Моя. Твой. Наши - Тата Кит

мне через Стасика, который, к слову, уже тоже не спал и в своё удовольствие пытался оторвать у Алисиной игрушки голову. Или глаз.

- Доброе утро, - пробормотал Никита сонно и прижался к моим губам своими.

- У меня во рту умер опоссум, - попыталась я отвернуться, смущаясь.

- А у меня два и оба сразу после встречи со скунсом.

Никита настойчиво тянулся ко мне губами, и я не устояла. Ну, что я, не человек, что ли? Кто может отказать себе в первых ласковых поцелуях.

- И тебя, конечно, - рассмеялась я, чувствую, как Стасик пытается нас разделить и переключить всё моё внимание исключительно на себя хорошенького. – Иди ко мне.

Я приобняла Стасика и глянула на часы, сначала даже не поверив, что мы проспали почти до десяти утра. Алиса, обычно часов в семь утра уже начинает требовать бутерброды, но сегодняшняя ночь с одним возмущенным подъёмом продлилась дольше обычного.

- Кофе будешь? – спросил Никита, вставая с постели.

- Чай, - я тоже встала, прихватив Стасика. – В любом случае, нужно поставить чайник. Кое-кого бутербродами не задобришь. Да? – чмокнула я Стасика в ручку, которой тянулся к моему носу.

Мы вышли из комнаты и сразу хихикнули, увидев помятого, едва моргающего Даню, делающего бутерброды для Алисы.

Алёнка всё ещё спала в детской и просыпаться, похоже, пока не собиралась.

Пока я меняла Стасику подгузник, Никита навёл ему смесь, налил себе кофе и заварил мне чай. Даня нарезал для Алисы бутерброды и достал из холодильника контейнеры с едой, которые они с Алёнкой принесли ночью.

- Я разбужу свою принцессу. Вы пока тут без нас не начинайте, - деловито заявил Даня и, закинув подушечку жвачки в рот, пошёл в комнату, где спала Алёнка.

- Фу, - поморщилась я нарочито. – Целоваться со свежим дыханием? Гадость какая.

- Угу, - поддержал меня Никита и вдруг с хмурым и озадаченным лицом обратился к Алисе, которая переложила бутерброд из общей тарелки в своё маленькое блюдце. – А что у тебя тут такое, Алиса?

- Где? – Алиса опустила взгляд на свою пижаму, пытаясь понять, на что показывал Никита. Я тоже присмотрелась, но ничего не увидела.

- Ну, вот здесь. Смотри. Вот. Убежала.

- Куда?

- Вот сюда, кажется. Подними, Алиса, пожалуйста, ручку, я проверю, - дочка подняла руку и присмотрелась к подмышке. Я вместе с ней. – Ну, точно! Вот же она!

- Кто?! – тут даже я начала волноваться.

- Смешинка, - произнес Никита и резко начал щекотать Алису, в ту же секунду звонко рассмеявшуюся.

- Обманул! – кричала она радостно. – Давай, ещё!

И в этот раз Алиса подняла другую руку, начиная заливисто смеяться ещё до того, как Никита продолжил игру.

Внезапно в дверь позвонили, и я, продолжая веселиться вместе с Алисой и Никитой, как-то даже не насторожившись и не задумавшись, пошла со Стасиком на руках в прихожую. Посмотрела в глазок и почувствовала, как часть моих волос на затылке поседела, потому что по ту сторону двери стояли мои родители. На их лицах не было ни намёка на веселье, а мама, вообще прижалась к двери, чтобы подслушать. Хорошо, что хоть у папы в руках не было видно паяльника. Но, судя по серьёзности их лиц, это временно.

Во рту пересохло от страха. Внутри было ощущение, будто я устроила в квартире вечеринку втайне от родителей, а они вернулись раньше времени.

Я перехватила Стасика поудобнее одной рукой, а другой открыла дверь.

- Привет, - с трудом я смогла натянуть на губы улыбку.

- Доброе утро, - словно через губу произнес папа, сканируя обувь на полу прихожей. Две пары мужской обуви не порадовали родителя.

- Лера! – а вот мама в это время шокировано смотрела на Стасика в моих руках. – Это… Это как это?

- Стасик, - покачала я малыша. – А вы чего так рано? И без звонка…

- А что, у тебя секретарь есть, чтобы предварительную запись на прием к тебе вёл? – пробасил папа, явно пытаясь заранее запугать всех, кто находился внутри квартиры.

- Деда приехал! – крикнула Алиса и, топот детских ног довольно быстро донесся до прихожей. – О! И баба тоже приехала!

Дочка кинулась с объятиями на деда и потянулась к своей бабе, а я тем временем всё продолжала держать Стасика, разглядывающего новых для себя людей с завидным спокойствием.

- Папа, а что-то случилось?

- Это ты мне должна рассказать, что у тебя случилось.

- Если ты хочешь сказать что-то, то говори без кокетства. Что-то на Никиту нашёл? – надавила я, при этом прекрасно понимая, что ничего нового для меня он не найдет.

- В том-то и дело, что этот твой Никита слишком чистый. Хоть сам за него выходи, - тяжело вздохнул папа. – Только «хулиганка» в семнадцать лет за драку. Не женат, есть ребенок, бывшая жена, вообще, даже не в стране. И не убита. Может, он хоть урод? На рожу не вышел, а фотографии – качественный фотошоп?

- Можете оценить вживую, - произнес Никита, оказавшийся рядом со мной. – Никита, - протянул он руку для пожатия моему папе.

- Федор Михайлович, - строго ответил папа и, к моему облегчению, пожал руку Никиты, при этом не прекращая сканировать его взглядом. – И к роже тоже не придерешься, - папа озадаченно поджал губы.

- Рад слышать, - кивнул Никита. – Здравствуйте, - обратился он к моей маме, кивнув ей.

Кажется, операция «горячий паяльник» только что отменилась. Но это совершенно не исключает того, что будет применен паяльник холодный.

- Я подержу, - Никита забрал у меня сына, чтобы я смогла поприветствовать своих родителей нормально.

Я приобняла папу и тихо ему шепнула:

- Не перегибай, пожалуйста.

- Угу,