Грета и потерянная армия - Хлоя Джейкобс

и в этом мире всё же есть некая магия, — произнёс Айзек, почти дословно озвучивая её мысли, пока они шли, держась за руки, по узкой пустынной тропе к тому месту, где они оставили машину.

Она неохотно заглянула в окна. Вайат и Сиона растянулись на заднем сиденье, обнимая друг друга. Сиона открыла глаза и кивнула Грете, сообразив, что уже пора.

— Как думаете, нам надо спрятать машину, перед тем как пойти дальше? — спросила она спустя двадцать минут, после того как они с Айзеком разведали местность и нашли неподалёку пещеру, где оставили свои вещи. — Мы могли бы скатить её с дороги в кусты и закрыть ветками.

Вайат засунул ключи в козырёк над водительским сиденьем. Он покачал головой и достал из рюкзака злаковые батончики и бутылку воды. Также он взял с собой верёвку, сигнальные ракеты и зимние куртки. Слава богу, хоть кто-то заранее продумал эту поездку.

— Если со мной что-то случится, я хочу, чтобы полиция смогла найти машину. Так будет лучше для моих родителей, — сказал он.

— Ничего с тобой не случится, потому что ты не останешься, — решительно заявила Грета. Он пожал плечами и отвернулся. — Вайат? Ты слышишь меня?

Он выразительно посмотрел на Сиону.

— Да, но я ещё никуда не ухожу.

Грете хотелось поспорить с ним, но это ни к чему хорошему бы не привело. Она понимала, почему он хочет помочь.

Им не оставалось ничего другого, кроме как идти вперёд.

Глава 14

Они вернулись в «Пещеру Прибытия» и забрали оружие. Меч приятно лежал в ее руках, и она была достаточно уверена в себе, чтобы понять причину этого. Время, проведенное в человеческом мире, многому научило ее о том, кем она была… и кем не была.

Грета никогда не будет идеальной дочерью или звездной ученицей, но ее истинная судьба не менее важна, и рассказ об этом родителям помог ей осознать, что она больше не боится этого. Больше не стыдиться этого.

Вайат и Сиона вместе проскользнули в пещеру, и Грета на некоторое время осталась одна. Теперь это было близко. Чувство становилось все сильнее, настолько сильным, что все, что ей нужно было сделать, это закрыть глаза, чтобы увидеть болезненную, нетерпеливую ухмылку Аграмона. Он был там. Он ждал, точно так же, как и она.

Больше никаких сомнений. Портал откроется. Он откроется для нее, потому что он придет за ней.

Она выбрала место. Возле пещеры было открытое пространство, где можно развернуться, но при этом окружённое деревьями, чтобы битва не приобрела слишком большой размах — если до этого дойдёт, конечно же, хотя Грета сомневалась, что Аграмон пройдёт через портал прежде, чем доберётся до неё.

Они просто должны были убедиться, что этого не произойдет.

Грета три часа тренировалась с мечом до пота и боли.

— Иди сюда, — позвала она Айзека, когда он нашёл её на поляне.

Он вскинул бровь и многозначительно посмотрел на клинок.

— Боишься порезаться?

Ухмылка на её губах будоражила так же, как меч в руке.

Айзек двигался молниеносно. Она едва успевала заметить движение, как он уже был перед ней, вынуждая обороняться.

— Мог бы хоть притвориться, что не в форме, — проворчала она. Он снова сделал выпад без предупреждения. Она заблокировала.

Нет уж. Король гоблинов точно не боится порезаться — он уже приготовился нанести новый удар с другой стороны так, чтобы она не успела перевести меч.

Казалось, Айзек нападает со всех сторон одновременно, совершенно не прилагая усилий. Она несколько сдерживалась, потому что не могла позволить себе потерять из рук меч, но Айзек был совершенно великолепен.

Когда ей понадобилась передышка, она так и сказала.

— Никогда не видела тебя таким. Столько силы и самоконтроля!

— Преимущество мира без магии. Но как только я вернусь на Милену, слишком много энергии будет уходить на поддержание контроля, что скажется на силе и скорости.

Она нахмурилась.

— Не переживай за меня, моя суровая охотница за головами, — с решительной улыбкой произнёс он. — Мне хватит сил и самоконтроля, чтобы сделать то, что нужно, и защитить наш народ.

Наш народ. Айзек никогда не подвергнет опасности ни её, ни жителей Милены. Когда во время битвы он почувствует, что уже на грани, он её предупредит. Он не станет снова Потерянным. Она должна поверить ему в этом вопросе.

Грета подбрасывала меч снова и снова, пока он не приземлился на краю полянки.

— Давай ещё, — попросила она, становясь в боевую стойку.

Сверкнув глазами, Айзек приблизился. Без оружия ей не нужно сдерживаться, поэтому они сражались до тех пор, пока она не осталась с царапиной на щеке, а он — на руке, и оба они тяжело дышали. Грета не знала, который был час, но солнце уже достаточно низко опустилось к горизонту. Она перекинула Айзека через плечо последний раз.

Он со стоном упал на спину.

— Впечатляет, — прохрипел гоблин.

Её тело гудело от адреналина в крови, и ухмылка не сползала с лица. Грета протянула ладонь, помогая Айзеку встать.

— Это всё правильный баланс и распределение энергии, — самодовольно ответила она.

Он схватил её за руку и потянул на себя. Девушка упала на него.

— Так нечестно, — произнесла она, простонав и засмеявшись одновременно.

— Всё честно, что работает, — притянув её ближе к себе, тихо заметил Айзек.

— В любви и на войне все средства хороши? — спросила она, задержавшись взглядом на его губах.

— Да, именно, — сказал он, явно восхищённый ею. Грета не стала уточнять, что эту пословицу она не сама придумала.

— Это чистая правда, которую я только недавно начал понимать. У любви нет правил, равно как и границ. Она преобразуется, подстраиваясь под нужны каждого. — Айзек поцеловал горящий порез на щеке Греты, и она ответила тем же с царапиной на его руке. Затем он поцеловал её в нос, а она его подбородок. — Мне терпится дожить до того дня, когда народ Милены будет свободен от предрассудков. Возможно, тогда они познают эти же самые истины, которым ты