Грешная тайна - Эмма Уайлдс

Впрочем, он и сам мог бы потребовать кое-каких объяснений. Ведь Джулианна по-прежнему ничего не говорила ему о своих таинственных поездках. Да, Фицхью следил за ней, и Майкл всецело доверял своему верному слуге, однако ей уже несколько раз удавалось ускользнуть от бдительного ирландца, и это вызывало удивление. Очевидно, его жена не такая уж наивная…

Выходит, Фицхью, как ни странно, не вполне справлялся, и это означало, что ему следовало серьезно подумать о безопасности жены. Да-да, сейчас, после третьего нападения, было бы разумно нанять тайного агента, чтобы следил за Джулианной. Под охраной двух крепких мужчин, да еще Антонии, она будет в безопасности.

Если только, конечно, кто-нибудь не выстрелит в нее из укрытия. Так что безопасность, увы, иллюзорна. Для того чтобы действительно обезопасить жену, он должен был найти того, кто желал его смерти, — и покончить со всем этим.

— Добрый день, милорд.

Рутгерс приготовился принять у него плащ, но Майкл покачал головой:

— Нет-нет, я промок насквозь. А Фицхью наверху позаботится о том, чтобы высушить плащ у огня.

— Как пожелаете, милорд.

Пожилой дворецкий отступил на шаг.

— А леди Лонгхейвен дома? — спросил Майкл.

— Еще нет, милорд.

А ведь уже почти стемнело. Черт возьми, что это значит?

Заметив, что на сапог его капнула кровь, Майкл поспешно проговорил:

— Я бы хотел, чтобы мне сообщили, как только она появится.

Резко развернувшись, он зашагал к лестнице, ведущей в его покои.

Быстро поднимаясь по ступеням, маркиз пробормотал себе под нос:

— Только бы на лестнице не осталось крови…

Час спустя, приняв горячую ванну и перевязав рану — в сущности, царапину, как он и надеялся, — Майкл переоделся и зашел в кабинет отца.

— Вы хотели видеть меня, сэр? — спросил он, усаживаясь в глубокое кресло.

Герцог Саутбрук налил в бокал французского бренди и протянул сыну.

— Я полагаю, ты присоединишься к нам сегодня вечером.

Майкл невольно усмехнулся.

— Звучит как приказ…

Отец с улыбкой покачал головой:

— Нет-нет, мой дорогой. Просто ужин, который твоя мать устраивает сегодня вечером… Он очень важен для нее.

— А если точнее, то для племянницы леди Хэмптон, правильно?

Эта молодая леди, какая-то дальняя кузина Майкла, была дебютанткой, и она почему-то все время хихикала. Поддержка герцогини Саутбрук была для нее, конечно же, большой удачей.

Отец с улыбкой пожал плечами.

— Видишь ли, так уж случилось, что леди Фелисити к тому же — подруга твоей жены.

Это был явный намек на то, что своим присутствием Майкл угодит обеим — и матери, и жене.

Майкл заставил себя рассмеяться.

— Пожалуйста, отец, скажите матушке, что в качестве компенсации за сотрудничество я потребую что-нибудь из ваших запасов редких вин.

Герцог с усмешкой закивал:

— Да-да, разумеется. Я тоже не очень-то радуюсь этому ужину, но придется присутствовать.

Немного помолчав, Майкл взглянул на напольные часы в углу комнаты и пробормотал:

— Кстати, о моей жене… Она, похоже, задерживается.

«Только бы Фицхью на сей раз не упустил ее», — добавил он мысленно.

— Надеюсь, она скоро появится, — ответил отец.

Майкл тоже очень на это надеялся. Он тотчас же вспомнил о нынешнем нападении и невольно поморщился. Рана была несерьезной, но рука болела все сильнее.

«А что, если неведомый враг, в очередной раз не добравшись до меня, решит в этот же вечер напасть и на Джулианну? — подумал он неожиданно. — Может, запереть ее дома, до тех пор пока все это не кончится?» Но Майкл тут же понял, что едва ли сможет запретить жене выезжать, если не объяснит, чем вызван такой запрет. Но тогда пришлось бы рассказать ей и обо всем остальном — о том, кто он такой и чем занимается…

А отец тем временем рассказывал о жеребце, которого собирался на днях приобрести. Слушая его вполуха, Майкл прихлебывал бренди и спрашивал себя: «Где же она сейчас, где она?..»

Глава 17

Колесо сломалось очень некстати, и им пришлось задержаться.

Кеб был очень старый, так что, может быть, и неудивительно, что не выдержал езды по размытой дождем дороге. А дождь не прекращался, и бедная малышка Хлоя по-прежнему дрожала, хотя Джулианна всеми силами пыталась согреть ее.

К счастью, верный Фицхью снова пришел на помощь. Посадив Джулианну и ее маленькую подопечную на свою лошадь, он повел кобылу в поводу, но было ясно, что такое путешествие продлится целую вечность. Они промокли до нитки и промерзли до костей, когда наконец добрались до дома. И, конечно же, уже давно стемнело.

Правда, по дороге они останавливались у какой-то таверны, чтобы Хлоя хоть чего-нибудь поела и немного согрелась. А Джулианна и Фицхью смотрели на нее со страхом и изумлением — малышка с жадностью проглотила целый мясной пирог и выпила несколько стаканов воды, как будто долго страдала от жажды. И, как обычно, она ничего не говорила. Когда же камердинер, молча кивнув на ребенка, вопросительно посмотрел на Джулианну, та отрицательно покачала головой, давая понять, что при девочке на эту тему говорить не следует.

Все они имели весьма жалкий вид, когда добрались до богатых улиц Мейфэра. Шелковое платье Джулианны было безнадежно испорчено, туфли — также, а плащ промок до такой степени, что уже не защищал от холода. Мокрые, грязные и уставшие, они приблизились к Саутбрук-Хаусу. Спешившись, Джулианна посмотрела на дом, сиявший огнями, и тотчас поняла, что уже очень поздно. Было ясно, что все уже давно сидели за ужином. «Что же делать? — думала она. — Как пробраться в дом незаметно?»

Словно прочитав ее мысли, Фицхью тихо сказал:

— Есть черный ход, миледи.

Мысль о том, что придется воспользоваться черным ходом, почему-то очень не понравилась Джудианне. К тому же ей хотелось побыстрее оказаться в тепле, а идти черным ходом было бы вдвое дольше.

— Нет, — решительно заявила она. — Да, я знаю, что в доме сейчас гости, но я отказываюсь тащить малышку по всем этим лестницам и переходам. Она и так измучена.

Казалось, Фицхью хотел возразить, но, посмотрев на мокрого грязного ребенка у нее на руках, камердинер кивнул:

— Пожалуй, вы правы, леди Лонгхейвен.

Джулианна, немного смутившись, сказала:

— Мистер Фицхью, вы ведь хорошо знаете Майкла. Как вы думаете, он простит меня?

— Полковник — очень справедливый человек, — заявил бывший сержант. — Но чтобы узнать, что он скажет, вам надо побыстрее войти в эту дверь.

Он кивнул на величественный портик с массивной резной дверью.