Тэтчер: неизвестная Мэгги - Дмитрий Медведев

Они никогда не считались мастерами светской беседы, поэтому их разговор получился коротким и не очень любезным.

– Вчера я публично заявила, что попрошу вас войти в теневой кабинет, – начала Маргарет, не тратя времени на пустые вступления. – Сегодня я делаю вам официальное предложение. Вы согласны стать членом вновь формируемого теневого кабинета?

– Не хочу и не буду! – резко ответил Хит.

– Тогда чем вы займетесь?

– Останусь в палате общин и стану заднескамеечником.

– А как же насчет референдума по Общему рынку? Не лучше заниматься этим на передней скамье?

– Нет, – категорично ответил Тед. – Я не буду связывать себе руки и предпочту свободу действий.[462]

Больше говорить было не о чем. Хит четко обозначил свою позицию, предпочтя сотрудничеству вендетту. Единственное, о чем забыл бывший премьер, так это о высказывании своего предшественника Уинстона Черчилля: «Месть – это самая дорогая, бесполезная и саморазрушающая роскошь».

Тед ощутит смысл этого высказывания сполна: его ненависть к Маргарет не принесет ему никакой пользы, разрушит карьеру и заставит заплатить слишком дорогую цену. Постоянно отвечая на вежливые предложения Тэтчер презрением, он вызовет антипатию к своей и не без того сложной личности. Тед так и не сможет понять: чем больше он ставит Маргарет палок в колеса, тем крепче становится ее позиция. Наблюдая за поведением Хита, даже самые ярые сторонники отвернутся от него, оставив бывшего лидера пожинать в одиночестве плоды собственного упрямства.

Еще более необычным стало поведение Уильяма Уайтлоу. Трудно было найти более непохожих людей, чем Уилли и Мэгги. Все уже приготовились к кровавой схватке, но случилось невероятное: Тэтчер не только не начала враждовать с бывшим соперником, но и приблизила его, сделав своим заместителем и главным консультантом по целому ряду важнейших вопросов.

– Некоторые друзья советовали мне проявить сначала неуступчивость и повременить несколько дней с ответом, – вспоминает Уайтлоу. – Но я для себя сразу решил: я буду служить ей в любом качестве, безраздельно отдам свою преданность лидеру партии и буду изо всех сил сотрудничать с ней.[463]

Какое-то время, конечно, ушло на притирку. Столкнувшись с властными манерами миссис Тэтчер, Уайтлоу первоначально был потрясен.

– Со мной еще никогда не разговаривали подобным образом, – ворчал он в беседе со своими друзьями.[464]

Пройдет три года после избрания Маргарет, а Уильям все еще не сможет привыкнуть к поведению своего босса. На одном из банкетов он признается Рою Дженкинсу:

– Ты и представить себе не можешь, насколько отвратительна жизнь с этой ужасной женщиной.[465]

Тем не менее впоследствии взаимные обиды забудутся, а их место займет плодотворное сотрудничество, продлившееся почти полтора десятилетия и ставшее одним из самых крепких в богатой ссорами и конфликтами жизни нашей главной героини.

Говоря про Хита и Уайтлоу, было бы неправильно утверждать, будто дальнейший успех Тэтчер полностью связан с двумя этими джентльменами. Конечно, без их симпатии (или антипатии) Маргарет пришлось бы гораздо сложнее, но первоочередная заслуга принадлежала все-таки ей самой.

Как это частенько случалось в ее жизни, Маргарет просто недооценивали.

– Немногие из нас в тот момент распознали, что имеют дело с твердым и решительным лидером, – вспоминает один из участников «второго голосования», Джим Прайор.[466]

К тому же Тэтчер обладала женским обаянием, природной фотогеничностью, искренней любовью к публике и общественным мероприятиям. Став лидером оппозиции, Маргарет принялась активно использовать СМИ в пропаганде своего образа. Бесчисленные интервью, телепередачи, выступления на радио – все должно было играть на нее, а следовательно, и на консервативную партию. Именно в те годы и начался тотальный пересмотр собственного прошлого с созданием «правильной» истории детства и юношества.

Но обо всем по порядку.

Политическая деятельность каждого лидера оппозиции в Великобритании начинается с формирования теневого кабинета и создания верной команды единомышленников, которые приведут партию к победе на следующих выборах. Причем в случае с Маргарет ключевыми здесь станут слова «верный» и «единомышленники».

– Существует два основных способа при отборе кандидатов, – комментирует свою позицию Тэтчер. – Согласно одному подходу, в кабинет должны входить люди, представляющие различные точки зрения. По другой теории, все члены должны двигаться в направлении, который лидер считает наиболее приемлемым. Когда я стану премьер-министром, у меня не будет времени на споры. Это должен быть кабинет «убежденных единомышленников».[467]

Неудивительно, что первые перестановки в теневом кабинете газеты окрестили «ночью длинных шляпных булавок от Мэгги».[468] Как и в свою бытность в Министерстве образования, Тэтчер предложила новые правила, и либо вы с ними соглашались, либо от вас просто избавлялись. Команда Тэтчер превратилась в группу единомышленников, главной заповедью которых было: «Не спорь с боссом!»

– В приватных беседах Мэгги частенько прислушивалась к другим мнениям, но, когда ей требовалось убедить всех в собственной правоте, она переставала слушать и тупо вбивала свои идеи в ваши головы, – вспоминает Уилли Уайтлоу.[469]

Даже верный союзник и помощник Эйри Нив отмечал в ее поведении ростки политической заносчивости, превратившиеся впоследствии в мощнейший дуб авторитаризма:

– Поначалу, обращаясь к вопросам, в которых она плохо разбиралась, Мэгги не проявляла деспотичной уверенности в своей точке зрения. Теперь (в 1978 году. – Д. М.) все по-другому. Мэгги говорит слишком много, постоянно прерывая всех и каждого. В целом она достаточно демократична, теневой кабинет для нее – источник советов, но все же важные стратегические решения все равно принимаются избранными.[470]

С ним соглашается и Джон Питон:

– Теневой кабинет был далеко не тем местом, где процветает дружба и взаимовыручка!

Став первой женщиной среди мужчин, Маргарет столкнулась с закономерным вопросом: как управлять своим королевством? За четыре столетия до нее Никколо Макиавелли, задавая себе тот же вопрос, в своем бессмертном произведении «Государь» предложил альтернативу – подчиненные должны либо любить, либо бояться своего господина. Маргарет конечно же читала скрижали флорентийского мудреца, и для нее ответ был один: лучшим средством повиновения является страх.