Вершина желания - Нина Киллэм

Молли хорошенько ее тряхнула:

— Классно! Так приятно с вами познакомиться. Джек так много о вас рассказывал.

Джек послал ей предупреждающий взгляд.

Молли качала головой, словно не веря своим глазам:

— Я хочу сказать: надо же, девственница! Какую надо иметь силу воли. Ну, если честно, то я просто сгораю от любопытства. Как вы смогли остаться девственницей? Это же невозможно.

Хизер приподняла бровь и окинула Молли презрительным взглядом:

— Ну, возможно, мне ни с кем не удавалось достаточно хорошо познакомиться.

Молли склонила голову набок.

— Но, в самом деле, что там узнавать друг о друге? Вы говорите: «Привет, ты горячий парень». Трах, бабах. Всего-то и дел. Вы можете даже обойтись без приветствия. «Ты горячий» — вполне достаточно. Это просто вежливая болтовня, чтобы ввести их в нужное настроение. На самом деле все, что вам остается, — это…

— Она уже поняла, — рявкнул Джек.

Молли улыбнулась и всплеснула руками:

— Ну, ладно, пора возвращаться к работе. Оставляю вас для того, чтобы вы смогли лучше узнавать друг друга. — Она заговорщически подмигнула Джеку.

Хизер взглядом проследила за тем, как внушительный зад Молли поднимается по лестнице.

— Джек, — строго сказала она.

Но Джек уже удрал на кухню. Хизер пошла следом и остановилась в дверях, скрестив руки на груди.

— У нее были самые лучшие рекомендации, — защищаясь, сказал Джек.

Хизер смотрела, как он загружает посудомоечную машину, доставая посуду из переполненной раковины.

— Разве мытье посуды не входит в ее обязанности?

Джек замер.

— У нее никогда не получается делать это так, как надо.

— Как ее зовут?

— Молли.

Хизер высунула голову в коридор:

— Молли!

Джек прижал пальцы к губам:

— Тсс. Что ты делаешь?

— Что? — откликнулась сверху Молли.

— Я бы хотела чашку кофе, — громко сказала Хизер.

— Кофе? Мы храним его в холодильнике, — откликнулась Молли.

Хизер повернулась к Джеку лицом и сурово на него посмотрела, но Молли неожиданно появилась в двери у нее за спиной.

— Надеюсь, я не выпила последний из банки, — сказала она. Она открыла дверцу холодильника и порылась в его содержимом. — Вот. А кофеварка здесь. Знаете что? Я, пожалуй, сама его сварю. А то эта кофеварка с тем еще характером. Тебе тоже сварить, Джек?

— Угу, конечно.

— Итого три чашки.

Хизер посмотрела на Джека, Он улыбался. Она села и пригладила ладонью длинные пряди.

— Вы и готовите тоже?

Молли открыла банку с кофе и принюхалась.

— Да. Время от времени. Джек ничего, не давится, верно, приятель?

Хизер обвела взглядом комнату:

— Вижу, окна вы не моете.

Молли засмеялась:

— А их моют, да? Может, проще новые вставить? — Она уже загрузила кофеварку и включила ее. — Ладненько. Ну, ребята, оставляю вас наедине друг с другом. — Она вышла.

Хизер уставилась ей вслед.

— Джек, ты должен быть с ней построже. Она сядет тебе на шею. Кстати, что она делает там, наверху?

— Понятия не имею.

Хизер встала:

— Я пойду проверю.

— Нет!

— Джек, ты должен научиться правильно вести себя с людьми такого сорта. Ты должен уметь себя поставить. А то и оглянуться не успеешь, как она начнет распоряжаться в твоем доме так, словно она тут хозяйка, а не ты.

Молли снова сунула голову в дверь гостиной:

— Знаете что? Пошла она к черту, эта работа. Пожалуй, схожу я на пляж. Погода отличная.

Хизер приподняла бровь:

— Надеюсь, вы не рассчитываете, что вам заплатят за сегодняшний день?

— В том-то и состоит прелесть моей работы, что мне платят еще до того, как я успеваю приступить к делу.

Хизер повернулась к Джеку.

— Скажи что-нибудь, — зашипела она.

Молли посмотрела на Джека:

— Что?

— Приятно тебе провести время, — сказал Джек.

— Спасибо. Эй, Хизер, если мы больше не увидимся сегодня, то знайте, что мне было приятно с вами познакомиться.

Они слышали, как хлопнула дверь.

Хизер неодобрительно смотрела на Джека. Он рылся в буфете, пытаясь найти моющее средство для посудомоечной машины. Он избегал встречаться с Хизер глазами.

— Она необыкновенно хороша, — сказал он. — Я не хочу ее терять.

Хизер сделала маленький глоток кофе.

— Ну, когда я стану твоей женой, я кое-что изменю. Для того чтобы общаться с прислугой, необходимо иметь определенные навыки. Так просто это не дается.

Джек судорожно сглотнул:

— Женой?

Хизер улыбнулась:

— Ну, мы же в этом направлении движемся, верно?

— Я думал, нам все еще предстоит лучше узнать друг друга.

— Мы и узнаем друг друга. — Хизер обвела взглядом выполненную на заказ кухню. — И я чувствую, что достаточно тебя узнала, чтобы сделать решительный шаг. — Она опустила чашку с кофе на блюдце, подошла к нему и встала рядом. — Нам все еще так много предстоит узнать друг о друге, Джек, так давай не будем терять времени зря.

Джек дрожащими руками разломил таблетку для посудомоечной машины напополам. И выругался себе под нос.

— Ты что-то имеешь против этого, Джек?

— Нет-нет.

— Потому что я всегда чувствовала, что если в отношениях не делать следующий шаг, они начинают портиться. Издавать неприятный запах. Как сыр с истекшим сроком годности. — Хизер скользнула ладонью от его затылка вверх, взъерошив Джеку волосы. — Я могла бы быть так тебе полезна. Мы могли бы стать отличной командой. Я могла бы быть твоей музой.

Джек посмотрел в потолок. Он слышал грохот. Это Примроуз от хохота свалилась с кровати.

— И твоей помощницей, — продолжила Хизер. — Даже твоим менеджером. И когда придет твое время, я смогу управлять твоим поместьем. Я бы проследила за тем, чтобы твое имя и имидж использовались бы с максимальным вкусом и максимальной выгодой.

— О, не знаю, заработаю ли я себе на поместье.

— Ну, тебе придется много работать, конечно. Но я позабочусь о том, чтобы ты успевал сдавать работу в срок.

— Последнее время я несколько снизил темп.

— Я это изменю.

Джек плюхнулся на стул.

— Это так трудно… и, похоже, никому нет дела до того, что я пишу.

Хизер наклонилась и похлопала его по плечу:

— О, Джек, ты великий писатель. Все это знают. Тебя непременно оценят по достоинству и станут относиться к тебе с уважением, которого ты заслуживаешь. Это лишь вопрос времени.

Джек поднял глаза. В глазах его стояло отчаяние.

— Ты так думаешь?

— Я не думаю, я знаю. — Она взяла его лицо в ладони и заглянула в его глаза. — Ты — великий писатель.