Греческий способ - Константин Владимирович Ежов

– Ну, мы близко как-то познакомиться не успели. Если честно, даже толком и не представились друг другу. Но среди них был определенно патриарх. Так-то мы почти по делам церковным прибыли. Ну и попутно по личным. А тут ему плохо вдруг стало, что неудивительно, человек уже в годах, сердце… нет, не пошаливало, до этого момента. В общем, ситуация вышла неудивительной, только встречало нас как-то немного народа, и те убежали его спасать и про нас вдруг забыли. Наверное, дела Божьи их не особо интересовали, а по большей части мирские, если в первую очередь врача побежали искать, а не молиться стали, уповая на Его силу, – сокрушенно ответил ей, сделав вид, что поверил ее сочувствию.

– Так давайте я вас до Свято-Успенского кафедрального собора и провожу, – тут же предложила она, оживившись.

А я в уме сделал засечечку. Значит, посадских они впускать не желают, а целый собор внутри цитадели, как за здрасьте. Нет, грехи, конечно, отпускать нужно, коль солдатикам их наделать есть с кем, благодаря посаду, но это можно было бы сделать и с минимумом церковнослужителей. А людей не жалко, коли не дворяне, так понимаю. Сами как-нибудь. Меняются эпохи, правители, а денег нет, но вы держитесь.

– Пожалуй, так сразу рано. Хотелось бы на людей посмотреть, а то путешествие было нелегким. Заодно проветриться, аппетит нагулять, – уклонился от ее предложения.

– Тогда давайте к нам в гости. Я вас и со своей матушкой познакомлю и будущим отчимом и со сродным и со сводными братьями. Мы в цитадели род известный, Фонвизины, – на ходу переобулась она.

Хотя было заметно, что это была изначальная задумка. Да и радушная хозяйка из нее выходила так себе. Роль эта для нее явно непривычная. Но, с другой стороны, а что мы теряем. Тем более Кими скоро от оргазма стонать начнет, потирая шарик. Надо спасать спутницу, принять целительную баньку… ну, а там посмотрим. Война путь покажет. Тем более что угрожать нам, учитывая ее силу, полагаю, уже вернувшуюся, теперь не особо смогут, надеюсь.

– Хм, а вы почему Радищева, не захотели фамилию отчима принимать? – поинтересовался как бы невзначай.

– Почему же. Говорю, будущий он отчим. Пока не обвенчались они с матушкой. Так что пока это невозможно, – ответила она, улыбнувшись.

В последнее охотно верю, уж больно чувствовалось ее желание примерить на себе эту фамилию. Стало даже интересно посмотреть на такую семью, где привечают, возможно, добровольно, всяких сколопендр.

– А давайте, – лихо согласился в ответ.

На что Кими удивленно на меня взглянула, склонив голову.

– Баня, – загадочно шепнул ей.

А на это она прямо расплылась в улыбке.

Глава 16

За стеной город встретил нас бетоном, сталью и стеклом. Ничего такого особого под моими словами не подразумевалось. В общем-то типичное строительство зданий из упомянутых материалов. Вопрос только в том, что южные стороны зданий – это вертикальные теплицы, а жилые – северные, но дело в том, даже не знаю, как это называется, что эти части делят дома несимметрично, и нигде нет привычных там пропорций. Этажи, в несколько раз выше и создают видимый эффект, будто сооружения ниже, чем есть на самом деле. Не сказать, что они уж так высоки, но для нас кажутся совсем приземистыми. Со временем, безусловно, привыкнем, а пока вот так.

Вообще, в глаза куда больше бросается огромное расстояние между домами, засаженное по факту фруктовыми деревьями, создавая из города огромный сад, разделенный на участки улицами и прорезаемый насквозь пешеходными и велосипедными дорожками, одной из которых мы и воспользовались. Кроме того, наш невольный экскурсовод пояснила, что и сами дома стоят не просто так, а на точно просчитанных местах, чтобы солнца получать максимально много и минимально создавать тень для соседей. Но это следствие встроенных теплиц.

В целом, из-за всего этого он казался каким-то безликим. Все-таки человеческий глаз плохо воспринимает однотипные формы. Оно бы, наверное, и с цветом было бы так же, но деревья спасают своими кронами ситуацию, и воображение дорисовывает вздымающиеся из леса рукотворные скалы. Возможно, немногие так воспринимают этот город, скорее всего глаз уже замылился, и просто перестали обращать внимание на такие детали, но мы здесь впервые. Да, когда ты приехал из горной местности, их отсутствие удивляет и вполне себе радует глаз переменами. А когда из степи, то как раз их наличие становится фактором новизны. Вот и мы сейчас испытывали нечто подобное. Токио явно было иным, с какой стороны ни посмотри, да и вообще горы… а здесь их нет.

– Подождите. Дарья, можно к вам так обращаться? – обратился к нашей провожатой, когда мы подошли к огороженному двору возле дома.

Как оказалось, в дом так просто не попасть, сначала через калитку и там пропускной режим.

– Нет, – резко ответила она.

– Извините, ошибочка вышла. Думал, вы моложе, – отреагировал на это.

– Ты на что это намекаешь?! – неожиданно зло выдала она.

Надо же, мне мнилось, что она будет вежливой и продолжит строить из себя гостеприимную хозяйку. Ан нет, ошибочка вышла.

– Так ты же сама сейчас сказала, что уже старушка, – тоже перешел на «ты».

– Да как ты посмел… – начала она было кричать, взлетая, между делом.

Вот только в этот момент меня опять накрыло, теперь уже как лекаря. По идее, никаких таких трехмерных моделей всевозможных процессов, протекавших в ее теле под бронекостюмом, видеть не должен был. Не тот у меня уровень в таком искусстве. Только вот происходящему было абсолютно начхать на данный факт. И больше всего меня удивило, что ядро в ней было не розовым, а фиолетовым, и взлетала она за счет устройства в костюме, а не сама по себе, но энергия туда шла именно из ядра, что сразу толкнуло на авантюру и совершенно необдуманные действия, а именно: взял и отрезал этот канал. Естественно, она с лязгом и грохотом рухнула на землю, явно не ожидая такой подляны от судьбы и гравитации. А ведь еще Исаак Ньютон заметил, что яблоки, гады такие, так и норовят упасть, и что характерно, вниз и прямо точно в темечко, видимо, чтобы было больнее.

Дальше, эта груда металлолома, с ревом попыталась встать, но есть сильные подозрения, что масса костюма вдруг резко выросла, или его питание и шло тем канальчиком, с которым я поигрался. Но не суть, железяки загремели во второй раз, сложившись наземь все так же, в виде скульптуры авангардиста, то бишь как кидали, так и валяется.

– Иван, ты что с