Сага-фэнтези о Синдбаде-мореходе и его друге Ибн-сине - Сергей Гжатский

Странный гул тем временем нарастал. Он стал слышен совсем

отчётливо.

— Что же там всё-таки так шумит? — спросила жалобно принцесса.

Синдбад не ответил, окидывая взглядом учинённый в лагере

разгром. Ибн-Сина вдруг стал белее полотна. Схватив друга и девуш ку за руки, он вскричал дрожащим от волнения голосом:

— Я понял что это такое! Землетрясение разрушило берега природно го высокогорного озера, которое обозначено на последнем фрагменте

голубой кляксой, и его воды устремились вниз, в долину через это ущелье. Мы погибли! Нас смоет неудержимый поток!

Синдбад долго не раздумывал:

— Люди, спасайтесь! — закричал он громовым голосом, обращаясь к морякам, солдатам и слугам, из которых одни ловили лошадей, а другие помогали раненым или разбирали завалы в лагере.

— Бегите прочь из ущелья! — вторила сму Дорота.

— Сейчас его затопит вода с гор! — поддержал друзей Ибн-Сина.

Теперь грохочущий поток услышали все. Паника возродилась с новой силой. Огласив ущелье скорбными воплями те, кто ещё был

в состоянии передвигаться, бросились прочь из лагеря и ущелья. За ними потащились увечные и раненные, поддерживаемые своими това рищами.

— Бежим и мы! — вскричал учёный, дёргаясь с места, — Чего ждём?

— Нет! — остановил его Синдбад, — Боюсь, что ни мы, ни наши люди не успем добежать до конца расселины. Мы вловушке!

— Но должен же быть какой-то выход? — простонала Дорота замогиль ным голосом, внешне оставаясь мужественно спокойной.

— Он есть! — воскликнул Синдбад, — Мы укроемся от потока на уступе,

друзья мои! Гранитный козырёк уже однажды спас нас от камней, теперь спасёт и от воды!

— На него ещё надо как-то забраться! — с сомнением покачал головой

учёный, осматривая отвесную скалу над головой.

— Заберёмся, не сомневайся! — уверенно ответил капитан, метнувшись

к разгромленной стоянке, уже почти опустевшей.

Он тут же вернулся, волоча за собой довольно длинный обры вок пенькового каната одной рукой и с кожанным арканом в другой.

Ибн-Сина понял приятеля без слов. Пока Синдбад связывал концы

каната и ремня в одно целое, учёный нагнулся и отыскал под ногами

продолговатый и не слишком увесистый гранитный обломок, обмо тал вокруг него свободный конец верёвки и затянув надёжный узел, передал другу.

Тот отошёл немного от стены и принялся раскручивать камень

в воздухе как пращу, только не в горизонтальной, а в вертикальной плоскости — снизу вверх. Гул нарастал, он уже закладывал уши. Вода, несущая смерть, приближалась со скоростью хорошего арабского ска куна. Бушующий поток вот-вот ворвётся в ущелье и снесёт всё живое на своём пути.

Дорота во все глаза смотрела на капитана и никак не могла понять, что задумали её новые знакомые. Ну что за мальчишество такое? К чему верёвка и камень, когда всем им грозит неминуемая гибель?

Синдбад тем временем отпустил верёвку и камень ракетой взмыл в небо вдоль стены ущелья. Принцесса проследила за его полё том и вдруг вздрогнула от радости. Ей наконец открылся замысел её

спасителей.

Рядом с козырьком, недалеко от его бокового края, из неглубо кой трещины в стене росло небольшое корявое деревце с редкими чахлыми ветками. Его перекрученный ствол тянулся к небу, образо вывая угол со стеной. Как и когда Синдбад заприметил растение в кромешной темноте для принцессы осталось загадкой.

Камень с верёвкой пролетел точно в просвет между стволом и

скалой и устремился вниз. Пока он падал на землю, Синдбад обвязал оставшийся конец ременного аркана вокруг пояса принцессы.

— Мы с Ибн-Синой подтянем тебя к уступу, ты заберёшься на него и

отвязавшись, бросишь нам свой конец. Мы с другом поднимемся сами. Поняла?

Девушка молча кивнула, восхищаясь про себя мужеству новых друзей, которые спасают её рискуя жизнью. Едва камень бухнулся у их ног, приятели вцепились в верёвку и стали тянуть. Лёгкая прин цеса быстро заскользила вдоль стены вверх к козырьку, время от времени отталкиваясь от неё ногами, чем облегчала труд мужчин.

Дерево задрожало, заскрипело, но выдержало её вес. Видно его корни глубоко проникли в скалу. Ещё пара томительных секунд и ноги девушки оказались вровень с уступом. Несмотря на больную ногу, она ловко заскочила на него, отвязалась и обмотав конец во круг небольшого камня, бросила его вниз, чем выполнила все наста вления капитана. Синдбад в свою очередь споро травил свой конец, давая возможность камню падать свободно, без раскачки.

Когда тот упал у ног Ибн-Сины, учёный, как и Синдбад, клещом вцепился в канат.

— Держись крепче! — крикнул ему капитан, — Начинаю поднимать!

И он потянул за верёвку. Ибн-Сина пополз вверх, помогая себе

ногами. Он действовал как до него принцесса, однако поднимался несколько медленне чем она, так как был значительно тяжелее.

Дорота, склонившись над краем козырька, с тревогой наблю дала за приятелями. В призрачном свете луны их было хорошо вид но. Внезапно её словно бы что-то подтолкнуло и она посмотрела вглубь ущелья, откуда проближался страшный гул. Увиденное повергло девушку в шок: зажатый между двух отвесных стен ущелья

к друзьям катился клокочущий пеной грязевой вал! Ни в силах вы молвить ни слова, принцесса протянула к нему руку и громко завизжа ла.

Услышавшие её приятели обернулись и увидели приближающу юся смертоносную сель. Синдбад подпрыгнул, вцепился в свой ко нец верёвки и попробовал вскарабкаться как можно выше. Ибн-Сина тоже удвоил усилие, ещё быстрее заработав руками и ногами на пути к козырьку.

Однако незакреплённый на дереве канат начал скользить то в одну, то в другую сторону. В результате Синдбад, как более тяжёлый по сравнению с учёным, вновь опустился на дно ущелья. Его же прия тель взмыл при этом вверх на пару локтей.

У принцессы, видевшей всё это, бльно кольнуло в груди. Грязе вой поток был уже рядом, а её друзья всё ещё копошились под высту пом. Их гибедь какзалась неминуемой!

Положение спас Ибн-Сина, проявивший мастерство эквилиб ристики. Оттолкнувшись от стены ногами, он несколько раз крутанулся вокруг верёвки Синдбада, чем намертво перехлестнул второй конец. Канат наконец перестал ерзать по дереву вверх-вниз. Сделавшись недвижимым, он тем самым здорово облегчил друзьям подъём.

Синдбад, моряк от пят и до макушки, взлетел к Ибн-Сине с проворством обезьянки индийского факира и вместе с ним начал карабкаться к выступу, до которого оставалось локтей десять. Учё ный преодолел только половину этого расстояния, а Синдбад уже

влез на карниз!