Наглая морда. Том 1 - Михаил Алексеевич Ланцов

первой в истории. Во-вторых, атерасы не закрепляли таким образом свои браки. Никогда. Они вообще с Богами не очень дружили, что и понятно с их-то могуществом. Ну и в-третьих, сочетание. Если и не абсурд, то чрезвычайная редкость. Ариэль знала только дюжину случаев, при которых представители этих видов эльфов решались на брак, который считался мезальянсом и там, и там. Ну и так далее.

Поэтому немудрено, что Ариэль зависла, пытаясь понять, что же задумал этот проходимец Локки. Другой вопрос, что Виктор этого не понял, посчитав, что она что-то там прикидывает. И после небольшой паузы выдал ей:

— Даже не вздумай!

— Что⁈ — Возмутилась Селентис, очнувшись как ото сна. Шок от того, что ей пренебрегут в такой ситуации оказался сильнее всего того позора и унижения, который она испытывала от одной мысли о заключении брака с этим… этим… ну вот с этим.

— Милая, — мягко ответил ей Виктор. — Я не тебе. А вот ей, — кивнув на задумчивую моську статуи. — Явно же что-то задумала. Вот я и говорю — даже не думай. С меня хватит и двух верховных жриц.

— Что ты несешь… — покачав головой, произнесла Ариэль.

— Нет? Замечательно! Тогда приступим к делу?

— Раз уж ты отвлек меня от ритуала, то изволь объясниться. Что ты творишь? Зачем тебе ДВЕ верховные жрицы?

— Первая, — Виктор кивнул на Ализэль, — сама захотела. Ну, я и не особенно сопротивлялся. Тем более что нам обоим в этом мире некуда было податься. Родственные души. Вторая…. — он задумался.

— Это приказ Ллос, — прошептала Селентис.

— И Аматерона, — добавила Ализэль.

— Они что, снова вместе? — Искренне удивилась Ариэль.

— Кто их знает? — Пожал плечами Виктор. — Вместе не вместе, но союзники. И это, видимо, надолго.

— Как же так получилось? — Чуть подумав, поинтересовалась Богиня. — Аматерон был так на нее зол, что всячески исключал любые возможности объясниться. Тысячи лет держался.

— Моя госпожа достаточно умна, чтобы воспользоваться ситуацией, — с усмешкой отметила Селентис. — А он, — она кивнула на будущего мужа, — достаточно глуп, чтобы согласиться целоваться с ней на глазах бывшего супруга. Даже не представляю, как Аматерон сдержался.

— Ах вот оно что… — расплылась в улыбке Ариэль, как-то по-особому рассматривая Виктора.

— Слушай, сегодня был тяжелый день, и мы очень устали. — Ответил Орлов совершенно невозмутимо. — Давай закончим ритуал, и мы уже пойдем отдыхать. А если захочешь подробностей или просто поболтать да посплетничать, то заходи в гости. Мы же не против. Ведь так, девочки? Вот, — ответил он, не дожидаясь их реакции. — А то, у меня в голове уже все кругом от этой свистопляски.

— Виктор! — Попыталась одернуть его Ализэль.

— Серьезно. — Все также нахально продолжил он. — Нам нужно день-другой отдохнуть. А потом приходи на рюмку чая. Думаю, что и Ллос с Аматероном уже все между собой выяснят и освободятся. Он пойдет отмокать и приводить в порядок распухшее хозяйство, а она охотно посплетничает с тобой. Просто если вы прямо сейчас устроите промывание костей, эти две девицы останутся вдовами. Ибо я склею ласты вместе с ушами прямо тут.

— Ладно, — неохотно произнесла Ариэль. После чего ее статуя за какие-то доли секунды перетекла в свое стандартное состояние.

— Эй! А ритуал⁈

— Ваша клятва принята… — гулко ответила статуя, ярко пыхнув глазами.

Дорогу до анклава Селентис помнила смутно. Фрагментами.

Посмотреть на их процессию вывали огромное количество жителей. Шутка ли? Такое событие! Поэтому, чтобы не позориться она держала маску радости и удовольствия. А в душе не только скребли кошки, но и выли волки, а также какали и чирикали натурально безумные попугаи. В какие-то моменты ей хотелось выхватить кинжал и с той же фаянсовой улыбкой на лице перехватить свое горло. Но она тут же с раздражением понимала, что, во-первых, рядом с ней два мага жизни. Они и свежего мертвяка оживят. А, во-вторых, если все-таки удастся умереть, то попадет она прямиком в заботливые лапки Ллос…

Так и дошли до анклава.

Вежливые улыбки. Поклоны. Поздравления. О да! Эти скоты — солнечные эльфы — не упустили своего и чуть ли не всем скопом вышли поздравлять. Причем ей было необходимо держать лицо и как можно меньше фальшивить…. Так что, когда она вошла в покои, где ее разместили вместе с мужем и… эм… его первой женой, то не падала в обморок только лишь по какому-то чудесному стечению обстоятельств.

Обнаженная. Прекрасная. Она стояла с практически стеклянным взглядом перед Виктором.

Легкий приглашающий жест и Селентис застывает на постели в характерной позе, призывая сделать то, на что она обречена. Виктор же, мягким касанием, ее попросту вырубил, отправляя в глубокий сон.

— Ты серьезно? — Удивленно спросила Ализэль. Потому что она, «набрав попкорна», устроилась удобнее в кресле, дабы наблюдать за предстоящим шоу.

— Слушай, ты же сама меня не простишь, если я это все сделаю так. Лучше помоги мне ее привести в себя. Да, она стерва. Да, заносчивая дрянь. Да, горда до безумия. Но ведь где в глубине этого искореженного жизнью создания живет простая женщина с ее страхами, мечтами и надеждами.

— Живет, — кивнула Ализэль, задумчиво рассматривая мужа. — Но зачем тебе это?

— Никто не знает, сколько протянется эта игра. Вполне возможно, что нас перебьют уже через месяц, но не исключено, что нам втроем придется жить вместе долгими столетиями. Поправь меня, если я ошибаюсь, но банку с пауками из семьи делать не самая лучшая идея. Даже из такой необычной как наша.

— Хм… — задумчиво произнесла Ализэль и аккуратно переместилась из кресла на постель….

Селентис проснулась от того, что лучик солнца нагло стал долбиться ей в веко.

Шевелиться не хотелось. Вообще. Потому что ощущения были бесподобные, и она боялась их спугнуть. Никогда в своей жизни она так не высыпалась. Буквально все ее существо пронизывали чувство нереальной легкости, покоя, тепла и нежности. Правда, вот беда — собраться с мыслями совсем не выходило. Точнее все шло не шатко не валко. Минут через пять этого мления Селентис, наконец, соизволила открыть глаза, но только для того, чтобы встретиться с насмешливым взглядом Ализэль.

— Сволочи… — тихо выдохнула Селентис, но даже не попыталась ни вырываться из объятий мужа, ни корчить злобные гримасы.

Оно и правильно,