Пленник моих желаний - Джоанна Линдсей

И теперь она с невинным видом осведомилась:

— В самом деле считаете меня трусихой только потому, что я предпочитаю, как обычно, спать голой и отправилась поискать другую каюту, где могла бы чувствовать себя свободно?

При виде его ошеломленной физиономии ей хотелось закатиться смехом, но она крепко держала себя в руках. В конце концов, это вполне законный вопрос, тем более что именно он научил попугая этой гадости. Конечно, распространяться не имеет смысла.

— Ты могла спать голой и здесь, — помолчав, ответил он.

— Да, — задумчиво кивнула Габриела. — И возможно, меня бы это ничуть не волновало. Но я опасалась потревожить вас, а в мои намерения не входит лишать вас сна. Уверена, что вы вполне мирно уснете при новых соседях.

Он презрительно фыркнул, но поспешил сменить тему:

— Кто эта Карла, которую попугай называет ведьмой? Случайно, это не твое настоящее имя?

Габриела невольно рассмеялась. Он все еще старается разозлить ее своими оскорблениями. Но на этот раз ничего не выйдет!

— Мисс Карлой зовут попугая. Но, чтобы ты не подумал, будто она ругает себя, могу сказать, что так же звали и мою мать.

— Понятно. И до чего же мило! — саркастически хмыкнул он. — Обзываешь ведьмой собственную мать? Ничуть не удивляюсь! Пиратам, очевидно, присуще неуважение к родителям.

Габриела скрипнула зубами. Нет, она не даст ему глумиться над собой.

— Вполне естественное, хотя и неверное заключение, я любила мать. В отличие от отца. Когда с их семейной жизни облетел первый цвет, они пошли разными дорогами. И попугай принадлежал отцу задолго до того, как тот подарил его мне. Так что мисс Карла унаследовала почти весь свой лексикон от него.

— Но как вообще был возможен столь неравный брак? Пират, женившийся на английской аристократке? Или ты сочинила эту ложь, чтобы обрести мужа-аристократа? Да ты вообще законный ребенок или побочное отродье пирата?

— Меня не раздражают твои злобные выпады, — сухо сообщила она. — Но прошу не трогать моих родителей.

И поскольку последняя фраза прозвучала угрозой, он поинтересовался:

— А если трону?

— Тебе следует помнить, что на корабле еще имеется доска с твоим именем на ней. Пойдешь прямо за борт.

Дрю ухмыльнулся, в полной уверенности, что, несмотря на резкий тон, она шутит.

— Так почему он женился на ней?

Габриеле понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Опять этот мерзавец довел ее почти до истерики!

— В то время он искал клад и посчитал, что она самый короткий путь к этому кладу.

— Ты, должно быть, шутишь.

— Нет, он всегда крайне серьезно воспринимал поиски клада.

— Полагаю, лучше было бы спросить, почему она вышла за него.

Он действительно так интересуется ее семьей или просто хочет развлечься? Но ей было необходимо вывести его из себя, и она сделала это теми незаметными приемами, которые другие женщины практиковали более откровенно медленный взмах длинными ресницами, чувственный, как она надеялась, взгляд, ленивое потягивание, задумчивая улыбка…

— Она вышла замуж по более прозаическим причинам, — пожала плечами Габриела.

— Любовь?

— Нет. Просто хотела детей.

— Ах вот оно что, — усмехнулся он. — И сколько же у тебя братьев и сестер?

— Совсем никого. Должно быть, поэтому их брак оказался таким неудачным. Мать никогда не говорила на эту тему, но, насколько я поняла, она была уверена, что сможет заставить отца остепениться и отказаться от моря. И была вполне довольна супружеской жизнью, пока не стало ясно, что он никогда этого не сделает. И я точно знаю: она возненавидела саму мысль о том, что он вечно пропадает где-то в морях и никогда не бывает рядом, когда нужен ей.

Очевидно, она чем-то задела Дрю, потому что тот перешел в нападение:

— Сама виновата. Не стоило выходить за пирата, если она хотела каждую ночь видеть мужчину в своей постели.

Черт бы его побрал! Ее просто поражало, как легко и естественно он произносил чувственные, дерзкие фразы, которые ей самой давались чересчур тяжело! Он говорил ей вещи, которые никогда не сказал бы леди. Конечно, за последние годы она слышала кое-что и похуже и поэтому оставалась равнодушной. По крайней мере очень немногие из подобных высказываний заставляли ее краснеть… пока она не встретила Дрю Андерсона. Его реплики без всяких усилий вызывали румянец на ее щеках.

Вот и сейчас она, стараясь не выдать себя, без всякой запальчивости пояснила:

— И тут ты ошибаешься. Мать была уверена, что выходит замуж за капитана торгового судна. Она не знала о его истинных занятиях до самой своей смерти. А теперь твоя очередь. Поскольку ты столь неожиданно заинтересовался таким предметом, как брак, поведай, почему так яро настроен против него.

— Неужели не понимаешь, милая? — ухмыльнулся он. — Ты пиратка и сама знаешь, что это такое — плыть от порта к порту. Большинство моряков должны возвращаться домой, к супружескому блаженству, где ждет жена. И все же сколько портов они посещают, чтобы утопить печали в вине, утолить тоску по женам? Многие из них изменяют, а потом терзаются стыдом. Я никогда не попаду в эту ловушку. Мне нравится сознавать, что, в какой бы портя ни завернул, там всегда найдется женщина, которая откроет мне объятия.

— Ясно. Я думала, что ты, вероятно, любил и потерял любимую и поэтому бежишь от брака. Но забыла, что в сердце своем ты истинный Лотарио.

— Я не питаю ненависти к браку. Для некоторых мужчин это идеальное состояние. Просто я давно понял, что это не для меня. Я счастлив и доволен своей жизнью. Зачем мне что-то менять?

. Габриела пожала плечами и равнодушно обронила:

— Не знаю. На свете все бывает.

— Верно. Взять хотя бы мою матушку. Она точно знала, что получит, когда выходила замуж за отца. Знала, что он редко бывает дома. И хотя она казалась достаточно счастливой в окружении своих детей, были моменты, когда становилось ясно, насколько она одинока и как тоскует по отцу. Я был довольно молод, когда понял, что никогда не поступлю так с женщиной.

Габриела с грустью поняла, что он вполне серьезен. И сам верил каждому своему слову. Значит, в его жизни нет места для любви? Неужели он действительно хочет до конца дней своих так и не узнать, что такое истинная любовь?!

— Но ведь тебе вовсе не обязательно было уходить в море, не так ли? — выпалила она.

— Шутишь, девушка?

— Разумеется, шучу, — сухо бросила Габриела.

— Море в моей крови, милая, — подчеркнул он и понимающе усмехнулся: — Ты слишком поспешно сменила тему. Может, солгала мне? Твоя мать действительно не знала, что ее муж был пиратом?!

— Почему это тебя удивляет? Отец всегда навещал нас один, без своей команды, чтобы не возбудить подозрений. В конце концов, все они — разгульная, шумная компания. Кроме того, в Англии он вел себя, как подобает истинному капитану торгового судна.