Грешная тайна - Эмма Уайлдс

— Да, верно. Я совсем не такой, как он.

И Джулианна, коснувшись пальчиком его щеки, прошептала:

— Так вот, хоть я даже и предположить не могла, что все будет так, как сейчас, но очень рада, что вы — это вы.

Эти ее слова ошеломили Майкла. Он был повержен раз и навсегда.

Да, он совершенно не походил на своего беззаботного, веселого и обаятельного брата. И вот сейчас, впервые в жизни, он услышал, что кто-то считает его более привлекательным.

Глава 15

Казалось, эта женщина вездесуща. С улыбкой кивнув слуге, снова наполнившему ее бокал, Джулианна взглянула на леди Тейлор, сидевшую напротив нее за обеденным столом.

«Интересно, она случайно тут оказалась или намеренно села именно на это место?» — думала Джулианна. В этот вечер бывшая любовница ее мужа выглядела просто потрясающе в изумрудно-зеленом шелке. Черные волосы Антонии были распущены и покрыты испанской мантильей, подчеркивающей ее экзотическую красоту.

«Как же я могу с ней соперничать?» — спрашивала себя Джулианна; она прекрасно понимала, что ревнует, но ничего не могла с этим поделать. А вот Майкла тут не было — он в последнюю минуту прислал записку с извинениями и разрешением ей поехать с его родителями. Так что ей волей-неволей приходилось то и дело поглядывать на прекрасную леди Тейлор.

Приезжал ли он к испанке домой в последнее время? На этот вопрос она не могла ответить, однако уже давно заметила одну странность: если Майкл не сопровождал ее куда-либо, то там, где она появлялась, всегда оказывалась и леди Тейлор. Может, они таким образом давали понять, что между ними ничего нет? Может, и так, но все же… Все же слишком много странного происходило в последние недели.

Во-первых — Фицхью. Казалось, он следил за каждым ее шагом. А теперь еще и эта женщина.

Неужели Майкл устроил за ней слежку? Зачем ему это? Если бы он узнал о ее визитах к Хлое, то, конечно, просто спросил бы…

— Вам не нравится жареный ягненок, леди Лонгхейвен?

Этот вопрос, заданный с акцентом, вывел Джулианну из раздумий, и она подняла глаза на леди Тейлор:

— Нет, почему же? Напротив, очень вкусно.

Испанка пристально взглянула на нее:

— Но вы ничего не едите, маркиза.

— Как вы наблюдательны, — ответила Джулианна, потянувшись к бокалу с вином. Сделав глоток, добавила: — Я ем столько, сколько считаю нужным.

Антония пожала плечами и пробормотала:

— Я просто подумала… Подумала, что, может быть, что-то не так.

— Нет, все в порядке. — Джулианна заставила себя улыбнуться. — Не беспокойтесь за меня, пожалуйста.

К счастью, в этот момент мужчина, сидевший рядом с прекрасной испанкой; обратился к ней с каким-то вопросом, причем взгляд его был прикован к ее груди. Джулианна вздохнула с облегчением. «Как жаль, что здесь нет Майкла», — подумала она уже в который раз.

Наконец подали десерт. А еще через некоторое время дамы удалились, чтобы мужчины могли насладиться своим портвейном.

Пока женщины рассаживались в гостиной, их гостеприимная хозяйка, ровесница матери Майкла, беседовала со своей подругой. Когда же все заняли свои места, Джулианна поняла, что леди Тейлор намеренно садилась все время поближе, потому что и сейчас испанка оказалась с ней рядом — они сидели на небольшом диване в углу комнаты.

Пытаясь изобразить любезную улыбку, Джулианна сказала:

— Ведь вы с Майклом хорошо знали друг друга в Испании?

— Он так вам сказал?

Испанка тоже улыбнулась, вернее — растянула губы; глаза же ее оставались холодными.

— Нет, он ничего об этом не говорил, — ответила Джулианна. — Но если вы действительно хорошо его знаете, то должны признать: он редко о себе рассказывает, тем более — о своем прошлом.

— Но что заставляет вас думать, что я хорошо его знаю?

Леди Тейлор снова улыбнулась, и казалось, что ее улыбка была вполне искренней, но вот глаза… глаза оставались все такими же холодными.

Джулианне уже знакома была такая улыбка — точно так же часто улыбался Майкл.

Решив говорить напрямую, она заявила:

— Я так думаю, потому что вижу, как вы смотрите друг на друга. — Помолчав, она покачала головой и добавила: — Нет-нет, не так… Я вижу, как вы не смотрите на друга.

Испанка нахмурилась:

— Что это значит, леди Лонгхейвен?

— Вы разочаровываете меня, леди Тейлор, — проговорила Джулианна со вздохом. — Я думала, вы будете более искренней…

— Сото?

Джулианна молчала: она не знала, что означает это слово.

— Ох, простите, — пробормотала леди Тейлор. — Временами я… заговариваюсь. Я хотела сказать, что не понимаю, на что вы намекаете.

— А мне кажется, что вы прекрасно все понимаете.

Антония взглянула на нее, прищурившись:

— А вы не такая уж наивная, хотя он, похоже, об этом;не знает. Примите мои поздравления, маркиза. Его очень нелегко одурачить.

— Я понятия не имею, что он думает обо мне. — Теперь уже Джулианна не была уверена, что будет разумно продолжать этот разговор. Но ведь она сама его начала… — Леди Тейлор, может, вы объясните мне кое-что? Он что, действительно считает меня наивной?

Испанка пожала плечами:

— Трудно сказать… Видите ли, о Мигеле Никогда нельзя сказать ничего определенного.

С этим утверждением нельзя было не согласиться, и все же было очевидно: ее муж говорил о ней со своей бывшей любовницей. Именно это обстоятельство раздражало Джулианну более всего, раздражало даже в том случае, ели они уже не были любовниками.

Стараясь ничем не выдать своих чувств, Джулианна казала:

— Уверена, что вы правы.

Воцарилось неловкое молчание, и Джулианна подумала: «А может, просто встать и уйти? Нет, пожалуй, это было бы слишком уж невежливо». Но с другой стороны, насколько вежливо она должна говорить с женщиной, когда-то состоявшей с ее мужем в любовной связи, возможно, и теперь его любовницей? Конечно, у нее не было никаких веских доказательств, кроме признания Майкла, что они знали друг друга во время войны, но она прекрасно помнила, что в тот вечер, когда леди Тейлор подошла к ней на балу, он постарался как можно скорее увести ее подальше от испанки. Зачем? Почему?

— Я чувствую, что чем-то расстроила вас. — Антония легонько коснулась ее руки. — Поверьте, я этого не хотела. Просто здесь, в Англии, я все еще во многом чужая, поэтому иногда веду себя бестактно. Знаете, я сейчас живу в доме моего покойного мужа. Его убили в битве при Катр-Бра. Причем в самом конце войны. — Она вздохнула. — Так жаль. Он был настоящий кабальеро… то есть джентльмен. Но ничего не поделаешь. Такова жизнь. А Мигель… Он был мой добрый друг.