Гибельная страсть - Джорджетт Хейер

Пен задумчиво посмотрела на него. В его глазах на сей раз не было улыбки – Пен вообще не подозревала, что они могут смотреть так сурово. Поэтому ей стало ясно, что он не поддержит ее план сбежать с мисс Добни, и она решила ничего не говорить ему об этом. Но она была не из тех, кто не отвечает на брошенный ей вызов, и поэтому смело возразила:

– Вы вольны поступать как знаете, но у вас нет никакого права приказывать мне, что делать, а что нет! Это совершенно не ваше дело!

– Это скоро будет моим делом, – заметил сэр Ричард.

– Не понимаю, что вы имеете в виду, говоря подобные глупости!

– Конечно, не понимаете, куда вам, но скоро поймете.

– Что ж, не будем спорить об этом, – примирительно сказала Пен.

Он внезапно рассмеялся:

– Действительно, надеюсь, что не будем!

– И вы не скажете майору Добни, что Лидия наврала ему?

– Что вы хотите, чтобы я ему сказал? – спросил он, поддаваясь ее просительным интонациям и умоляющему взгляду.

– Ну… что я был со своим учителем в Бате, но со мной было так трудно, что мама…

– Вдова?

– Да, и теперь вы понимаете, почему она стала вдовой!

– Если вы унаследовали характер своего мифического отца, то я действительно это понимаю. Жизнь вашего отца окончилась на виселице.

– Да, прекрасно! Так, на чем я остановилась?

– На своем учителе.

– Да, конечно. Ну так вот – я вел себя так плохо, что мама попросила вас привезти меня домой. Я думаю, что вы будете опекуном или что-нибудь в этом роде. И вы можете смело рассказывать майору Добни самые ужасные вещи обо мне. Правда, думаю, надо непременно поставить его в известность, что я не только беден как церковная мышь, но еще и просто отвратительный тип.

– Не бойтесь! Я нарисую такую картину, что он будет счастлив, что его дочь избегла опасности быть обрученной с подобным чудовищем.

– Да, пожалуйста! – сердечно воскликнула Пен. – А потом мне нужно будет встретиться с Пирсом.

– А потом? – спросил сэр Ричард. Она вздохнула.

– Я еще об этом не думала. У нас сейчас так много дел, что я просто не могу думать еще о чем-то!

– Вы позволите мне предложить вам один план, Пен?

– Да, конечно, если вы сможете что-нибудь изобрести. Но сначала я должна повидать Пирса, потому что до сих пор не могу поверить, что он может на самом деле хотеть взять в жены Лидию. Ведь она только и делает, что плачет, Ричард!

Сэр Ричард загадочно взглянул на своего «племянника».

– Да, – сказал он. – Наверное, будет лучше, если сначала вы повидаетесь с Пирсом. Люди, особенно молодые мужчины, очень сильно меняются за пять лет, Пен.

– Это правда, – печально ответила Пен, – но я-то не изменилась!

– Думаю, что и вы, наверное, изменились, – мягко возразил сэр Ричард.

Она, казалось, не была убеждена в этом, и он не стал настаивать. В гостиную вошел официант, чтобы убрать тарелки, и едва он вышел из комнаты, как принесли карточку майора Добни.

Пен, изменившись в лице, воскликнула:

– Боже мой, как бы мне хотелось, чтобы меня здесь не было! Но наверное, я уже не успею уйти, ведь так?

– Скорее всего, да. Вы, без сомнения, попадетесь прямо в руки майору. Но я не позволю ему высечь вас.

– Что ж, надеюсь, что нет! – пылко сказала Пен. – Быстрее скажите мне, как выглядит развращенный человек. Я выгляжу развращенным?

– Ни в коей мере. Самое лучшее, что вы можете сделать, – это принять угрюмый вид.

Она села в кресло, стоявшее в углу комнаты, развалилась в нем и попыталась нахмуриться.

– Так?

– Отлично! – одобрил сэр Ричард. Через минуту в гостиную вошел майор Добни. Это был мужчина с красным встревоженным лицом, который, увидев высокую, безупречную фигуру коринфянина, поднявшегося ему навстречу, воскликнул:

– Бог мой! Вы – сэр Ричард Уиндэм!

Пен в своем углу могла лишь восхититься изысканным поклоном сэра Ричарда. Слегка выпученные глаза майора заметили Пен.

– А это – тот щенок, который развлекался с моей дочерью!

– Опять? – устало спросил сэр Ричард. Майор с изумлением посмотрел на него:

– Что вы, сэр? Вы хотите сказать, что этот… этот юный прохвост имеет привычку соблазнять невинных девиц?

– Бог мой, неужели уже дошло до этого? – спросил сэр Ричард.

– Нет, сэр, не дошло! – вскипел майор. – Но моя дочь призналась в том, что вышла этой ночью из дома, чтобы тайно встретиться с ним в роще, и, кроме того, много раз встречалась с ним в Бате…

Сэр Ричард поднес к глазам лорнет.

– Выражаю вам свои соболезнования, – сказал он. – Ваша дочь кажется весьма предприимчивой юной леди.

– Моя дочь, – заявил майор Добни, – просто глупая юная мисс! Не представляю, до чего докатилось молодое поколение! Этот юноша – мой Бог! Да он скорее смахивает на мальчишку! Как я понимаю, он ваш родственник?

– Мой кузен, – сказал сэр Ричард. – Я… э-э… опекун его матери. Она вдова.

– Я вижу, что разговариваю именно с тем человеком, который мне нужен, – выразил удовлетворение майор.

Сэр Ричард лениво поднял руку.

– Прошу вас не считать, что на мне лежит какая-либо ответственность, сэр. Моя роль заключается в том, чтобы забрать кузена из-под опеки наставника, который, как выяснилось, оказался неспособным контролировать… э-э… деятельность этого юноши, и доставить его в дом его матери.

– Но тогда что же вы делаете в Куин-Чарльтоне? – спросил майор.

Было ясно, что сэр Ричард счел этот вопрос совершенно неуместным.

– У меня есть знакомые здесь неподалеку, сэр. Думаю, мне не следует обременять вас подробностями о том, что заставило меня прервать путешествие, которое нельзя назвать иначе, как… э-э… отвратительным. Пен, поклонись майору!

– Пен? – спросил майор, сердито глядя на «кузена».

– Он был назван так в честь великого квакера Пенна, – объяснил сэр Ричард.

– Вот уж действительно! Позвольте сообщить вам, сэр, что его поведение вряд ли достойно такого имени!

– Вы совершенно правы, – согласился сэр Ричард. – Я с сожалением признаю, что он является постоянным источником беспокойства для своей вдовствующей родительницы.

– Но он кажется совсем юным, – заметил майор, критически разглядывая Пен.

– Однако, увы, давно погряз в грехе!

Майор казался слегка обескураженным.

– Что вы, сэр! Осмелюсь предположить, что все не так уж плохо! К молодым нужно быть снисходительнее. Конечно, это весьма прискорбно, и я ни в коем случае не спорю, что моя дочь достойна всяческого порицания, но ведь это – весна жизни, понимаете, сэр? У молодых такие романтические представления… Я, конечно, был безмерно шокирован, узнав об их тайных встречах!.. Но когда два юных создания влюбляются друг в друга, я думаю…