Гибельная страсть - Джорджетт Хейер

– А, доброе утро, мистер Латтрелл! Надеюсь, что… э-э… удивительные события прошлой ночи не лишили вас сна?

У Пен вырвался вздох облегчения. Когда вошел сэр Ричард, мир, поплывший было у нее перед глазами, снова встал на место. Она поднялась с кушетки у окна и инстинктивно подошла к нему.

– Сэр, Пирс говорит… Пирс думает… – Она замолчала и прикоснулась рукой к своей горящей щеке.

Сэр Ричард посмотрел на Пирса, слегка подняв бровь.

– И? – мягко спросил он. – Что же говорит и думает Пирс?

Мистер Латтрелл поднялся на ноги. Под этим иронично-снисходительным взглядом он тоже покраснел.

– Я только сказал… удивился, как получилось, что Пен путешествует в вашем обществе?

Сэр Ричард открыл табакерку и взял щепотку табаку.

– И вам не пришло в голову вполне естественное объяснение? – спросил он.

– Сэр, я должен сказать, что мне кажется… я имею в виду…

– Наверное, я должен был сказать вам сразу, – начал сэр Ричард, взяв под руку Пен и прижав ее руку покрепче к себе, – что вы разговариваете с будущей леди Уиндэм.

Маленькая ручка, которую сжимал сэр Ричард, дернулась, но, послушная успокаивающему пожатию сэра Ричарда, мисс Крид промолчала.

– О, понимаю! – сказал Пирс, и его лицо тут же посветлело. – Прошу прощения! Это действительно потрясающая новость! Желаю вам счастья! Но… но почему она должна ходить в этой одежде и что вы здесь делаете? Это до сих пор кажется мне очень странным! Я полагаю, так как вы обручены… Но это крайне эксцентрично, сэр, и я просто не знаю, что могут сказать люди!

– Так как мы предприняли все возможные меры для того, чтобы никому, кроме вас, не стало известно, кем на самом деле является Пен, я думаю, что люди вряд ли что-то скажут вообще, – спокойно ответил сэр Ричард. – Если же тайна просочится, – что ж, пусть все решат, что мы – очень эксцентричная пара!

– Через меня тайна не просочится! – заверил его Пирс. – Естественно, это не мое дело, но я не могу не думать о том, что могло привести вас сюда и почему Пен была вынуждена выбираться из дома через окно. И тем не менее я вовсе не хочу показаться чрезмерно любопытным, сэр. Я спрашиваю только потому, что знал Пен всю жизнь, ну, вы понимаете…

Теперь наступила очередь мисс Крид предупреждающе сжать руку сэра Ричарда, и это ее движение было настолько конвульсивным, что он бросил на нее успокаивающий взгляд и улыбнулся.

– Боюсь, что не смогу открыть вам причин, по которым мы приехали сюда, – сказал он. – Возникли определенные обстоятельства, которые сделали эту поездку совершенно необходимой. Но одежду Пен объяснить легко. Мы не хотели обременять себя дуэньей, занимаясь… э-э… исключительно деликатным делом; а свет, мой дорогой Латтрелл, – весьма строгий судья, и мы решили, что будет гораздо целесообразнее, если Пен, вместо того чтобы путешествовать в качестве моей невесты, предстанет перед окружающими в виде моего юного кузена.

– Конечно, конечно! – воскликнул Пирс, который так ничего и не понял, но которого просто покорили уверенный вид и манеры коринфянина.

– Сейчас, – продолжил сэр Ричард, – мы уже находились бы на обратном пути в Лондон, если бы не два весьма прискорбных обстоятельства. Я с сожалением вынужден заметить, что за одно из них ответственность несете вы.

– Я?! – ахнул Пирс.

– Вы, – подтвердил сэр Ричард, отпустив руку Пен. – Леди, с которой вы, как я понимаю, тайно обручены, весьма неудачно пытаясь скрыть правду, сообщила своему родителю, что Пен является именно тем мужчиной, с которым у нее было назначено свидание прошлой ночью в роще.

– Да, Пен сказала мне об этом. Я действительно сожалею о том, что она сделала, но, понимаете, она так импульсивна!

– Да, у меня тоже сложилось такое впечатление! – сказал сэр Ричард. – И это весьма прискорбно, так как, поскольку мы вынуждены оставаться сейчас в Куин-Чарльтоне, ее импульсивность поставила нас в весьма неловкое положение.

– Да, я понимаю, – признался Пирс. – Очень сожалею, сэр. Но должны ли вы оставаться здесь?

– Да, – ответил сэр Ричард. – Вы, без сомнения, забыли об этом, но прошлой ночью в роще было совершено преступление. Я обнаружил тело Брэндона и сообщил эту новость кому следовало.

Пирс с обеспокоенным видом сказал:

– Я знаю, сэр, и мне это совершенно не нравится! Так как, по правде говоря, это ведь я первым нашел Беверли, только вы сказали мне, чтобы я помалкивал.

– Надеюсь, что вы так и поступили?

– Да, потому что ситуация сложилась весьма непростая – из-за присутствия в роще мисс Добни! Но если она сказала, что пошла туда на встречу с Пен…

– То вам лучше продолжать помалкивать, мой милый юноша. Тот факт, что в роще присутствовали еще и вы, полностью собьет с толку милого мистера Филипса. Видите ли, у меня перед вами есть одно преимущество – я знаю, кто убил Брэндона.

– Я думаю, – рассудительно заметила Пен, – что нам следует рассказать Пирсу о бриллиантовом колье, сэр.

– Обязательно, – согласился сэр Ричард.

История о бриллиантовом колье, рассказанная мисс Крид, заставила мистера Латтрелла на несколько мгновений забыть о своих проблемах. Он стал очень похож на Пирса из ее детства, когда воскликнул:

– Какое приключение!

А к тому времени, когда он описал свое изумление при виде Беверли, надумавшего погостить у него, хотя они были всего лишь знакомы в Оксфорде, и когда они обменялись своими впечатлениями о капитане Тримбле, между ними снова восстановились прежние добрые отношения. Сэр Ричард подумал, что в его интересах будет дать Пен и мистеру Латтреллу возможность побеседовать наедине, не прерывая их, и поэтому он на какое-то время удалился из комнаты. После того как Пирс еще раз поздравил Пен с удачным выбором супруга – Пен весьма смущенно принимала эти поздравления, – разговор вновь перешел на его собственные трудности.

Она еще раз выслушала его восторженные описания мисс Добни, призвав на помощь все свое терпение, но, когда он начал умолять ее не раскрывать тайну своего переодевания этой леди из страха, что ее нежное чувство приличия может испытать слишком сильное потрясение, Пен настолько обиделась, что не выдержала и выложила ему все, что думала о морали и поведении мисс Добни. Тут же разгорелась ссора, которая могла закончиться тем, что Пирс навсегда исчез бы из жизни Пен, но он не успел еще дойти до двери, как она вспомнила, что обещала Лидии помочь ему добиться ее руки.

Понадобилось несколько минут уговоров, чтобы убедить его успокоиться, но когда до него дошло, что Лидия сама вызвала к себе Пен в то утро, он, казалось, почувствовал, что подобное откровенное поведение требует каких-то объяснений. Однако Пен жестом прервала его извинения.