Сибирский беглец - Валерий Георгиевич Шарапов

пешим ходом проходить. Но пешком до того же Аничкино верст двадцать с гаком. В общем, дело такое – пропустили одну машину, разрешили проехать. Сержант, что пропускал, решил на всякий случай доложить…

– В чем дело, лейтенант? – вскинул голову Каморин. – Почему?

– Семью остановили. Жена беременная, рожать надо – вот-вот разродится. Орет жутко – схватки сильные. Муж весь на нервах. В местную больницу сунулись, а там вместе с телефоном и свет отключили, ничего не работает. Пытались восстановить, так еще и генератор полетел, перестарались в общем. А роды сложные обещали, у бабы там что-то не в порядке. Она и слова сказать не могла, только плакала от боли. Муж умолял пропустить, мол, в Аничкино хорошая больница, там супруга и должна была рожать… Вот что им было делать, товарищ майор? Пропустили. Не фашисты же. Мужик на Бугровского не похож – ну, на того, что на фотке. В очках, одет хорошо, выбрит, кричал, что он инженером в мастерских работает.

Сердце дрогнуло.

– Документы проверили?

– Вроде, нет. – Худяков растерялся, словно это он сам допустил промашку. – Баба так орала, а мужик так умолял. Она ведь действительно помереть могла в любую минуту…

Каморин поднялся так резко, что опрокинул стул. Худяков изменился в лице. Сердце застучало – интуиция, наконец, заработала. Ведь Бугровскому не откажешь в изобретательности.

– Когда это было?

– Да вот, пару минут назад…

– Какая машина?

– «Жигули», кажется, синего цвета… Номер должны были запомнить…

– «Копейка»?

– «Две копейки…» – Вениамин сглотнул, – ВАЗ-2102, кузов типа универсал…

– Идиоты! – вскричал Каморин. – Да я их всех на Северный полюс сошлю – документы у белых медведей проверять! Пулей, Худяков! Головаша сюда! И человека, знакомого с местностью! И чтобы машина через минуту стояла у подъезда!

Это и впрямь могла оказаться семья, попавшая в непростую ситуацию! Но чуйка работала, кожа покрывалась мурашками. Он был уже готов, наведен на цель. Последний шанс, почему бы им не воспользоваться? Спешили к УАЗу, стоящему у крыльца, со страхом взирал на них вихрастый водитель с погонами сержанта милиции, торопливо дожевывал свой ранний ужин. Примчался из-за угла, теряя фуражку, капитан Головаш, судорожно проверяя, на месте ли содержимое кобуры.

– Что такое, товарищ майор? Вы такой шухер подняли…

– В машину, капитан, объясню по дороге. Надо проверить одну версию… Стоп! – спохватился Олег. – Я же сказал, нужен человек, знакомый с местностью!

– Да знаком я с этой местностью, – проворчал Головаш, отталкивая растерянного водителя. – Брысь, Чингизов, сам поведу… Оружие есть?

– Так точно, товарищ капитан. – Обладатель фамилии, плохо сочетающейся со светлой головой, хлопнул ладонью по кобуре. – Сегодня же всем приказали…

– Давай на заднее сиденье, лишним не будешь. Товарищи, рассаживайтесь, сами же торопили.

В машине работала рация, имелась связь со всеми постами, включая военных, – сегодня все работали на милицейской волне. Олег кричал в микрофон, чтобы поднимали вертолет, цель – синий ВАЗ-универсал, движется в направлении Аничкино.

Головаш прилип к лобовому стеклу, проворно объезжал ямы и канавы, манипулировал передачами. Автомат привычно разместился между ног. От тряски спасала только ручка над головой. Уазик вырвался из поселка, прогнал по пустырю и вылетел на дорогу южнее поста, где пропустили беременную женщину. Дорога на Аничкино безбожно петляла. Качество покрытия было терпимым, но трясло изрядно, щебень летел из-под колес.

Заморосил дождь. Выдав комментарий, Головаш включил дворники. Они душераздирающе заскрежетали.

– Чингизов, ты вообще следишь за машиной? – злобно бросил Головаш.

– А как же, товарищ капитан, – отозвался сержант, – день и ночь слежу, света белого не вижу. Хоть бы копеечку на содержание выделили – вообще не отходил бы от нее. Да все нормально, товарищ капитан, машина – зверь, подумаешь, скрипит. Можете смело на газ давить.

Именно это Головаш и сделал. Словно лошадь взнуздали – внедорожник вздрогнул, помчался еще быстрее.

– Не догоним, – сокрушенно вздыхал в затылок Худяков. – Простейшая задачка для пятого класса. Из пункта А в пункт Б выехал автомобиль с заданной скоростью. С немалой, кстати, скоростью – черепахой Бугровский не потащится. Через энное время из пункта А выехал второй автомобиль. Вопрос: догонит ли второй первого, если расстояние между пунктами двадцать километров, а скорость второго автомобиля ненамного превышает скорость первого?

– Давайте не умничать, товарищ военный, – поморщился Головаш. – Здесь работают многие факторы, например, техническое состояние машин, их возможности на пересеченной местности… Значит, твердой уверенности нет, что это наш объект? – Головаш покосился на соседа. – Верно я мыслю, товарищ майор?

– Это он, я почти уверен. Проник в частный дом к одинокой бабе на сносях, пригрозил оружием. Может, и не одинокая… но теперь точно одинокая, знаем мы этого ублюдка. Посадил в машину, повез из города… Думаю, у нее обострилось состояние под воздействием стресса.

– Что же не крикнула на посту, что ее силой захватили? – удивился сержант. – Там была куча народа, все с оружием.

– А ты представь себя беременной бабой, сержант. Ждешь ребенка, дни считаешь. А какой-то ублюдок обещает выстрелить тебе в живот, если пикнешь. Да и вряд ли она соображала от этой дикой боли…

Включилась рация, сквозь треск помех раздался возбужденный голос. Поступил сигнал с борта МИ-8. Синий универсал замечен на дороге примерно на середине дистанции. В данный момент он объезжает Свиную балку, движется со средней скоростью.

– Где это? – всполошился Олег. – Успеем догнать?

– Дайте подумать, товарищ майор… – У капитана было такое лицо, словно он решал судьбу всего мира (в принципе, так оно и было). Он доехал до места примыкания второстепенной дороги, резко вывернул баранку. Такое ощущение, что уазик провалился в воздушную яму.

– Ну, держитесь, товарищи, едем коротким путем. С животом у всех порядок?

– Товарищ капитан, может, не надо? – взмолился сержант.

– Хреновая дорога? – догадался Худяков.

– Ну, не очень, чтобы очень, – пожал плечами Головаш и злорадно хохотнул: – Но и не так чтобы так. Поехали бы прямо – он бы точно раньше нас дошел до финиша. А так имеем кое-какую надежду…

Это были непростые десять минут. Так называемая дорога втягивалась в осинник. Трясло безбожно, стучали зубы. Ругались все, включая Головаша. Колея была такой глубокой, что не спасал дорожный просвет, брюхо машины терлось о глиняную твердь. На редких ровных участках Головаш разгонялся, потом тормозил, и снова начиналась тряска.

– Мы что-то теряем, товарищ капитан! – сокрушался сержант.

Головаш невозмутимо вертел баранку.

– Да сообщите вы в Аничкино, – стонал Худяков, – пусть их встретят, как положено! Нахрена все это…

Дорогому гостю в соседнем поселке уже готовили торжественный прием. Обещали встретить… если он никуда не свернет.

Минут через десять Головаш вернулся на старую дорогу – теперь она казалась автобаном! Включил повышенную передачу,