Обратная связь (сборник) - Боб Шоу

Мой видеоком все это время был пристегнут к поясу. Они знали каждый мой шаг. Я позволил им поймать себя на крючок. Еще немного, и я решил бы, что сообщение было перехвачено или оно вообще не от Дингера.

Ужасно не хотелось раскладывать все по полочкам, докапываться до сути. Куда соблазнительнее было строить более общие догадки, не делая конкретных выводов.

Я вдруг почувствовал ужасную усталость. Мне пришлось пересилить себя, чтобы подняться на ноги. Они все еще сильно болели. Ступни распухли. Я покинул уютную душевую и направился на просмотровый стенд.

Здесь меня знали. Я имел разрешение на доступ к любой системе в любое время суток, когда мне требовалось проконтролировать те объекты, с которыми, как мне подсказывало чутье, не все в порядке. Не составило особого труда получить жетон допуска.

Я настроил свой видеоком на частоту приемного устройства, имевшегося на стенде, что позволяло видеть увеличенное изображение при лучшем разрешении и с большей четкостью, чем на мини-экране видеокома. Пришлось выполнить обратный поиск в памяти, чтобы восстановить разговор с Дингером от момента, когда я непроизвольно нажал на кнопку «память». Когда я перешел на режим воспроизведения, он появился на экране со словами: "Шантаж? Поясни, пожалуйста, о чем речь, Фредди".

Я посмотрел все до последнего эпизода, когда он помахал мне рукой на прощание.

Одежда моя совсем просохла, свежий воздух приятно бодрил, и все же я не мог унять дрожь. Это был Дингер. Готов поклясться. Или все-таки не Дингер? Дингер. Нет, не он. Это… от этого стыла кровь в жилах.

На экране был он, такой, как в жизни. Но Дингер всегда снимал фуражку, входя в помещение. Он имел обыкновение швырять ее на вешалку, попадая на крючок, как правило, с третьего раза. Он называл меня Фредди, но не так часто, как в этот раз. Встретимся у «Милашек». Это его озадачило. Явно озадачило. Отличная имитация, но все-таки автор невольно выдал себя. Кем бы ни был тот, кто прикрывался наружностью Дингера, он блефовал, надеясь, что найдет в справочнике адрес кафе с таким названием.

Надо же, не заметить столь явного промаха. И что в результате? Сообщение о вынужденной задержке на случай, если я еще раз позвоню. Новое место встречи. Двое убийц.

На лбу выступил холодный пот. Я еще раз просмотрел всю запись, стараясь анализировать ее с присущим мне обычно профессиональным хладнокровием. Эта была превосходная подстановка, самая совершенная электронная имитация, которую мне когда-либо доводилось видеть. То самое, что я искал; но сейчас, наблюдая ее воочию, я не испытывал особой радости.

Мне необходимо было найти какое-то место, где можно отоспаться, дать измотанному телу возможность восстановить силы. Однако где-то в глубине моего мозга ни на секунду не прекращалась лихорадочная деятельность.

Чутье. Оно может доставлять и неприятности. Теперь она, Пейли Мфинга, знала, кто я. И это тревожило. У нее собственный, уникальный стиль. Я обязан был призвать на помощь всю свою проницательность, чтобы разгадать ее, так же как она, похоже, разгадала меня.

Я не привык останавливаться на полпути. Еще с тех первых лет, когда работал в страховом агентстве сразу же после окончания учебы, а потом во время недолгого пребывания в филиале банка «Бэнкорп». И разумеется, в те незабываемые годы, когда я трудился бок о бок с Луисом Сэзриком в компании «Тек-Чекс». Луис дал мне больше, чем все остальные учителя вместе взятые, в десять раз больше. Он был настоящий профессионал старой закалки. Луис помнил самые первые преступления, связанные с использованием компьютеров, причем узнавал он о них не из вторых рук. Ему удалось тогда выследить мошенников, которые первыми додумались применить для своих целей компьютеры.

Коттедж на побережье. В комнате стандартный многофункциональный терминал. Тонкая ниточка, которая скорее всего никуда не выведет. Тем не менее запросы разрешены. Вероятно, еще одна хитроумная ловушка.

Собравшись с духом, я проверил, что есть на выходе. И обнаружил запись. Но что это? Черный юмор? Морг. На экране во всех деталях демонстрируется вскрытие трупа молодой женщины — нечто вроде учебного ролика для студентов-медиков.

Я переключился на следующую сцену. Что-то религиозное. Истово молится монах. Теперь очевидно, что Пейли просто потешается надо мной.

Сгорбившись, стиснув зубы, я все же решил продолжать поиск, хотя она явно морочила мне голову.

Теперь на экране появилась средневековая сцена. Нечто такое, что лишь самые благодушные историки могли бы назвать "историческим сюжетом". Айвенго. А может быть, эпизоды из легенды о короле Артуре. Рыцарь, благородный рыцарь скачет на благородном коне. Молодая дама в маске, закованная в цепи. Взято, наверно, из киноархива. Да и туда эти отрывки мог поместить только какой-нибудь неисправимый романтик.

У меня не было времени смотреть всю эту никчемную интермедию. Я нажал на кнопку, чтобы перейти к следующей записи, и вдруг словно что-то дернуло меня, заставив вспомнить предыдущий эпизод.

Рыцарь. Он мне кого-то напоминал. Я начал снова прокручивать эту сцену, но в замедленном режиме.

Невероятно! Стоп-кадр. Увеличиваю масштаб изображения. Я совершенно ошеломлен. У рыцаря мое собственное лицо.

В полной прострации я откинулся на спинку сиденья. Мой мозг не подчинялся мне, отказываясь постигать сущность этого почти идеального совмещения изображений.

Еще несколько минут я крутил запись. Лицо не было просто наложено на изображение рыцаря. Но откуда она заимствовала черты лица Отиса Раффакова? Скорее всего из сеанса связи с фальшивым Дингером. А почему нет единого сюжета? Она уже просто не знала, как бы еще позабавиться. Какая бесцеремонность. Она просто насмехается.

Я остановил просмотр и вернулся назад к тому моменту, когда «я» без моего согласия появился на экране, да еще в таком бутафорском обличье. Зачем это? Просто пародия? Но она знала, кто я. Она… она доверяет мне. Она считает, что я все пойму. Неужели?

Она мне доверяет? Это сообщение. Тайное, хитроумно завуалированное сообщение. Но с какой целью? И что в нем?

Я откинул голову и прикрыл глаза, надавив пальцами на веки. Мне необходимо было сосредоточиться, призвать на помощь все свое чутье. И в то же время я чувствовал, что нужно торопиться. Морг. Труп девушки. Молитва о спасении. Дама в беде. Благородный рыцарь. Я.

Все абсолютно ясно. Она в заточении. Это было неминуемо. Ее схватили профессионалы — те, кто вел наблюдения за всем, что она делала. Ей пришлось пойти на хитрость. Впрочем, как и мне.

Нет. Я опустил руки. Это фантазия. Даже если она действительно в беде, чем я могу ей помочь? Я не знаю, где она. Я разыскивал ее почти целый день, но в результате оказался дальше от нее, чем был вначале.