Магия торжествует - Илона Эндрюс

class="p1">Этот сукин сын. Гнев вскипел во мне и превратился в темный лед. Все эти люди мертвы. Я иду за тобой. Просто подожди.

— Что за черт? — спросил другой помощник шерифа.

— У нас вторжение, — сказала я. — Это их король, а это его защитник.

— Он маг? — спросил Бо.

— Он оставляет синий след, — сказала Джули.

— Кенни, — сказал Бо расчетливым голосом, — пристрели этого ублюдка.

Кенни вскинул арбалет. Маленькая синяя искра сорвалась с кончика стрелы. Он прицелился и выстрелил. Воин открыл рот. Из него вырвался огонь. Обгоревшие остатки стрелы упали на землю.

Чудненько. Он плюется огнем. Обожаю.

— Думается, это сигнал для меня. — Я вытащила «Саррат» из ножен.

— Нас пятеро, а он один, — отметил Кенни.

— Дело не в победе, — сказал Бо. — Дело в страхе. Этот козел приходит в наши деревни и крадет наших людей. Он думает, что может делать все, что захочет, и никто из нас не сможет его остановить. Ему нужно знать, что одна из наших может победить одного из его. Повеселись, Дэн… э-э, Леннарт.

Я вышла на середину улицы.

Воин сделал один легкий шаг вперед. На цыпочках. Большинство людей сначала наступают на пятки. У нас были удобные преимущества современной обуви, и мы ходили по большей части по мощеным улицам. Сначала он наступил на подушечку стопы, ощупывая землю пальцами ног, прежде чем перенести на нее весь свой вес. Вы почти никогда не видели этого за пределами культур, где все еще бегали босиком.

Воин вращал клинками, разогревая запястья. Я сделала то же самое. Без перчаток. Трудно эффективно удерживать клинок в бронированной перчатке, поэтому костяшки его пальцев были не защищенными.

Я начала медленно кружить. Он был шести футов ростом, весил, по меньшей мере, двести фунтов, вероятно, больше с доспехами. Вопрос на шестьдесят четыре тысячи долларов заключался в том, насколько прочной была эта броня?

Давай посмотрим, насколько ты быстр со своими двумя мечами.

Он посмотрел на мой клинок и уронил свой левый меч на землю. Умный. Двойные мечи имели свое применение. Они были эффективны для того, чтобы выделиться из толпы или блокировать гораздо более тяжелый клинок. Но в поединке один на один правил единственный меч. Мне это нравилось все меньше и меньше.

Я остановилась примерно в двух футах от него. Он наблюдал за мной. Я наблюдала за ним.

Покажи мне, на что ты способен.

Он нанес быстрый удар, опустив клинок справа от меня. Я парировала удар ровно настолько, чтобы его клинок соскользнул с моего, и отступила назад.

Сильный. Участие в игре «удар за удар» с ним вымотало бы меня.

Он изменил замах. Я развернула «Саррат» так, чтобы удар соскользнул с плоской поверхности моего клинка, и снова отступила.

Воин атаковал, опустив меч в сокрушительном ударе. Я, пригнувшись, сделала выпад влево и вонзила «Саррат» в подмышку. Это было похоже на попытку пронзить камень. Я отдернула клинок и отскочила в сторону. Он сделал шаг назад, его голубые глаза были немигающими и холодными.

Кровь покрыла самый кончик «Саррата». Если бы не доспехи, он истек бы кровью до смерти. Нанести удар было невозможно. Лезвие не пробьет его. Я могла бы застать его врасплох словом силы, но это было бы против правил. Бо был прав. Мне нужно было победить этого парня своим мечом, один на один. Ничто, кроме этого, не заставило бы мудака в огне остановиться.

Воин снова атаковал, обрушивая град ударов слева, справа, еще раз слева.

Парируй, уклоняйся, парируй, отступай, парируй. Он был чертовски силен и сражался так, словно много раз сражался за свою жизнь. Ничего эффектного. Ни одного движения впустую. Каждый удар яростный и рассчитанный.

Удар, удар, хороший трюк, но я это уже видела, удар.

Парируй, парируй, парируй… Кончик его клинка прочертил дорожку по моему правому предплечью. Черт.

Мы отскочили друг от друга.

Я должна была победить. Если он победит меня, это выставит нас легкой добычей.

Он сделал выпад. Я увернулась. Он снова нанес удар справа, ожидая, что я увернусь. Вместо этого я подставила ногу под удар и поймала его запястье. Удар отдался эхом до самых пальцев ног, и пока он все еще проходил сквозь меня, я ударила «Сарратом» в живот. Он поймал лезвие рукой. Я ухмыльнулась ему и дернула «Саррат» назад. Лезвие рассекло его руку, как масло.

Он зарычал от боли. Его глаза вспыхнули янтарем. Видение от пифий встало у меня перед глазами. Янтарные глаза, а затем…

Я крутанулась и побежала.

Пламя вырвалось из его рта конусом, с ревом преследуя меня. Меня обдало жаром. Я упала на землю. Обжигающий жар разорвался надо мной.

Я вскочила на ноги. Между нами повисла завеса дыма, внутри нее сияли языки пламени. Он нарушил правила и обратился к своей магии. Божечки.

Я провела плоской стороной лезвия «Саррата» по порезу на своем предплечье, позволяя алой влаге смочить его.

Он прошел сквозь дым и огонь, его глаза сверкали, меч был поднят.

Я послала импульс магии в свою кровь. На клинке «Саррата» кристаллизовалось красное лезвие толщиной с волосок.

Он бросился на меня, огромный, с горящими глазами.

Я ударила его в живот. Лезвие рассекло броню, плоть и внутренние органы и задело позвоночник, перерезав нервы. Его ноги подкосились. Он упал на колени.

Дым рассеялся. Я рубанула ему по шее. Сопротивления почти не было. Его голова слетела с плеч. Я подняла ее, подошла к погребальному костру и бросила в блондинистого мудака в пламени. Она пролетела сквозь огонь.

Вот. Это для тебя. Оставь себе.

Мы с человеком в огне уставились друг на друга. Его доспехи соответствовали доспехам его защитника, но там, где доспехи воина были окрашены в синий цвет, чешуя на его теле была темно-красновато-золотой. Золотая цепочка удерживала его плащ на месте, застежка, вероятно, была украшена настоящими рубинами. На нем было столько золота, что его колени должны были дрожать от его веса. Если бы его изображение было в натуральную величину, он был бы огромным, по крайней мере, шести с половиной футов ростом. Конечно, он мог быть и четырех футов ростом и просто казался крупнее.

Жар окатил меня со стороны. Тело воина горело изнутри, его доспехи плавились. Вот и исчезли доказательства.

Мужчина в огне кивнул мне.

Не торопись. Без разглагольствований. Подожди, пока он скажет тебе, чего хочет и кто он такой, а затем скажи ему, что собираешься отрубить ему голову. Спокойствие. Дипломатия. Я могу это сделать.

— Ты убил мой народ. — Язык силы слетел с моего