Моя. Твой. Наши - Тата Кит

Пока Никита мылся, я переоделась в свои пижамные шорты и майку, закинула полотенца на сушилку и проверила детей. Оба спали, оба выглядели сытыми и довольными.

Пройдя на кухню, где была включена подсветка ящиков, я налила себе стакан воды и, залипая в телефоне, поставила лайк свежей Алёнкиной публикации, где она запечатлела переплетенные пальцы рук двоих влюбленных в машине.

Знаем мы, чьи это пальчики…

Вода в ванной затихла. Через минуту дверь открылась, вышел Никита и заставил меня захлебнуться водой из стакана и задохнуться от смеха.

- Что? – спросил он невозмутимо и пошагал ко мне, манерно навиливая бёдрами и удерживая рукой полотенце на груди. Он умудрился накрутить на голове полотенце, как я несколькими минутами ранее. Вышло криво, но на голове держалось. И так же, как и я, обернул полотенцем торс.

- Господи! – смеялась я, утирая выступившие слёзы.

- Коротковато только, - Никита неловко оттянул край полотенца вниз, чтобы я не увидела кое-какие генитальные подробности.

- После увиденного моя жизнь никогда больше не будет прежней, - смеялась я.

- Согласен. На тебе лучше смотрится. Но теперь я принципиально должен знать, почему на твоей голове полотенце держалось без рук, а на моей – нифига?

- Наверное, дело в волосах? – я подошла к Никите, и привстала на цыпочки, чтобы получше рассмотреть конструкцию из полотенца на его голове. – Хотя, ты знаешь, у тебя тоже неплохо получилось. Только уши нужно заправлять под полотенце, - что я и сделала сейчас своими руками, а потом тихо с улыбкой шепнула. – Чебурашка.

- Конечно. Художника каждый может обидеть, - театрально вздохнул Никита и махнул головой так, что полотенце на ней окончательно раскрутилось. – Оп! – успел он поймать его за секунду до падения на пол.

- Ну, всё. Красивый-красивый, - я даже на груди поправила ему полотенце, но потом быстро одернула руки, поняв, что, поправляя наверху, лишаю его прикрытия внизу.

- Ещё немного и было бы неловко, - заметил Никита.

- Угу.

Никита скрутил полотенце жгутом и неожиданно перекинул мне его через голову, как лассо, и притянул к себе так близко, что я впечаталась в его торс, едва успев упереться ладонями в его грудь.

- Я тут вспомнил, что мы кое-что не закончили, - шепнул он, поддев кончик моего носа своим.

- Разве? По-моему, лазанью мы приготовили.

- А десерт? – Никита дразняще коснулся моих губ своими и тут же слегка отстранился, будто дразня.

- Десерт? Кхм, - чтобы не растечься сиропчиком по полу, я сместила руки на шею Никиты и мягко приобняла. – Сладкое на ночь – вредно.

- Сладкое на ночь – вкусно, - шепнул Никита и накрыл мои губы нежным трепетным поцелуем.

Воздух застрял в легких, по коже пробежали мурашки, шевельнув волоски. Тело, не слушая меня, рефлекторно вжалось в торс Никиты и задрожало от переполняющего чувства нежности и ощущения ласковых прикосновений сильных рук.

- Очень вкусно, - шептал Никита, позволяя нам набрать воздуха между поцелуями, чтобы мы снова могли нырнуть в наши чувства с головой.

Глава 34. Лера

Глава 34. Лера

Наверное, это немного по-детски – убегать и прятаться в своей комнате сразу после поцелуя.

Первого, к слову, поцелуя с Никитой.

Но мне просто необходимо успокоить колотящееся в груди сердце и усмирить паникёршу, бьющуюся внутри меня в истерических конвульсиях и желающую повизжать и попрыгать на месте.

Боже!

Мне будто шестнадцать, а не двадцать четыре.

Валерия, возьми себя в руки! Ты взрослая, ты мать, у тебя только что был лучший в жизни поцелуй.

Уиии!

Я нырнула под одеяло и спряталась под ним с головой. Улыбаясь темноте, я к ней прислушивалась и улавливала, как Никита в гостиной тоже затих, устроившись на диване.

Сон долго не шёл. Я поглядывала на телефон, немного волнуясь за Алёнку и за то, как бы слишком активный и коммуникабельный Даня не нажил бы себе проблем и не влез ни в какую драку. Мало ли какие отморозки могут ночью ходить по клубам…

Едва я задремала, в гостиной послышался тихий плач. Стасик проснулся, Никита начал что-то шептать, а диван под их тяжестью тихо скрипнул.

Я тоже села и прислушалась, понимая, что у Никиты плохо получается успокоить сына.

- Тише, малыш, тише. Мы разбудим наших девчонок, - шепнул Никита, вызвав на моём лице улыбку.

Немного подумав, я выбралась из-под одеяла и на цыпочках вышла из комнаты. В полумраке гостиной на диване сидел Никита и укачивал на руках сына, который пытался выкрутиться из его рук.

- Давай я, - шепнула я и села рядом. Никита бережно переложил мне в руки сына, когда я села рядом с ним. – Тише, мой хороший, тише. Опять зубки?

- Не знаю, - выронил Никита немного устало.

- Ты просто испугался незнакомого места? – улыбнулась я малышу, который начал затихать в моих руках, сжав в кулачке прядь моих волос.

Никита в это время, тяжело вздохнув, уткнулся губами в моё плечо и, казалось, тоже задремал.

- Папа, соберись, - пошевелила я аккуратно плечом.

- Угу, - Никита оставил на коже моего плеча несколько поцелуев и потянулся к сыну. – Теперь я.

Но, стоило мне даже немного отстранить от себя Стасика, как он тут же вновь начал хныкать.

- Ничего не получится, - заключила я. – Придётся мне забрать Стасика в свою комнату.

- Я начинаю ревновать, - шепнул Никита и кончиком носа огладил мою скулу, зарывшись затем в волосах. – На его месте должен был быть я, - произнес Никита, шутливо всплакнув.

- Мне больше по душе мужчина, которого я могу унести с собой на руках.

- А если мужчина может