Гибельная страсть - Джорджетт Хейер

– О, как вы смеете! – негодующе воскликнула Пен. – Это неправда! Неправда!

К этому времени все пассажиры кареты уже разделились на два лагеря. Несколько человек говорили, что с самого начала подозревали, будто Пен сбежала откуда-то, а сторонники Пена требовали, чтобы сэр Ричард сказал им, кто он такой и какое он имеет право вытаскивать бедного юного джентльмена из кареты.

– Имею все права! – негодовал сэр Ричард. – Я – его опекун. А он – мой племянник.

– Нет, неправда, – заявила Пен.

Он посмотрел на нее сверху вниз, и в его глазах было столько смеха, что она почувствовала, как у нее в груди переворачивается сердце.

– Нет, неправда? – повторил он. – Что ж, проказник, если ты не мой племянник, то кто же ты?

Она задохнулась от возмущения:

– Ричард, ты… ты – предатель!

Даже добрый мужчина в дальнем углу, казалось, почувствовал, что вопрос сэра Ричарда требует ответа. Пен беспомощно оглянулась и, увидев только осуждающие или вопросительные глаза пассажиров, подняла возмущенный взгляд на сэра Ричарда.

– Ну? – безжалостно продолжал сэр Ричард. – Ты – мой племянник?

– Да… нет! Противный, ты не осмелишься!..

– Осмелюсь! – сказал сэр Ричард. – Так ты выходишь или нет?

Мужчина в пальто сливового цвета посоветовал сэру Ричарду просто схватить юного шалопая за куртку и вытащить из экипажа. Пен бросила взгляд на сэра Ричарда, увидела решимость в его глазах и, перестав сопротивляться, поднялась и вышла из душного экипажа.

– Может, когда вы закончите разбираться, ваша честь, у вас найдется минутка, чтобы убрать свой экипаж с дороги? – сардонически усмехаясь, заметил кучер.

– Ричард! Я не могу вернуться, – отчаянно зашептала Пен. – Этот сыщик поймал меня в Бристоле, и я еле сбежала от него!

– А, вот что, должно быть, хотел сказать мне Седрик! – заметил сэр Ричард, отводя в сторону своих гнедых.

– А ваша сумка, сэр, осталась в Бристоле, и бесполезно пытаться тащить меня с собой, потому что я все равно не поеду! Не поеду! Не поеду!

– Почему? – спросил сэр Ричард, поворачиваясь к ней.

Она поняла, что не может сказать ни слова. В глазах у сэра Ричарда было такое выражение, что Пен почувствовала: к ее щекам прилила кровь, а весь мир поплыл перед нею. Охранник закрыл за нею дверь, поднял ступеньки и с ворчанием взобрался на крышу кареты. Карета важно тронулась вперед. Но Пен не обратила на нее никакого внимания, хотя ее колеса едва не задели ее курточку.

– Ричард, ты… я тебе не нужна! Я не могу быть тебе нужна! – неуверенно сказала она.

– Моя дорогая! – ответил сэр Ричард. – О, моя бесценная, глупая малышка!

Карета отъезжала все дальше и дальше и когда она, громыхая, оказалась у следующего поворота, пассажиры, ехавшие на крыше оглянулись назад, чтобы бросить последний взгляд на странную парочку. Их ожидал настоящий шок, так что один из них едва не упал с крыши: коринфянин обнимал, золотоволосого подростка и неистово целовал его.

– Господи милосердный! Куда катится мир? – воскликнул едва не упавший сверху пассажир, снова усаживаясь на скамью. – Я не видел ничего подобного никогда в жизни!

– Ричард, Ричард, нас же могут увидеть из кареты! – упрекнула его Пен, плача от радости и смеясь одновременно.

– Пусть смотрят! – ответил коринфянин.

Примечания

1

Член клуба «Коринфяне»

2

Боу-стрит – улица в Лондоне, где находится главный уголовный полицейский суд.

3

Гретна-Грин – пограничная шотландская деревня, где ранее заключались браки между специально приезжавшими из Англии молодыми парами, так как в Гретна-Грин бракосочетание совершалось без соблюдения всех установленных английским законом формальностей.