Закат Америки. Уже скоро - Чарльз Капхен

Поводом для оптимизма служат и усилия государств-членов Союза выработать общую политику безопасности, организовав для ее проведения исполнительные структуры. В 1999 году Европейский Союз учредил пост ответственного уполномоченного по делам внешней политики и политики безопасности, а по существу – должность главы внешнеполитического ведомства. На эту должность был избран Хавьер Солана, бывший генеральный секретарь НАТО. Солана сформировал внешнеполитический и оборонный советы, способные проводить общую политику в области обороны. По инициативе Соланы Европейский Союз принял решение об организации в 2003 году сил быстрого реагирования численностью 60 000 человек, способных в короткий срок прибыть к месту. развертывания и оставаться там в течение года. Государства-члены Союза приняли это решение к исполнению.

Критики Европейского Союза также указывают на то, что оборонные бюджеты государств членов Союза слишком малы и что потребуются дополнительные вложения, если Европа намеревается играть важную роль на международной арене. Однако можно достичь желаемого и без дополнительных расходов на оборону. Для этого существуют и средства: координация национальных программ по материально-техническому обеспечению армий, разумное рас-

пределение функций при выполнении общих задач и, наконец, комплектование армий государств-членов Союза на контрактной основе, что позволит, уменьшив численность, повысить их боевую готовность.

Франция уже начала реорганизовывать армию. На пути реформ находится и Германия, пересмотревшая военную доктрину страны. Между европейскими государствами заключаются важные договоры. В июне 2001 года девять европейских стран – Германия, Франция, Испания, Англия, Италия, Турция, Бельгия, Португалия и Люксембург – пришли к соглашению о закупке 212 военно-транспортных самолетов типа А400М(45). Эти самолеты построит «Airbus», 80% акций которого принадлежат Европейской компании по противовоздушной обороне и освоению космического пространства (European Aeronautic Defense and Space Company). Государства-члены Евросоюза также договорились между собой о создании системы спутниковой связи, получившей название «Galileo», что позволит уменьшить зависимость от Америки.

Европейский Союз заявляет о себе и на дипломатическом уровне. В марте 2001 года администрация Буша отступила от намерений администрации Клинтона содействовать установлению дружественных отношений между Северной и Южной Кореей. Исходя из негативных последствий такого решения, Европейский Союз заявил о готовности стать посредником между государствами полуострова, о чем заявил министр иностранных дел Швеции, страны, в то время председательствовавшей в ЕС(46). Месяц спустя албанские бандформирования проникли на территорию Македонии и открыли огонь по армейским частям на границе с Косово. Администрация Буша хранила дистанцию. Напротив, ЕС вмешался и начал дипломатическое урегулирование. В марте 2002 года Европейский Союз оказал известное давление на правительство Югославии, вынудив изменить название этого государства на «Сербию и Черногорию» и тем самым предоставив черногорцам возможность в будущем отделиться от Сербии и образовать суверенное государство. В том же 2002 году Европейский Союз инициировал арабо-израильские переговоры, вторгнувшись в сферу, в которой до этого задавали тон одни Соединенные Штаты. В мае того же года благодаря усилиям дипломатов Евросоюза была в сжатые сроки достигнута договоренность о снятии блокады с церкви Рождества в Вифлееме.

Откликнувшись на эти события, «Frankfurter А11-gemeine Zeitung», одна из крупнейших и влиятельных немецких газет, заявила: «Европа преображается». Успехи Европейского Союза не оставила без внимания и американская «New York Times», которая написала: «Европа обрела на международной арене чувство уверенности, базирующееся на достижениях экономики и развитии политической и коммерческой интеграции»(47).

Согласимся, что на международной арене голос Европейского Союза становится все слышнее. И все же надо признать, что интеграция европейских стран происходит достаточно медленно. Однако это в порядке вещей. И Германия, и Соединенные Штаты Америки строили единое государство из отдельных частей в течение долгого времени. И это неудивительно, ибо любое даже самое малое государственное образование неохотно расстается не только с самостоятельностью, но и с частью укоренившихся привилегий. Интеграция европейских стран поначалу но– сила вынужденный характер. После Второй мировой войны следовало отмежеваться от прошлого и остановить соперничество между европейскими странами. Кроме того, необходимо было противостоять советской угрозе. Две эти причины и послужили толчком для проведения интеграции.

Однако за прошедшие годы положение изменилось. Война между ведущими европейскими странами практически невозможна. Советский Союз распался, а Россия слишком слаба, чтобы представлять собой угрозу. Причины, давшие толчок интеграции, больше не актуальны. В Европе выросло новое поколение, которое о войне знает лишь понаслышке. Это поколение не оглядывается на прошлое, а живет настоящим и заботой о будущем. Между тем европейская интеграция продолжается, но цели ее теперь стали иными. Ныне речь уже не идет о противодействии амбициозным планам отдельно взятой страны, способной нарушить европейское равновесие. Речь идет о другом – о превращении всей Европы в формирование, которое благодаря единству и мощи способно громко заявить о себе на международной арене. В ноябре 1999 года президент Франции Жак Ширак, выступая в Париже, сказал: «Европейский Союз должен превратиться в формирование, способное поддерживать международное равновесие. Но для этого он должен обрести необходимую мощь»(48). За последние годы даже консервативные англичане, выступавшие лишь за интеграцию в области экономики, изменили свою позицию. Премьер-министр Великобритании Тони Блэр заявил: «Европейцы хотят видеть Европу единой и сильной. Речь уже не идет о поддержании мира на континенте. По большому счету, мир уже обеспечен. Сегодняшняя задача Европы – обрести коллективную мощь»(49).

Итак, интеграция принимается европейцами, однако, как ни парадоксально, это приятие происходит на волне панъевропейского патриотизма. Европейские страны, каждая сама по себе, расстались с геополитическими амбициями, однако эта тяга теперь стала коллективным, общим стремлением, которое растет день ото дня.

Как ни странно, но американцы этому не противятся. Но прежде чем развить эту мысль, повторим: вооруженные силы Европы по-прежнему не только слабы, но и плохо организованы. Тому есть и понятное объяснение: в течение нескольких десятилетий Европа полагалась на Соединенные Штаты, которые прикрывали ее своим «стратегическим зонтиком». Такая опека не только обезопасила западноевропейские страны в годы «холодной войны», но и позволила им приступить к экономической и политической интеграции. Однако со временем американская военная помощь превратилась для европейцев в болезненную зависимость, которая, несмотря на изменившиеся условия, продолжает существовать.

Однако эта зависимость постепенно идет на убыль. «Холодная война» канула в Лету, европейские страны мирно сосуществуют, а Европейский Союз набирает силу, и в этих новых условиях Соединенные Штаты сочли не лишним переложить часть военных забот на европейские страны. И все же Вашингтон счел нужным послать свои войска в Косово, когда там вспыхнул вооруженный конфликт, а затем оставить на Балканах своих миротворцев, давая ясно понять, что предоставляет Европе дополнительное время для накопления сил. Однако было достаточно очевидно, что Америка действует в Косово неохотно. К тому же администрация Буша недвусмысленно заявила, что не собирается держать свои войска на Балканах неопределенно долгое время, – оправданное желание, вызванное борьбой с терроризмом, в том числе и на своей территории.

Понятно, что американцам гораздо легче переложить большую часть ответственности за безопасность на сами европейские страны, чем выступать и дальше гарантом их безопасности, продолжая осуществлять миссию, которая начинает им докучать. Дело случая, что после окончания войны в Косово европейцы сумели договориться с американцами о дальнейших совместных миротворческих действиях на Балканах. Предпринятые усилия пошли европейцам на пользу. Стало ясно, что при следующем вооруженном конфликте на периферии Европы американцы оставят войска в казармах, предоставив улаживать положение самим европейцам. Теперь европейские страны осознают, что если не подготовиться к возможным конфликтам в будущем, то можно столкнуться с большими трудностями с непредсказуемыми последствиями. Выход один – наращивать военную мощь, реорганизовывать армии. Успешное решение этих задач придаст Европе больший политический вес, а значит, и большее геополитическое влияние.