успокоила его Кейт. — Тору тоже не сладко. Ведь это не его мир. И ему никогда здесь не привыкнуть.

— И что ты намерена делать?

— Не волнуйся, дел хватает. Вечно приходится что-то ремонтировать.

Дирк имел в виду, конечно, не это. Кейт тоже наверняка поняла его правильно, и он оставил эту тему. В любом случае, в тот момент Кейт пошла на кухню принести чаю, а Дирк опустился в старое кресло и обвел взглядом крошечную квартирку. От него не скрылось, что на рабочем столе Кейт выросла целая стопка книг по скандинавской мифологии, причем из всех до одной торчали закладки и карточки с комментариями. Кейт наверняка изо всех сил пыталась освоиться с ситуацией. Но одна книга, вдавленная в стену дюймов на сорок — не иначе как ее швырнули с нечеловеческой силой, — служила наглядным свидетельством, с какими неимоверными трудностями приходилось сталкиваться бедняжке Кейт.

— Даже не спрашивай, — сказала она, неся чай. — Лучше скажи, как ты.

— Днем у меня было одно дело, — ответил Дирк, помешивая бледный, безвкусный чай — чему удивляться, ведь американцы не имеют ни малейшего понятия о том, как правильно готовить этот напиток. — Ужасно глупое.

— Мне сразу показалось, что выглядишь ты мрачновато.

— Возможно, дело тут в причине, а не в следствии. Неделька выдалась просто жуткая, плюс к тому несварение желудка. Неудивительно, что я немного…

— Можешь не продолжать. Ты встретил привлекательную, просто потрясающую женщину, но вел себя с ней на редкость высокомерно и даже грубо.

Дирк уставился на свою собеседницу.

— Откуда тебе известно? — вздохнул он.

— Ты всегда такой. И со мной тоже.

— Нет! — запротестовал Дирк.

— Да! Да!

— Нет, нет, нет.

— Предупреждаю тебя…

— Прекрати! — перебил ее Дирк. — Теперь я вспомнил. Хм-м. Интересно. И ты утверждаешь, что я всегда такой?

— Ну, может, и не всегда. Возможно, тебе следует немного поспать.

— Но ты заявляешь, что я обычно груб и высокомерен по отношению к красивым женщинам?

Дирк с трудом поднялся с кресла и поискал в кармане записную книжку.

— Я не говорю, что к этому нужно так серьезно относиться, это не главное… но теперь я склонна думать, что это и вправду твоя главная черта характера. Что ты делаешь?

— Просто заметку. Вот что странно в работе частного детектива: ты только и делаешь, что выясняешь о других людях разные мелочи — и никто, кроме тебя, о них не знает. Но затем начинаешь понимать, что другим о тебе известно много такого, о чем ты сам даже не догадываешься. Например, ты замечала, что у меня странная походка? Кто-то сказал, будто я хожу вперевалку.

— Конечно, замечала. Любой заметит, кто знаком с тобой.

— Видишь ли, кроме меня, — сказал Дирк. — Теперь, когда и я сам об этом узнал, я стараюсь разглядывать свое отражение в каждой витрине, чтобы удостовериться. Но это не помогает. Все, что мне удается увидеть: я, как рыба, открываю рот и застываю на середине шага, с одной ногой в воздухе. Как бы то ни было, я сейчас составляю небольшой список, к которому добавил следующее: «Всегда очень груб и высокомерен по отношению к красивым женщинам».

Дирк встал и несколько мгновений разглядывал свою заметку.

— Знаешь, — задумчиво произнес он. — Это объясняет очень и очень многое.

— О, перестань, — сказала Кейт. — Ты воспринимаешь все слишком буквально. Я просто хотела сказать, что заметила: когда ты плохо себя чувствуешь или по какой-то причине раздражен, то тотчас занимаешь оборонительную позицию, и вот тогда… ты это тоже записываешь?