Клеймо Теней - Владимир Кравченко

— Не хочешь, не ешь. Нам с Вальдером больше достанется, — сказал, как отрезал, наш невольный кашевар.

В животе у Сеза заурчало так же, как урчало несколько минут назад у меня, так что отвечать не было никакого смысла. Мой друг лишь виновато развел руками, как бы говоря, что сейчас он готов съесть даже землю, мирно покоящуюся под нашими ногами. Кир снял птицу с вертела и положил ее на огромный лист неизвестного мне растения. Сез, в свою очередь, достал из-за пояса ужасный волнистый кинжал и принялся кромсать тушку невинной зверюшки.

Когда мы все насытились, я решил задать вопрос, который не переставал меня волновать с того момента, как я очнулся.

— Кто-нибудь может мне сказать, где мы находимся?

— Ты в школе географию не учил? — удивленно спросил Кир.

— На нашем материке находятся только одни болота, а именно болота Шеола, — ответил мне Сез.

Я внутренне похолодел. Все это время мне не хотелось верить в то, что мы оказались на самой враждебной земле нашего материка. Как известно из истории, именно тут орианская армия пала от могущественной магии, так что это место обросло легендами и слухами.

— Лучше бы я снова оказался на столичном эшафоте, — пробормотал я, но друзья все же смогли расслышать мои невнятные слова.

— Не так страшен Криксал, как его рисуют, — ответил мне Сез пустынной поговоркой.

— Мы тут уже несколько часов, а на нас так и не выпрыгнуло нечто ужасное, пытающееся полакомиться моей нежной плотью, — поддержал его Кир.

— Тот, кто лично видел Криксала, никому об этом рассказать не смог. По причине своей преждевременной кончины, — отпарировал я. — А то, что на нас никто не выпрыгнул, желая нами закусить, так это чистая случайность.

— Негативно настроенные люди определенно потерпят неудачу в любых своих начинаниях. Я, между прочим, всю свою жизнь провел в стане врага, ведя подрывную деятельность. Так что какие-то болота меня точно не остановят. Особенно, когда дом так близко! — сказал Сез, и глаза его засверкали. Видимо, он во что бы то ни стало решил добраться до своей родной пустыни.

— Надеюсь, ты прав, дружище, — несколько неуверенно ответил я.

— Ладно, сейчас меня больше интересует, как нам отсюда выбраться, — сказал всегда практичный Кирсер.

— Как мне удалось заметить, мы упали почти в самом начале болот. Так что за неделю вполне сможем добраться до територии Союза. Главное, всегда быть начеку, — ответил нам Сез.

— Попробуй быть начеку, когда дальше десятка метров не видно абсолютно ничего, — пессимистически заметил я.

— А выбор все равно у нас не богатый. Либо оставаться тут, надеясь, что нас кто-то удосужится найти. Либо идти вперед, доверив свою судьбу случаю. Ну, и нашим способностям, разумеется.

— Увы и ах, но ты прав, — был вынужден согласиться я.

— Тогда не вижу смысла в дальнейших препирательствах. Выступаем.

Мы с Киром молча поднялись и последовали за нашим другом, который единственный представлял, куда нам направляться. А еще только у него был кинжал, которым он расчищал нам дорогу сквозь буйно разросшуюся листву. Я полностью потерял счет времени, поэтому не могу сказать, как долго мы шли. В болотах практически всегда темно, так что ориентироваться по солнцу не было никакой возможности. Иногда меня посещала мысль, что мы ходим кругами. Вроде вот тот куст с ярко оранжевыми цветками я видел уже несколько раз. Но уверенно идущий вперед Сез внушал хоть какую-то надежду.

Через некоторое время Сез привел наш маленький отряд на поляну, неизвестно как сохранившуюся среди болот. На ней были хаотично разбросаны разные железки, полностью или частично поросшие мхом. Поляна была настолько запружена железными остовами, что яблоку упасть было негде. Мы кое-как пробирались сквозь неожиданно вставший на нашем пути лес.

— Остатки орианской армии… — несколько печально проговорил Сез.

— Ты же гражданин Союза. И, по идее, должен радоваться при виде поверженных врагов. — непонимающе ответил Кир.

— Ты заблуждаешься. Я ненавижу смерть. А в этих болотах умерло свыше сотни тысяч человек не более чем за минуту. А ведь они просто исполняли приказ вышестоящих лиц. Вся эта война была интересна только правителям. А отдуваться приходилось обычным воякам, которые устали от смерти так же, как и я. У большинства из них были семьи… Но война забрала отцов у своих детей, тем самым усиливая и без того огромную ненависть к магам, — горько произнес Сез. Было видно, что эта тема его очень волнует и задевает за живое, играя на невидимых струнах человеческой души.

— С нами, магами, все точно так же. Мы не хотим этой вражды. Но нам приходится ненавидеть орианцев только потому, что нам так внушили с самого детства. Мы, так же как и вы, воспитывались в состоянии постоянной вражды со своими соседями. И чего кривить душой, на подавляющее большинство магов это подействовало.

Мы с Киром молчали, не зная, что ответить неожиданно расчувствовавшемуся другу. Но, видимо, Сез не нуждался в ответе. Наконец он нашел, кому излить душу. Ведь если верить его словам, то на родине единомышленников у него не было. И плотина, сдерживающая истинные чувства юного мага, пала под напором истинных эмоций. Наверное, это очень трудно скрывать свои настоящие мысли всю свою сознательную жизнь лишь потому, что тебя не смогут понять.

Внутри моей головы раздалось символическое покашливание Тени, как бы говоря, что не один Сез столкнулся с подобной проблемой. Я мысленно шикнул, и Никто вроде бы заткнулся. Разумеется, не навсегда, а только на какое-то время. Он точно не лишит себя удовольствия донимать меня по самому малейшему поводу. Ну и на этом ему огромное спасибо. Всю эту поляну, ставшую братской могилой как для множества людей, так и для управляемой ими техникой, мы прошли в полном молчании. Никто не решался нарушить воцарившуюся тишину, и создавалось впечатление, что даже надоедливые москиты, не дававшие мне житья с того самого момента, как я оказался в этих болотах, наконец от нас отцепились. Стихли даже резкие выкрики болотных птиц, которые также не решались нарушить покой мертвецов своими голосами.

Но вот примерно через час пути эта ужасная поляна закончилась, и мы снова вступили на территорию зловонных болот и вездесущей растительности. И снова монотонная дорога, состоящая из продирания через листву и прыжков с кочки на кочку. Один раз Кир, убаюканный этой монотонностью, зазевался и чуть не рухнул в черную воду болот, которая неожиданно возникла с левой стороны от него. К счастью шедший сзади, я успел вовремя схватить друга за ворот рубашки, который жалобно затрещал под моими пальцами. Лицо Кира остановилось в нескольких сантиметрах от водной глади, периодически подергиваемой маленькими пузырьками, которые то тут, то там всплывали на поверхность с глубин болота.