Рассудку вопреки - Миранда Невилл

Лакей, принявший ее дорожный плащ и шляпку, исчез. Минерва вопросительно взглянула на мажордома, однако тот молча распахнул двустворчатую дверь, и в холл вошла молодая женщина.

— Леди Блейкни, — произнесла она, приветливо, но сдержанно улыбаясь, — я Аманда Вандерлин. Позвольте мне проводить вас. Боюсь, что ваши прежние апартаменты сейчас заняты художниками, поэтому я распорядилась приготовить для вас одну из гостевых спален.

Это была любимая сестра Блейка. Минерва сразу узнала ее по ярко выраженным фамильным чертам.

— Я рада, что мы наконец встретились, Аманда. Впрочем, за последние годы я видела вас не один раз, а на последнем празднике в Мандевиле мы даже немного поболтали.

На мгновение Аманда задумалась, словно пыталась что-то припомнить. Потом она широко улыбнулась и стала очень похожа на Блейка, когда тот хотел быть обаятельным.

— Конечно же, мы встречались. О, эти общественные мероприятия довольно скучны, не так ли? Отчего-то публика на них всегда очень чопорна и холодна. У меня иной раз создавалось впечатление, что само присутствие на празднике ставит всех в неловкое положение.

— Мне жаль, что наша встреча происходит при таких печальных обстоятельствах. Как чувствует себя его светлость?

— Плохо. Нам остается только молиться.

— А где Блейк?

— Он сейчас с герцогом. Как и моя сестра Анна, леди Килдаррен. Матушка сейчас отдыхает, она провела подле больного всю ночь.

— Я хотела бы увидеть Блейка, — сказала Минерва. — Он знает, что я здесь?

— Филсон сообщит ему. А пока позвольте мне проводить вас наверх. Вы, должно быть, утомлены дорогой.

Пока Минерва приходила в себя после дороги, Аманда рассказывала ей, как обстоят дела.

— Анна и сэр Килдаррен прибыли из Шотландии только вчера. Мария и Гидеон Лоутер находились здесь большую часть времени, но сейчас ненадолго вернулись домой. Я просто не могу в это поверить. У отца давно побаливало сердце, но он никогда особенно не жаловался. Ему почти семьдесят, и, наверное, этот приступ не должен нас удивлять. Хотя отец всегда казался нам бессмертным и необоримым. Матушка говорит, он очень сдал, но я так редко его видела в последние годы.

Минерва сочувственно сжала руку золовки.

— Могу представить, как все это печально. В течение последних двух лет я редко бывала в отчем доме, но только сегодня поняла, как сильно по нему скучаю. Я рада, что и после замужества буду жить всего лишь в трех милях от родителей.

Не успели они расположиться в утренней гостиной, как появился Блейк.

— Аманда, — обратился он к сестре, лишь коротко взглянув на Минерву. В голосе Блейка слышалось едва сдерживаемое раздражение, — где Гидеон? К нам намеревается приехать премьер-министр, чтобы засвидетельствовать свое почтение отцу. Но думаю, герцогу сейчас не до визитеров. Гидеон сумеет придумать, как поделикатнее избежать этого визита.

Минерва встала. На мучительное мгновение их взгляды встретились, и ей показалось, будто он рад ее видеть. Но улыбка умерла, так и не родившись, и Блейк лишь сдержанно поклонился супруге.

— Я рад вас видеть, Минерва, — произнес он невыразительно, — надеюсь, поездка была не слишком утомительной.

В ответ она пробормотала какую-то банальность, во все глаза глядя на осунувшегося супруга. Обычно тщательно причесанные волосы растрепались, одежда тоже выглядела не лучшим образом, а под глазами залегли глубокие тени. Видно было, что Блейк чертовски устал за дни, проведенные в доме больного. Охваченная сочувствием, Минерва едва не бросилась к мужу, чтобы отвести непокорную прядь с его лба, но холодная сдержанность Блейка остановила ее.

— У вас есть все необходимое?

— О да, Аманда обо всем позаботилась.

Воцарилось неловкое молчание. Блейк внимательно смотрел на жену. В атмосфере холодной официальности Вандерлин-Хауса, которой сложившиеся обстоятельства придавали трагическую напряженность, Минерва выглядела живой, непосредственной и очень красивой. Сейчас она напоминала Блейку цветок, неожиданно расцветший в темном подземелье. С его стороны было глупо так радоваться ее приезду. Как он мог наслаждаться присутствием женщины, презиравшей его? Даже сейчас, когда болезнь отца и страх смерти сковали все семейство, ссора с Минервой и ее слова не давали ему покоя, ибо она сказала правду. Совсем скоро он займет место своего отца, и тогда раскроется вся его несостоятельность.

Он вспомнил, как она взяла его за руку, когда печальная новость настигла их в Париже, вспомнил то деловитое спокойствие, с которым она читала вслух письмо его матушки. Он не сомневался, что может положиться на нее и попросить о любой помощи. Минерва будет послушной долгу женой, хотя и непокорной. Эта мысль заставила его мысленно улыбнуться, впервые за пять дней.

— Чем я могу помочь? — спросила Минерва.

Блейк со вздохом пожал плечами:

— Чем здесь поможешь? Нам остается только ждать.

Вошел дворецкий, держа в руках серебряный поднос с лежавшим на нем конвертом, и доложил о визитере:

— Лорд Айверли.

Минерва приветствовала своего зятя, поцеловав его в щеку. А ведь ее муж не удостоился такого восторженного приема.

— Блейкни.

— Себастьян.

Кузены поприветствовали друг друга с обычной холодностью.

— Лоутер сказал, что герцог хочет меня видеть.

Разумеется. Его отец не расположен встречаться с премьер-министром, но он всегда рад видеть Себастьяна Айверли, своего любимого племянника, обладавшего теми интеллектуальными достоинствами, которые, по мнению герцога, напрочь отсутствовали у Блейка. Если бы Блейк был более великодушен, он сам бы проводил гостя наверх и присутствовал при последней встрече своего отца с человеком, которого тот с радостью назвал бы своим сыном.

— Милорд, — дворецкий протянул письмо, — это доставлено из Виндзора.

Письмо от самого короля.

— Прошу извинить, срочные дела требуют моего присутствия, — сказал Блейк своему кузену. — Филсон проводит вас в комнату герцога. Аманда, я прошу тебя пойти со мной в кабинет. Мне нужна твоя помощь.

Он явно обрадовался возможности сбежать отсюда, поскольку совершенно не представлял, что сказать Минерве, кроме общих, ничего не значащих слов. Произошедшая между ними размолвка представлялась ему высоченным барьером, который надлежало либо разрушить, либо преодолеть, но в данный момент Блейк понятия не имел, как это сделать, да и сил на подобный подвиг у него сейчас не осталось.

Минерва грустно вздохнула, изо всех сил стараясь не огорчаться из-за того, что Блейк предпочел обратиться за помощью к сестре. Может, лучше самой сделать первый шаг и попробовать восстановить нормальные отношения?