Клеймо Теней - Владимир Кравченко

— Н-н-н-е-е-известно, господин. — Склонился в глубоком поклоне Саррин, не выдержав настолько тяжелого взгляда.

— Неизвестно? — вкрадчиво спросил Элемент, заставляя и без того волнующегося мага чуть ли не брякнуться в обморок от напряжения.

— М-м-мы смогли засечь активацию катапульты, находящегося близ стен орианской столицы. Но ритуал был проведен не до конца, так что координаты прибытия нам неизвестны.

— Вот оно как… — задумчиво пробормотал Элемент, переставая буравить взглядом нервничающего мага.

— Прикажете выслать поисковые отряды? — наконец-то взяв себя в руки, спросил Саррин.

— Нет. Зная то, что сидит внутри этого мальчишки, нам не стоит волноваться за его сохранность. Можешь мне поверить. Ну а если он таки сгинет по пути сюда, значит он не тот, кто нам нужен.

— Слушаюсь, господин. — Склонился в очередном поклоне маг.

— Свободен, — скучающе кинул Элемент, наблюдая за тем, как его правая рука, не разгибаясь, пытается поскорее покинуть каменные покои.

Вскоре Элемент остался один и мог снова погрузиться в пучину тоски по родному миру. Но то чувство, которое все эти века было верным спутником могущественного мага, уступило место нервному нетерпению. Будь Элемент чуточку моложе, он наверняка бы начал ходить из стороны в сторону, меряя шагами знакомый, до самой последней трещинки зал. Но подобной вольности он не мог себе позволить, так как исполняемая им роль обязывала быть невозмутимым. Однако великану на одном месте не сиделось, и он сделал то, что делал всего лишь четыре раза за все время своего правления. Он встал с неудобного каменного трона и направился к выходу из круглого зала.

Сразу после арки дверного проема коридор разделялся на два пути. Один, широкий и хорошо освещенный, вел вглубь здания, другой же был темным и маленьким настолько, что массивная фигура Элемента еле протискивалась сквозь узкие стены. После коротенького коридора начиналась винтовая лестница, уходящая вверх. Лестница была сущим кошмаром для людей, страдающих клаустрофобией, поэтому идущему по ней человеку пришлось передвигаться на четвереньках, что было странно и унизительно для всемогущего главы Союза.

Наконец, когда и это препятствие было преодолено, Элемент оказался на самой вершине оберега столицы страны магов — Ильн-Хазари. Башня была в форме огромного меча, пронзающего весь город до самого основания под небольшим углом. Та лестница, которую только что преодолел, вела на самую ее верхушку, а именно на конусообразный набалдашник, которым завершалась исполинская рукоятка.

Солнце пекло немилосердно, но Элемент, будто сам высеченный из куска камня, не замечал никаких раздражающих погодных условий. Как и во все предыдущие разы, окружающий вид нагонял только неумолимой силы тоску. Именно поэтому маг предпочитал полумрак круглых стен своего зала бескрайним просторам выжженой магией земли. А ведь когда-то тут был зеленеющий лес, в коронах деревьев которого шумели ветра. Но своим перемещением Элемент превратил этот процветающий край в жалкую насмешку над всем живым. Эта была еще одна причина, по которой он ненавидел эту пустыню, символ его прибытия из родного мира. Но больше всего он ненавидел того человека, из-за которого он был вынужден был покинуть милые сердцу места. И уже совсем скоро неугодный магу человек окажется в его руках.

— Не заставляй меня ждать слишком долго, брат! — проорал Элемент горизонту, после чего зловеще расхохотался.

Вальдер и компания

Оказывается, приходить в сознание после сокрушительного падения, еще противнее, чем просыпаться на работу после знатной попойки. Затылок саднило после тупого удара о землю, язык был прокушен. Мне даже удалось каким-то образом разбить губу, хотя я не имел ни малейшего понятия, как у меня это получилось. Открыв глаза, я заметил небольшие кусочки серого, предгрозового неба, то тут, то там пробивающиеся через густую листву. В нос ударил неприятный запах болотной ряски, тины и гнилой листвы. Правда, сразу после него мой нос учуял одурманивающий запах жареного мяса. В животе призывно заурчало, словно говоря, что от еды сейчас мой желудок не откажется. Пришлось подняться с мягкого мха, который, словно ковер, покрывал то место, где я лежал, и направиться к Киру, увлеченно вертевшему самодельный вертел, на который была насажена тушка какой-то местной птицы.

Поднявшись, я огляделся, и моему взору открылся унылый пейзаж раскинувшихся повсюду болот. По счастливой случайности, мы упали на маленький пятачок твердой поверхности, вокруг которого раскинулись обширные территории, занятые трясиной. Невдалеке сидел Сез, который опять был белее снега. На его запястьях я заметил очередные набухшие рубцы, постепенно становившиеся все менее заметными. Видимо, благодаря его магии мы приземлились достаточно удачно, если не считать моего небольшого недомогания.

— Наша спящая красавица, наконец, очнулась? — как всегда неунывающе произнес Кир, который заметил, как я подхожу к весело потрескивающему костерку.

— Лучше бы она так и осталась лежать без сознания, — пытаясь отлепить присохший к небу язык, сказал я, одновременно с этим массируя виски в надежде на то, что головная боль немного утихнет.

— Совсем тяжко? — сзади подошел Сез, раны которого уже успели бесследно пропасть. Он снова порозовел и просто полыхал здоровьем.

— Ну-у-у… Бывало и лучше.

— В лечебной магии я не силен, как ты сам понимаешь, специальность не та. Но кое-каких верхушек в академии я успел нахвататься, — произнеся это, Сез подошел ко мне и положил скрещенные руки на мой лоб. Через пару секунд от самой макушки до пяток пронеслась теплая исцеляющая волна, приносящая освобождение от этих мелких, но весьма неприятных ранений.

Моя губа стремительно затягивалась, во рту пропал металлический привкус крови, да и кости перестали напоминать кости немощного старика. Было такое впечатление, что я сделал глоток холодного пива после сильнейшего похмелья. Мир снова обрел краски, и наше попадание в болота перестало быть таким удручающим.

— Спасибо, Сез, — произнес я с улыбкой от уха до уха.

— Ты вовремя очнулся, наш обед как раз готов.

— Оно хоть не ядовито? — спросил Сез, скорее ставя под сомнения кулинарные способности Кира, нежели переживая об отравленности самой птицы.

— Такого изысканного блюда ты даже в столичных ресторанах не попробуешь, — несколько обиженно сказал Кир.

— Наверное, потому, что в этих самых ресторанах готовят высококвалифицированные повара? — не удержался от подкола мой друг.