Ярость Антитела - Вячеслав Денисов

А когда убрал руку, Гламур увидел медальон с неровными краями и каким-то изображением.

— Что это? — прошептал Гламур.

Чеченец снова засмеялся.

— Дебуа так и сказал: «Он спросит, что это. А вы ответьте ему, что это с борта одного из кораблей Кортеса, перевозившего золото королеве».

— Этого не может быть…

— Если скажешь, где тубус, я тебя отпущу, — неожиданно предложил чеченец. — Дебуа так зол на тебя, что все равно он тебя прикончит, где бы ты ни был.

Гламур думал мгновение.

— А зачем ему тубус, если он в состоянии набивать карманы золотом майя?..

Он еще секунду подумал и расхохотался. С лица его медленно сходил мертвенный цвет.

— А я почти поверил…

Чеченец повернулся к одному из своих людей и взял за рукав другого.

— Разговори этого придурка. А мы еще раз съездим к нему домой…

Они вышли из квартиры, и Гламур услышал щелчок запираемого замка.

В кармане чеченца сработал телефон. Отвернувшись от Гламура, он отошел в угол комнаты и там, глядя в пол, стал разговаривать на английском языке.

«Да, все проверено, сбоев не будет… В среду налоговое управление Нью-Йорка начнет работу в казино «Фридом-Санс». Чтобы убрать из офиса неучтенные в бухгалтерских документах средства на представительские расходы, президент казино отвезет один миллион долларов наличными в «Лаурент-Бэнк». Чтобы не афишировать мероприятие, наличные доставят вечером… да, без охраны… Приходовать поступление никто не будет, сразу после проверки, на следующий день, миллион должен вернуться в казино… Через час я дам вам адрес электронной почты человека, который организует дело. Все, что нам нужно, это дать информацию и указать банковские реквизиты, куда будет перечислена наша доля… Вы там должны сработать, поняли? — Помолчав, чеченец стал нервничать: — Нет! Мне не нужно выходить на него, я уже на него вышел! Все проверено, все работает!.. Я уже имел с ним дело». — Отключив связь, он посмотрел на Гламура.

Некоторое время он стоял у окна и наблюдал, как из двора выезжает машина друзей. А потом, ни слова не говоря, смахнул со стола пистолет, перехватил его за ствол и решительным шагом обогнул стол.

Это были те несколько мгновений, от которых зависела жизнь Гламура. Отведя скованные наручниками руки вправо, он изогнулся и что было сил ударил чеченцу, выходящему из-за стола, ногой в голень. А потом наотмашь, не щадя рук, ударил браслетами по лицу…

Гламур стоял над чеченцем, а тот, пытаясь если не подняться, то хотя бы поднять взгляд, дергал головой, как паралитик. Жить ему оставалось недолго. Дожидаясь его кончины, Гламур сжимал в руке, как молоток, пистолет. С рукоятки оружия текла кровь, он был скользкий и горячий.

Перевернув его и взяв правильно, Гламур поднял «беретту» и нажал на спуск.

Дебуа еще не разработал вещество. Это было ясно. Иначе он не медальоном майя пугал бы Гламура, а вернулся во времени и проследил, куда Гламур спрятал тубус.

Но история, рассказанная ему чеченцем, была похожа на правду. Дебуа вполне мог подстраховаться и договориться с профессором, ведь именно он разговаривал с ним. Имея вещество, Дебуа без труда найдет двоих физиков, чтобы те изучили объект, произвели расчеты и составили программу его использования.

Наклонившись, он проверил карманы чеченца. Бумажник и телефон пришлись кстати.

«Вот теперь медлить нельзя, — подумал Гламур, сжав челюсти. — Вот теперь и останавливаться не перед чем».

Сейчас все зависело от того, как быстро он разыщет лабораторию для изучения вещества. И вряд ли его кто остановит…

— Позвольте посмотреть ваши документы?

Шагающий по темной улице Гламур поднял голову. Перед ним стояли двое милиционеров. Видимо, их смутил гражданин, гуляющий по Москве в окровавленной одежде.

«Интересно, скольким еще сегодня понадобится моя жизнь?» — подумал Гламур, вынимая из-за пояса «беретту».

Два выстрела громыхнули один за другим.

Гламур переступил через сержанта, посмотрел на второго, отброшенного выстрелом к ограждению газона, — и участил шаг.

«Где они меня теперь не будут искать, это в моей квартире, — думал он, ускоряя шаг. — Но я там не задержусь, это точно. Лаборатория — вот что мне нужно».

Он вспомнил, как однажды профессор приглашал его к себе в Барвиху, чтобы ассистировать при опытах на оксиде серебра.

— А ведь это тоже то место, где меня не будут теперь искать, — пробормотал Гламур, останавливаясь.

Приехав к Дому Мазинга, он осмотрелся и поднялся. Квартира хранила следы беспорядка, сейф был взломан, книги выпотрошены. Не включая света, Гламур навел порядок. Он делал это не по причине ненависти к хаосу. Ему нужно было время, чтобы обдумать свои шаги на ближайшие два дня. К утру квартира имела привычный взгляду Гламура вид.

Он выглянул в окно. Ничего подозрительного. И через час, и через два им никто не интересовался. Несколько раз звонил телефон, и Гламур, сняв трубку, слушал автоответчик. Ни одного подозрительного вопроса, ни одного подозрительного восклицания. И тогда он, вынув из кармана трубку, позвонил по номеру, замеченному в газете во время уборки квартиры.

Через час двое парней привезли ему новый швейцарский сейф и объяснили, как им пользоваться.

Как только они покинули его квартиру, Гламур поднялся на чердак и взобрался на крышу. Подошел к своей спутниковой тарелке и отодрал от нее прикрученный скотчем тубус.

Дома, на кухне, он надел резиновые перчатки и перепилил ножом для нарезки хлеба брусок пополам. Одну половину он оставил в тубусе и подошел к сейфу. Захлопнул дверцу и, фыркнув, произнес, вводя пароль:

— Фак… ю…

По-приятельски толкнув сейф кулаком, он подумал: «Скоро тебя разломают, приятель. Или, нежно пощупав, аккуратно вскроют».

Датчики записи в люстре записывали каждый звук, раздававшийся в квартире.

Не снимая перчаток, Гламур опустил отпиленный брусок в перчатку из другой пары и сунул в карман.

Через минуту он закрыл сейф портретом женщины кисти Шилова и быстро вышел из квартиры. В сейфе оставались тубус и пятьдесят тысяч евро — то, с чего Гламур планировал начать новую жизнь. Но сейчас эти деньги должны были сыграть роль куда более важную, чем обеспечение безбедной жизни. Отвлекающий маневр. Человек, пытающийся сделать «подброс», не станет украшать его банковской упаковкой евро.

Он торопился в Барвиху. Уже в такси он вытянул из кармана телефон чеченца. Долго смотрел на него, а потом рассмеялся.

— Что-то веселое вспомнили? — поинтересовался таксист.

— Если расскажу — лопнешь от смеха.

Лаборатория профессора сияла чистотой, и Гламур, ступив в нее, сразу почувствовал порядок, который управлял жизнью его учителя. С дрожью в сердце он обошел столы с аппаратурой, бегло пролистал записи в журналах и только после этого скинул куртку и поднялся наверх, чтобы умыться.