Вернись и начни сначала - Марина Медведева

— Аня, послушай!

Она смотрела на него, не отрываясь.

– Передай Сэму, что Гилрой и Сара знают о Машине. Они ищут ее и скоро найдут. У нас мало времени. Я не вернусь, и Сэм должен отправить в прошлое другого. Только не Кристи. Она не переживет убийства. Пусть это будете Люк или ты.

— Я не умею стрелять, — она тряхнула волосами, словно желая прогнать мысль, что он не вернется. – И я не уйду без тебя. Ты возьмешь пистолет, застрелишь охранников, и мы сбежим.

— Ничего не выйдет… Погоди, дай мне сказать. Эл – не дурак. Он знает, на что я способен и, даже если я выберусь в коридор, меня застрелят. Если ты останешься – мы оба погибнем. Это ни к чему. Ты не должна жертвовать ради меня своей жизнью.

Ее лицо намокло от слез вперемешку со снегом. На улице стемнело, и снег повалил крупными хлопьями. Кудрявые волосы Ани покрылись снежной шапкой, и он вдруг ужасно захотел прижать ее к себе и поцеловать в мокрые губы.

— Я тебя не оставлю, — она повторяла это снова и снова.

— Я люблю тебя, — сказал он и улыбнулся тепло, искренне. Словно их не разделяла прочная решетка, а по другую сторону двери его не ждали вооруженные охранники. – Я тебя люблю и верю, что когда-нибудь, в другом из миров, мы будем вместе. Ты найдешь меня, я знаю.

Она вытерла слезы и снег и протянула в форточку руку с черным пистолетом.

— Сможешь поймать? – улыбнулась сквозь слезы.

— Спрашиваешь! – бодро ответил он, приподнялся – стул брякнул за спиной, и вытянул протез.

Аня швырнула пистолет, и «мертвая» рука Ивана вцепилась в него механическими пальцами. Он тут же спрятал пистолет за спину, прикрыл свитером.

В коридоре застучали подошвы сапог. Иван вздрогнул, нахмурился. Кто-то идет сюда.

— Прячься! – громко прошептал он, поймал Анин взгляд и отвернулся от окна.

Дверь открылась и вошла хмурая Сара. Глянула на его разбитое лицо и прикусила губу.

— Вижу, Эл уже побывал у тебя. Не смог удержаться, — скривилась она, подошла ближе и провела пальцем по его разбитой губе. Иван, не отрываясь, смотрел на нее и видел, что Сара еле сдерживает гнев. Получается, он до сих пор ей небезразличен? Неужели у него есть шанс выбраться отсюда? Надежда вспыхнула ярким пламенем, и он невольно улыбнулся.

— Мы с ним поговорили, но не сошлись во мнениях насчет будущего.

— Я так и знала, что вы с Элом не поймете друг друга. Недаром сама хотела допросить тебя, — Сара прошла через комнату и выглянула в окно. Сердце Ивана в страхе забилось – там, за окном, прячется Аня. Усилием воли он взял себя в руки и придал лицу равнодушный вид.

— Мы с Гилроем всегда находились по разные стороны баррикад. Он – преступник до мозга костей. Его деятельность в Трущобах причинила изгоям не меньше вреда, чем все патрульные Новаторов. Но ты, Сара, я не понимаю, зачем ты связалась с таким закоренелым преступником? Неужели только из-за денег?

Сара резко развернулась спиной к окну – Иван едва сдержал вздох облегчения.

— А что в этом мире важнее денег, милый? Мы с тобой воевали и знаем истинную ценность человеческой жизни. Она ни стоит ни гроша. Люди – всего лишь пешки на шахматной доске истории. Каждый из нас барахтается в мутной воде жизни. Некоторые выплывают, но большинство тонет из-за своей слабости, убеждений, совести и других тяжелых камней, которые тянут на дно. Ты знаешь, через что я прошла, чтобы выплыть. У меня никогда не было поддержки, мне пришлось зубами прогрызать себе дорогу к лучшей жизни. И я поняла одно: деньги и власть имеют значение. Все остальное – нет. Я с Буллсмитом не потому, что он мне нравится и я испытываю к нему теплые чувства. Я с ним, потому что он на вершине. И сегодня он может дать мне все, что я захочу. Если я дам ему то, что хочет он. А он хочет вашу дерьмовую машину. И хорошо заплатит тому, кто доставит ее. Эл Гилрой – отъявленный мерзавец. Но он – король этих Трущоб. И я использую его, чтобы получить то, что нужно.

Сара снова прошла по комнате. Каблуки ее сапог гулко стучали по цементному полу. Рыжие волосы блестели в электрическом свете.

— Мы должны отыскать машину, и как можно скорее. Буллсмит больше не намерен ждать и, если мы не справимся, отправит сюда других агентов. Они прочешут этот район мелким гребнем и, можешь представить, сколько при этом погибнет изгоев. Ты знаешь, мой босс при всех его достоинствах никогда не отличался человеколюбием. Для него главное — чтобы Новаторы оставались у власти как можно дольше.

— Раньше ты иначе относилась к жизни и смерти, — глухо сказал Иван, пораженный цинизмом слов той, которую он когда-то любил, – Мы с тобой сражались за мир и справедливость. Жизнь каждого гражданина была ценна и значима.

— И к чему это нас привело? Десять лет войны! Моя и твоя молодость, наши мечты, все пошло прахом. Нас изуродовали, вывернули наизнанку, уничтожили все лучшее, что было в наших душах.

Сара почти кричала. Ее лицо исказилось, пальцы сжались в кулаки. Иван беспокойно оглянулся на окно – ему послышался шорох.

— Еще не поздно измениться, Сара, — тихо сказал он.

— Слишком поздно, — ее лицо снова застыло. – Ты скажешь мне, где машина. Тебе придется. Я оставила послание твоей девке. Скоро она будет здесь, и у тебя не останется выбора. Ты же не желаешь причинить ей боль, правда, милый?

Сара приблизилась к нему, наклонилась – он брезгливо отстранился. От нее пахло духами. Резкими, сладкими. Этот запах казался ядом, одурманившим мозг Сары Прешис и превратившим ее в озлобленную стерву. Она заметила его неприязнь и выхватила пистолет. Глаза налились злобой.

— Ты уже не хочешь меня? Ты мог сказать мне, где машина, и мы вместе уехали бы отсюда. Если бы ты согласился! Я готова была прикончить всех людей Эла и его самого, лишь бы ты пошел со мной.

— Я больше никогда не буду с тобой. Я любил другую Сару, а эту презираю! – он открыл окровавленный рот и рассмеялся.

Она дернулась, приставила к его груди пистолет.