Поднять Атлантиду - Томас Гриниас

Еще девушку преследовало неприятное чувство, будто кто-то за ней наблюдает, хотя, ясное дело, это абсурд. Кому за ней наблюдать? Нет ведь никого. А с другой стороны, Нимрод вот выскочил. Может, и другие обитатели есть?

Серена время от времени теряла собаку из виду, но лай доносился постоянно. Прошло несколько минут, лай зазвучал гораздо громче, и девушка поняла, что Нимрод что-то хочет ей показать.

Она заметила его еще издалека. Блестящий, прямо-таки сияющий на солнце. Подойдя ближе, Серена увидела, что замерший на склоне одного из каналов «Хагглундс» уже ни на что не годен. Гусеницы сорваны, кузов частично раздавлен, кругом все засыпано обломками стеклопластика… Впрочем, половина кабины выглядит неповрежденной…

Серена подошла к вездеходу со стороны водителя и, подергав за ручку, распахнула дверцу. У девушки вырвался невольный вскрик, когда к ногам вывалился труп О'Делла. Увидев, во что превратилась его голова, Серена даже не стала искать пульс. Нимрод обнюхал жуткое месиво из мозгов и кусочков разбитой приборной панели и тихонько заскулил.

«Бедняга О'Делл», — подумала Серена и заодно пожалела себя, потому что именно ей теперь предстояло хоронить полковника. Что ж, так тому и быть. Но сначала надо проверить бортовую рацию и выяснить, как обстоят дела с пищей и водой. Неприятно, конечно, и как-то не по-людски, что О'Делл просто валяется на земле, однако голод не тетка.

Серена забралась внутрь и устроила методичный поиск, нацелившись на спутниковые телефоны, оружие, НЗ, лекарства, да и вообще на все подряд. Увы, вездеход словно специально оставили пустым, если не считать транзисторного приемника-«мыльницы» и завалившегося за кресло пищпакета.

Первым делом она вскрыла пакет. Немедленно просунув в кабину лохматую морду, Нимрод дал понять, что серьезно рассчитывает на свою долю.

— Ладно, ладно, — уступила она. — Залезай.

Еду они разделили, можно сказать, по-братски. Впрочем, чем дольше она жевала свой кусок, тем отчетливее понимала, что на самом деле крайне изголодалась по новостям. Серена задумчиво посмотрела на «мыльницу» — работает ли? — и с каким-то извращенным облегчением заранее решила, что нет, не работает.

Через минуту, не в состоянии терпеть дальше, она повернула выключатель. Оказывается, работает. Девушка подкрутила громкость, из динамика зашипело, и она принялась вертеть ручку настройки, отыскивая Би-би-си. Поиски увенчались успехом, и кабину заполнил сбивчивый от волнения голос диктора:

— Продолжается эвакуация прибрежных городов в США. По заявлению федеральных властей, уже объявлено о свободном доступе на шестьсот пятьдесят миллионов акров государственных земель, выделенных беженцам. Это составляет почти тридцать процентов всей территории Соединенных Штатов…

Мозаичные подробности начинали складываться в единую картину: при колоссальном «сейсмическом ударе» от Антарктиды откололся кусок континентального ледового щита размером с Техас; Мальдивские и многие прочие тихоокеанские острова затоплены полностью; срочное заседание Совбеза ООН в Нью-Йорке; Америку обвиняют в противозаконных ядерных испытаниях в Антарктике…

«Боже милосердный, спаси и сохрани! — ошеломленно подумала она. — Что мы натворили?!»

Серена непроизвольно бросила взгляд на остатки еды и поняла, что лишилась аппетита. Нимрод горячо одобрил ее решение.

Вскоре слово дали различным комментаторам, аналитикам и ученым всевозможного толка. Одни пугались сами и пугали других, что, дескать, разваливаются полярные шапки; другие предрекали резкий подъем уровня моря и затопление всех прибрежных городов и низинных областей типа Флориды. Те, кто обладал доступом к коридорам власти, по секрету признавались всему миру, что слышали что-то про сдвиг планетарной коры и глобальную геологическую катастрофу.

Серена выключила радио и достала из рюкзака скипетр Осириса. От одной только мысли, что эта штуковина успела натворить, в животе как будто принялись трепыхаться бабочки.

Девушка распахнула дверцу кабины и выпустила Нимрода, который тут же бросился к каналу и принялся лакать воду. Серена направилась за ним, присела на корточки рядом и посмотрела на противоположную сторону. Метров сто — сто пятьдесят.

Подождав несколько минут и убедившись, что Нимроду не стало хуже от выпитой воды, она достала из рюкзака пустую пластиковую бутылку и сунула ее в канал. Течение оказалось настолько сильным, что сосуд тут же вырвало из рук, поэтому пришлось зачерпывать воду ладонью. Напившись, она еще умывала свою чумазую физиономию, как вдруг услышала визг.

Оглянувшись, Серена увидела, что Нимрод, тяжело и неровно дыша, лежит на боку. В стекленеющих глазах — боль и недоумение.

— Что? Что случилось? — обеспокоилась она, протягивая руку, чтобы почесать пса за ухом. — Только не говори, что в воде яд…

Нет, не яд. Ладонь девушки окрасилась кровью. Она пригляделась.

— Боже… — едва успела выдохнуть она, когда на груди собаки появилась ярко-красная точка. Секунду спустя из точки плеснула кровь. Серена вскрикнула и отскочила назад.

Словно из-под земли, вокруг выросло кольцо солдат в юнакомовской форме и принялось неумолимо сжиматься, ощетинившись стволами «АК-47». Шеренга на миг расступилась, и появился офицер.

— Докладывает Хамиль, — сказал он по-арабски куда-то в нагрудный карман. — Обнаружен один выживший, сэр. Женщина.

Серене показалось, что акцент египетский, и ее подозрения подтвердились, когда раздался ответ:

— Доставьте.

— Слушаюсь, сэр.

Не успела девушка шевельнуться, как Хамиль знаком что-то приказал своим людям, и один из солдат сбил ее с ног. Левой рукой прижимая Серену лицом к земле, правой он залез ей под комбинезон и принялся ощупывать.

— Это что? — вдруг спросил он, обнаружив густой саудовский акцент, и извлек на белый свет нож с секретом.

Нахмурившись, солдат повертел его в руках, задел кнопку и под насмешливые возгласы товарищей испуганно отшвырнул прочь, когда из рукоятки вылетело лезвие. Описав дугу, нож зарылся в грязи. Глаза у саудовца гневно сверкнули, он сделал шаг вперед и упер руки в бока.

Серене надоела эта ситуация, и, когда солдат уже собирался отойти в сторону, она выбросила ногу, угодив ему прямо в пах. Саудовец переломился в поясе, девушка подпрыгнула и попыталась встретить его лицо вскинутым коленом. В последний миг, однако, на ее груди появилось полдюжины красных точек, она вскинула голову и увидела зрачки наставленных на нее автоматов.

Серена подняла руки, показывая, что сдается, и бросила взгляд на поверженного противника. Солдат корчился в грязи. Тут сзади к ней подошел еще один араб — афганец, судя по акценту, — и приказал выйти из круга, чтобы предстать перед Хамилем.